Глава 14

ЛЕВ

Утром я подумал, что лучше бы я вчера умер. Загнулся на беговой дорожке, скорость на которой противная тренерша увеличивала с такой зверской ухмылкой на личике, что я засмотревшись на эту завораживающую картину не успел, и кулем свалился на ленту тренажера, откуда меня, как щенка выкинуло центробежной силой. Такого позора я не переживал со школьных уроков физкультуры. Шорты лопнули на заднице, колени сбил, став похожим на пацана. В общем – это фиаско. А теперь лежу в постели, не в силах даже доползти до туалета. Тело боит, словно меня вчера пинали толпой дворовые хулиганы, а потом еще пару раз проехались по нему на тракторе. Ощущение, что каждая клеточка моего организма плачет, и корчится в страшных муках. Я попробовал подняться услышав телефонный звонок, но застонав обвалился на подушку. Перезвоню. В конце – концов, если это не Лиска разговаривать с которой я не желаю от слова совсем, противная баба раздражает меня до оскомины. Значит Кирюха, а он потерпит. Телефон, который я использую для работы остался дома. А значит звонок не важный.

- Эй, есть кто живой?- услышал я бодрый голосок несущийся из прихожей,от которого у меня по телу поползли ледяные мурашки, как при просмотре фильма ужасов. Эта паразитка Олеся мстит вот так, врываясь в мое бунгало, как вражеский захватчик. Без стука и объявления войны.- Лев,я пришла. Проснись и пой. У нас сегодня замечательная программа. Я полночи не спала, придумывала тебе комплекс упражнений, читай мук и адских пыток.

- Я не могу встать с кровати,- прохрипел я, когда она склонилась надо мной, обдав запахом малинового шампуня, дезодоранта и чего то невероятно приятного, неопознаваемого. Ароматом присущим только ей одной. Выглядела Олеся сегодня великолепно. Разрумянилась, глаза светятся изнутри, кожа словно фарфоровая. Мне страшно захотелось попробовать на вкус ее губы, намазанные перламутровым блеском, и чтобы она просто лежала со мной рядом, положив растрепанную голову мне на плечо. А вот носиться савраской по парку, и корячится на тренажерах не хотелось ни капли.

- Могу себе представить, о чем ты думаешь. считаешь меня ведьмой и инквизиторшей,- улыбнулась красавица. – Не бойся, дорогуша, сегодня мы не будем рвать задницу, как вчера. Переборщила я.

- Ты когда это поняла, детка? – просипел я, увидев поданную мне узкую ладонь, и пытаясь поднять свою конечность, чтобы уцепиться за протянутую руку.

- Когда у тебя от усердия порвались штаны,- хохотнула нахалка, не сводя с меня крапчатых глаз,- И когда я обрабатывала твои колени зеленкой. Знаешь, меня не погладят по головке, если увидят, что мой пациент похож на дитятю больного асфальтной болезнью.

- Я отомщу, -прорычал я, и дернул Олесю на себя. Она не удержалась на ногах, и свалилась прямо мне на живот. Я едва не взвыл от боли, а она словно специально барахталась на моем страдающем теле, пытаясь скорее подняться на ноги. Только получалось у нее, почему – то не очень.

- Я тебя ненавижу, Смелов,- пропыхтела эта мерзавка, полыхая щеками. Но вдруг резко побледнела, и закатив глаза начала падать на пол. Я едва успел подхватить ее, забыв совсем о том, что всего минуту назад не мог подняться на ноги. Заметался по комнате, не зная, что предпринять. Да что с ней такое. Девчонка явно больна, и скорее всего это, что – то серьезное. Уложив ее на кровать, метнулся в ванную, намочил полотенце ледяной водой и шлепнул на застывшее Лесино лицо, умирая от ужаса. Надо наверное позвонить врачу. Я метнулся к телефону, но не успел даже нажать на первую цифру.

- Не нужно, Лев. Все в порядке,- услышал я слабый голос,- у меня такое бывает. Это гормональный сбой. Ничего страшного.

- Да, а я вот чуть концы не отдал от ужаса,- честно признался я, рассматривая пришедшую в себя Олесю.

- Зато встал с кровати, и вполне бодро бегаешь. Значит и заниматься сегодня можешь. Ты обыкновенный филон. Ну, ничего, я тебя научу свободу любить.- хохотнула эта мерзавка, легко вставая с кровати. Словно эта не она несколько минут назад в обмороки падала.Твою мать, она и припадошная еще.

- Так ты притворялась? Я тебя убью.- зарычал я, бросившись на девку метнувшуюся в сторону, как хищник. – Я сейчас тебя поймаю, перегну через колено, и так отхожу по твоей накачаной заднице.

-Поймай,-хрюкнула девчонка, зайцем петляя по заставленной всякой хренью, типа журнальных столиков, комнате. – Кишка у тебя тонка, Смелов. Вон, дышишь уже, как кит на суше. И вспотел. Догони меня, и отшлепай мой господин.

- Олеся, я не могу больше,- прохрипел я, согнувшись посреди гостинной, и пытаясь унять черных мух летающих перед глазами.

- Одевайся. У тебя завтрак через десять минут,- приказала моя мучительница. – Наши игры интимные отменяются, как я понимаю. Зато, еда видимо тебя возбуждает больше. Лева сразу воспрял, как про хавчик услышал.

Я скрипнул зубами, но промолчал. Язык у девки – порезаиться можно. Олеся плавно покачивая бедрами пошла к выходу. А она округлилась, изгибы тела стали более плавными, что ли. Невероятно женственными.

- Стой, - хрипло выкрикнул я, она замерла на месте, как вкопанная. – Олеся, ты сведешь меня с ума. Чего ты хочешь?

- Мы уже давно сумасшедшие,- спокойно ответила она, даже не повернув головы.- Я жду тебя в столовой. И не задерживайся, у нас много работы. Я хочу довести тебя до ума, но у меня очень мало времени. 

Я посмотрел вслед странной женщины, которая сама того не понимая, и явно не желая, лишила меня покоя, и начал одеваться. Ну ладно. Двадцать килограмм, говоришь? Да не вопрос. Телефон снова настойчиво зазвонил. Я гланул на экран мельком и снял трубку.

- Привет, братан,- судя по голосу Кирюха торжествовал.- Я такое нарыл на твою девку. Закачаешься.

ОЛЕСЯ

Толстяк появился в столовой с таким выражением на пухлой физиономии, что мне стало страшно, что его расшибет инсульт. Может и вправду я перестаралась с пытками, тьфу ты черт, с фитнесом? Но глаза. Кто бы мог подумать, что у толстячка Льва может быть такой грозный взгляд.

- Что – то случилось? – спросила я. Когда он своей громадой навис над столиком. Мне даже показалось, что овсяная каша скукожилась на тарелке от страха. Даже у меня поджилки дрогнули, а я не из пугливых.- Кто вас так довел, бедного? Меня рядом не было. Значит из – вне настроение. Неужели Лисичка купила очередную шубу, без вашего на то всемилостивейшего разрешения? Да наплюйте, что у вас убудет, что ли?30f6fc

- Олеся, ты играешь с огнем,- прорычал Лев. Реально, как хищник из мультфильма. У меня аж волосы назад откинуло порывом звуковой волны изданной пациентом.

- Вам надо поесть, а то скоро вы на меня наброситесь,- хмыкнула я, придвигая поднос отцу своего ребенка. Ну да, из песни же слов не выкинешь,- сегодняшнее взвешивание показало, что вы сбросили шесть килограмм за неделю, а это неплохой показатель. В последствии, конечно, столь стремительного похудения не будет. Сейчас организм просто избавляется от баланса, и находится в стрессе. Но, скоро он поймет, что разбрасываться любимыми, годами скопленными жирами – верх расточительности и начнет их жопить, по русски говоря. Эфект плато, так называемый. Да, что с вами такое, в конце концов?

Лев смотрел на меня так, словно сканируя, и в то же время производя глазами УЗИ всего организма, не притронувшись к еде.

- Я не хочу есть,- тихо сказал он, наклонившись вперед так, что его глаза оказались на одном уровне с моими. – Мне нужно разрешение на выход в город. Завтра днем. Если вы его не добьетесь, я просто сбегу. А вам за это влепят выговор.

- Мне не дадут такого разрешения, Лев,- от неожиданности, я аж вилку из руки выронила. Интересно, что он задумал? Поди надоела ему преснятина бессольная, которой его тут потчуют, вот и озверел Лева. Да, что говорить, даже я привыкшая к скудному рациону с трудом проталкиваю в себя мерзость, выдаваемую клиникой за еду. Да нет, тут другое, что - то. Точно, Льва потянуло на сладенькое другого рода. Он же мужик, самец, мать его за ногу. И почему меня так это волнует?  – Вы нарушите режим, и вся наша работа пойдет насмарку.

- Я вам обещаю, что не нажрусь, и вернусь вовремя,- хмыкнул Лев, не сводя с меня взгляда. - Просто мне нужно встретиться с доктором, работающим в этом городе. Да и вам бы не мешало посетить своего Пилюлькина. Припадки – вещь серьезная. Или желаете, чтобы я доложил Нафову о том, что вы себя не контролируете?

- Это шантаж? – приподняла я бровь. А тюфяк то, не тюфяк. А вполне себе пробивной мужик. Ничем не брезгует, если ему что – то надо. Конечно, так я и поверила, что у него просто деловая встреча, да еще с выдуманным врачом.

- Это взаимовыгодный обмен,- ухмыльнулся Смелов, оскалив белоснежные зубы. – Я получаю желаемое, вы не теряете работу. Так что, по рукам?

Ну, в конце – концов, что я теряю? Ну развеется мужик, и у меня время свободное появится. Тем более, что я хотела посмотреть соревнования онлайн. Ну да, буду терзать себе душу, что профукала самые важные состязания в своей жизни, есть вредные печенья, без которых почему – то не могу теперь заснуть, и давиться горькими соплями разочарования, глядя, как ромка дефилирует по сцене, играя мышцами, и позируя.

- Так, что? По рукам? – вырвал меня из грустных мыслей Лев.

- Ты сможешь перелезть через забор? – абсолютно серьезно спросила я, припомнив, что в задней части территории, скрытой от посторонних глаз, заборчик невысокий, довольно хлипкий и не простреливается вездесущими камерами.

- Что? – видок сейчас у толстяка был довольно комичный, я аж хрюкнула от смеха.

- В самоволку пойдешь? Хрен нам Нафов позволит отлучки. Но смотри, если притащишь хоть полкило лишних – сгною в спортзале,- состроила я зверскую физиономию.

- Тебе бы пошел стэк и гестаповская форма.- буркнул нахал, и в глазах его заплясали озорные черти. Ну как у него так получается, а? И куда это он теперь смотрит? Пялится на силиконовую бабищу, жующую салат за соседним столиком, паразит. Да она же страшнее атомной войны. И что она вообще делает в этой юдоли скорби? Боже мой, лицо то какое узнавемое, постоянно мелькает в зомбоящике.

- Лева, что на клубничку потянуло? Или твои эротические БДСМ фантазии повредили что – то в твоем мозгу? – фыркнула я, пытаясь отвлечь его от звездюльки. Ну а что, ему вредно во время лечения о женщинах думать, это отвлекает от основной работы. И нет, я не ревную. Блин. Наверное не ревную. – А стэк я прикуплю пожалуй, и флогер еще. Буду тебя пороть, если ты вдруг начнешь лаботрясничать и тупить. Я тебя еще раз спрашиваю, сможешь через забор перелезть?

- А ты что, никак ревнуешь? Не стоит, Олеся, эта курица не в моем вкусе,- вот мерзавец. Меня аж обдало жаром от того, как он это мне приподнес. Как у него получается одним словом меня из седла выбить?- Я люблю выпивших фитнес инструкторов, они такие покладистые. Да детка? Покладистые и горячие. Жаль у тебя тогда не было флогера, когда ты меня называла идальго, -противно подражая моему пьяному голосу, прямо мне в лицо прошептал мерзавец, с удовольствием наблюдая, как я заливаюсь свекольной краснотой.

-Ты хам и мерзавец,- наконец совладав с собой выдохнула я.

- Да, но это не отменяет того факта, что ты натянула мне на голову свои трусики, детка,- бархатисто шепнул Лев. Твою мать, у меня трусы намокли от жгучего желания. Я вскочила из – за стола, сбив с него поднос, прямо на нахала доводящего меня до сумасшествия, и ломанулась к выходу из столовой не разбирая дороги.

- Олеся, да подожди же,- Лев схватил меня за руку уже на улице. Интересно, как у него получилось меня догнать? Я уставилась на облитого компотом, заляпанного кашей мерзавца, и подумала «Еще немного, и я просто свалюсь в обморок, если он не прекратит свои издевательства»

- Чего ты хочешь? – почти беззвучно вымолвила я, рассматривая его, слишком приблизившееся к моему лицо. Вот, сейчас он меня поцелует, и я сдам свои бастионы. Видимо ребенок этого мужчины совсем захватил мое тело, и теперь играет моими чувствами, мыслями и желаниями, словно злобный властелин своей марионеткой. И я не в силах противиться его приказам.

- Когда ты мне покажешь, где перелезть чертов забор? И как скоро я должен буду вернуться? Да что с тобой, Олеся?- спросил Лев. А я едва не взвыла от жгучего разочарования. И с чего я взяла, что нужна ему, поцелуй выдумала. Этот котяра сегодня будет трахать других баб, я уверена. Иначе зачем идти в самоволку богатому, здоровому мужику. Он даже через забор согласился лезть. Куда член, туда и ноги, блин. А я буду страдать от чувства собственной неполноценности, глядя, как Ромка становиться чемпионом, нажираться сладким, и бегать каждые пять минут в туалет, по приказу маленького Льва Смелова, поселившегося в моей матке, и крутящего мной, как ему пожелается.