Глава 29.

Под недовольное бурчание дядюшки Бэлла перебралась к Дану. К его удовольствию, она его не притесняла. Её баночки с кремами, тоники, лосьоны и прочая лабуда стояла аккуратно отдельно от его косметики. Она никогда не разбрасывала мокрые полотенца и свою одежду. Отверстие слива в душе никогда не было забито её волосами. Не было многого того, чего можно ожидать от молоденькой девушки.

Беременности не случилось... Месячные пошли через неделю после их горячего секса. Дан выдохнул с облегчением, а Бэлла — с лёгким разочарованием... Оба много снимались, но старались не разъезжаться надолго. Бэлла обзавелась очень приличным лукбуком. Высокая зеленоглазая модель начинала пользоваться популярностью. Она больше не позволяла себе не отвечать на звонки своего парня, а Дан в одном интервью для женского журнала вдруг сказал, что несвободен. Что тут началось в социальных сетях... Как только Бэллу не называли, с кем и чем только не сравнивали... Она обижалась и возмущалась, а Дан равнодушно пожимал плечами. Он давно привык к нападкам в соцсетях на его спутниц. Что с этим поделаешь?

Время стремительно катилось к зимним праздникам.

- Бэлла, ты как хочешь праздновать Рождество? — Дан вальяжно развалился на диване, а голова Бэллы лежала на его коленях. Ему нравилось зарываться в её густые волосы, а она млела от его прикосновений.

- Не знаю... Хочу с тобой... - Она растерялась. Для неё было само собой разумеющимся, что они будут вместе в этот великий день.

- Я православный, Бэлла. Я не отмечаю католическое Рождество. Я бы не отмечал и православное, если бы не мой день рождения...

- Ты родился на Рождество?! — Бэлла резко села и уставилась на Дана.

- Да. — Красивые губы изогнулись в улыбке. - Седьмого января. Поэтому и потому что родители были довольно взрослыми, когда я появился, меня так и назвали. По-русски Богдан — Богом данный.

А Бэлла с досады прикусила щёку изнутри. Она не потрудилась узнать, когда у него день рождения... Глупая гусыня. Но он ведь тоже не поздравил её с восемнадцатилетием... Правда, он и не должен был... Они тогда и вместе не были-то.

- Я всё равно хочу быть с тобой на Рождество. — Заявила упрямо.

- Хорошо. — Легко согласился Дан. — А на Новый год я приглашаю тебя в Швейцарию. В дом моих родителей. Обычно мы летаем к старшему брату, но моя сестра Вики беременная и чувствует себя не очень. В этом году мы решили встречать Новый год дома только своей семьёй.

- Ты приглашаешь меня встретить Новый год с твоей семьёй? — Бэлла не верила своему счастью.

- Приглашаю. Я, мои родители и сестра приглашаем тебя на наш семейный праздник.

Бэлла залезла к Дану на колени лицом к нему, обхватила тонкими руками за шею, заглянула в смеющиеся опасные глаза. Оба прекрасно понимали, это следующий шаг в их отношениях.

- Дан, я люблю тебя...

- Знаю. — Красивые губы легко коснулись её губ, а руки потянули вверх её мягкий кашемировый джемперок.

***

Бэлла развила бурную деятельность по подготовке к Рождеству. Дан, глядя на её светящиеся неподдельной радостью глазёнки, понимал, что ему всё это нравится. Бэлла не первая в его жизни девушка, с которой он встречал Рождество. Но ни одна из тех, других, не считала нужным бегать по магазинам в поисках особенного декора или продуктов. Ни одна из них не собиралась печь собственноручно традиционный “pandoro”. И именно “pandoro”, пришедший из Вероны, а не “panettone”, более традиционный для Сицилии, потому что он вкуснее.

Другие девушки, вопреки итальянским традициям, предпочитали встречать Рождество в ресторанах или ночных клубах. Причём, где-нибудь в других странах. Дан предложил такой же вариант, но Бэлла возмутилась и заявила, что они будут встречать праздник дома. И Дан сдался. Он сходил в банк, открыл счёт, пополнил и выдал Бэлле карту. Она посопротивлялась для порядка, а потом согласилась.

Они вместе купили небольшую ель, купили декор и нарядили. Вместе, держась за руки, они гуляли по украшенным улочкам Милана, зависали на многочисленных рождественских ярмарках и базарчиках, которые открылись по всему городу.

Они зашли в Galleria Vittorio Emanuele II , и Дан долго не мог увести своё сокровище от ёлки Сваровски, волшебно сверкающей и переливающейся развешанными кристаллами. Они гуляли по Монте Наполеоне в толпе улыбающихся взбудораженных людей. Казалось, все сошли с ума и кинулись покупать подарки в последнюю минуту.

Как профессиональным моделям, им нравилось прогуливаться мимо бутиков высоких домов моды, рассматривая вычурный, порой очень дорогой, декор.

И, конечно же, Дуомо... Когда рядом такой собор, это же грех не посещать площадь перед ним чуть ли не каждый день перед сном.

***

Постепенно квартира Дана оказалась опутанной мигающими гирляндами. На окнах появились рождественские фигурки, а на двери поселился огромный красивый рождественский венок. Бэлла быстро завела дружбу с немногочисленными соседями и обсуждала с ними рецепты рождественских блюд. Она сама, как волшебный эльф, меняла реальность вокруг себя.

За день до Рождества Дан, вернувшись домой, застал взлохмаченную Бэллу с тряпкой в руках. Он выразительно выгнул бровь.

- Что бы это значило? Ты уволила клининговый персонал?

- Ну... - Замялась Бэлла. — По традиции квартира должна блестеть. И я хочу сама...

Дан только улыбался и мотал головой. Бэлла кардинально отличалась от всех девушек, которые были у него прежде.

Рождество прошло тихо и спокойно, как и полагается в Италии. Неожиданно пошёл снег, укрыв Милан белым пуховым платком. В квартире, вылизанной действительно до блеска Бэллой, было тепло и уютно. Мягким светом вспыхивали разноцветные огоньки на ёлке. За окном медленно кружились белые хлопья.

Им было уютно только вдвоём. Они вместе приготовили жареного угря - традиционное блюдо сицилийцев на рождественский ужин. Вернее, Дан поддерживал морально, а Бэлла готовила. И Дан, чьи рецепторы привыкли к разного вида деликатесам, вынужден был признать, что у Бэллы талант. Всё, что она приготовила, было необыкновенно вкусным.

У Бэллы сверкали неподдельным удовольствием глаза, когда она открывала большую коробку, перевязанную широкой красной лентой с золотистой окантовкой и огромным бантом. Дан за день до праздника демонстративно положил её под ёлку. У неё хватило выдержки не задавать вопросов. Знал бы он, чего ей это стоило... Наконец, она добралась до подарка!

Среди яркой упаковочной бумаги из коробки был извлечён большой стеклянный шар. Внутри застыли две, идеально вылепленные, фигурки мужчины и женщины, застывшие в вальсе. Длинное платье девушки было проработано так детально, что казалось её юбки сейчас вспорхнут в такт движению. Каштановые волосы у фигурки девушки спускались до поясницы, а у парня волосы были короткие, платинового цвета. Подставка под шаром, в которой прятался механизм, была расписана вручную и украшена теми самыми кристаллами Сваровски, переливающимися в мягком свете потолочной подсветки.

- Дан, это очень красиво.... - Бэлла завела механизм, и пара в шаре закружилась под рождественскую музыку, а вокруг неё взметнулись белые сверкающие хлопья снега. - Такой ведь не купишь... Ты его специально заказал?

- Ну, я видел, как они тебе нравятся, но абсолютно не хотел дарить китайскую ерунду с обычной ярмарки. - Его губы, на которых завис её взгляд, красиво улыбались.

Бэлла аккуратно поставила шар на стол.

- Он завораживает... Я знаю только одну мастерскую в Милане, где могли сделать это чудо... - Бэлла выдала название и, получив утвердительный кивок, выдохнула. - Это же... это очень дорого! Нет, это очень-очень дорого!

- Милая, я могу позволить себе радовать тебя... - Дан подцепил пальцами тонкий завиток и заправил за ухо, провокационно коснувшись кожи.

- А ты не хочешь открыть мой подарок? - Зелёные глаза хитро сузились.

- Конечно, хочу.

Дану пришлось постараться, чтобы найти свой подарок под ёлкой. Бэлла его хорошо запрятала в ворохе мишуры. Это оказался длинный тонкий футляр. Дан вопросительно глянул на Бэллу.

- Открывай! Надеюсь, тебе понравится.

Через пару минут Дан открыл коробочку с логотипом известного ювелирного дома. Совсем недавно Бэлла позировала для рекламы их изделий. Внутри на тёмном бархате лежали две золотые цепочки с кулонами - маленьким ключиком и сердечком, к которому подходил ключик. Дан улыбнулся. Банально, но очень мило.

- Обе мои?

- Ну, я надеялась, ты со мной поделишься... - Как-то растерялась Бэлла.

- И какую же ты хочешь? - Дан подцепил тонкими пальцами обе цепочки.

Бэлла обвела языком губы.

- Я думаю, что моя с ключиком... Это ж я подобрала ключ к твоему сердцу...

Дан поднял бровь и уставился на сокровище.

- То есть, ты хочешь, чтобы я носил цепочку с сердечком?..

Бэлла замялась... Гадство! Как-то она не подумала, как будет смотреться изящное сердечко на шее парня.

- Ну, ладно, я могу забрать сердечко себе... Ключик будет неплохо смотреться на твоей шее... Но я не услышала - я ведь нашла ключ к твоему сердцу? – Бэлла смотрела на Дана слишком внимательно.

- Иди сюда. - Дан протянул руку и привлёк её к себе за шею. - Конечно, нашла, tesoro mio.- И подтвердил свои слова глубоким поцелуем. - Спасибо! Мне очень нравится.

И ведь почти не соврал...

- Давай, надену. - Бэлла застегнула изящный замочек и полюбовалась ключиком, расположившимся прямо во впадинке внизу шеи. Подняла волосы, чтобы и Дан мог надеть ей цепочку.

К двенадцати они пошли к Дуомо, чтобы послушать праздничную мессу. Дан пошёл только, чтобы прогуляться по пока заснеженным улицам. Когда возвращались домой, Бэлла повела его какой-то путаной длинной дорогой, вдруг резко остановилась и потянулась за поцелуем. С чего бы ему было отказываться? Мимо шли редкие прохожие и широко улыбались, кидая взгляды на целующуюся счастливую парочку.

- Вот и всё, Боган Игнатьев! - Заливисто рассмеялась Бэлла, когда они оторвались друг от друга. - Теперь ты просто обязан на мне жениться! - И указала пальцем куда-то вверх.

Дан поднял брови, а затем и голову. Они стояли под балконом, украшенным огромным венком из веток омелы...