Глава 38. Больше не будет больно

Я не помню, как вырубился. Наверное, эмоций было слишком много. Такого взрыва в сознании я давно не получал.

Просыпаюсь от звуков воды. Продираю глаза и приподнимаюсь. Резкий поворот головы и вижу, что Ромашки нет рядом.

Я вскакиваю с кровати.

— Ромашка! — зову её и осматриваюсь.

И не сразу доходит, что звуки воды — это Ромашка в душе. Дёргаю дверь в ванную комнату и улыбаюсь.

Здесь.

Просто стою в дверном проёме и смотрю на силуэт в душевой кабинке. Взглядом ощупываю каждый изгиб принадлежащего теперь только мне тела. И возбуждаюсь.

Рука сама тянется к привставшему члену.

Но нельзя ведь. Я знаю, что нельзя.

Сука, но не могу!

Делаю шаг и распахиваю дверцу кабинки. Облизываюсь, видя перед собой голую попку. Обхватываю её руками и тяну на себя.

Девчонка сразу же разворачивается и я впечатываюсь в её рот.

И слова не нужны. Нафига они? Я просто хочу её целовать, трогать, ласкать, делать моей снова и снова.

Губы Ромашки такие мягкие, сладкие. Как дурманом обволакивает меня.

Руками сжимаю тёплое и мокрое тело. Нежная кожа обжигает пальцы.

— Ты как? — шепчу, отрываясь чуть от губ и продолжая поцелуями покрывать скулы, подбородок. Снова губы.

— Всё хорошо, Дан, — шепчет она мне в ответ.

Подхватываю её, приподнимая, и несу на кровать. Падаем вместе, не переставая целоваться.

Член приятно трётся о кожу Ромашки, но я помню, что нельзя. Сука. Надо потерпеть. Не хочу, чтобы ей ещё больно было. И так вчера, похоже, не сдержался.

Терзаю её губы, а сам рукой веду вниз. Сжимаю грудь, играюсь с соском, вызывая тихое мычание мне в губы. Мну её и ещё ниже.

Когда моя ладонь ложится между ног Ромашки, она сама вырывается из моего поцелуя и охает. А в глазах то ли испуг, то ли…

— Ромашка, не бойся, — шепчу я, целуя её в ушко. — Больше не будет больно. Теперь будет только хорошо… охуенно будет…

Аккуратно раздвигаю нежные складки и нащупываю чувствительной бугорок. Трогать же можно? Это трахать нельзя. Но ласкать… Да я сдохну, если не потрогаю её! Моя Ромашка… только моя…

— Дан! — напрягает вмиг бёдра и чуть приподнимает их.

— Тшшш, расслабься, Ромашка, — хриплю я, хотя у самого всё сводит от напряжения.

Упираюсь лбом ей в плечо и стискиваю зубы, прямо ощущая, что член готов взорваться. Вжимаюсь им в бедро девчонки и чуть трусь. Становится только хуже.

Её близость, её запах сносят башку нахрен. Но я держусь!

— Хорошо будет… моя… — шепчу как в безсознанке.

Мне кажется, у меня мозги расплавились. Никогда себя так не чувствовал. Охрененные ощущения.

Ногами обхватываю одну ногу Ромашки и зажимаю, а рукой вторую отвожу в сторону. Раскрываю её. Возвращаю ладонь на складки и нежно провожу пальцами, чуть касаясь.

— Дан… — тихий стон.

Впиваюсь губами в тонкую шейку и начинаю ласкать её пальцами. Нежно, медленно. Дурея сам и доводя её.

Я мягко обвожу чувствительную точку. Кончиком пальца провожу по ней, вырывая уже громкий стон. А потом кладу подушечку и чуть натираю.

Меняю скорость и давление. Словно играюсь.

С каждым выдохом с губ Ромашки срывается стон.

Я приподнимаюсь, чтобы смотреть на неё. Кончить можно, видя, как ей хорошо.

Кладёт ладошки мне на грудь и скребёт по ней ноготками. Словно пытается уцепиться, чтобы не упасть.

Эта картинка возбуждает меня до боли в яйцах.

Ложусь рядом и, не переставая ласкать Ромашку, второй рукой беру её ладошку со своей груди и веду вниз. Кладу на ноющий член.

Глаза в глаза.

— Сожми, — хриплю я, облизывая губы и останавливая палец.

И она послушно сжимает свои пальчики на моём члене. Хоть и не полностью обхватывает, но я громко выдыхаю и прикрываю глаза.

Опять ласкаю клитор и своей рукой вожу её пальцами по стволу. Показываю. И в какой-то момент понимаю, что она уже и сама знает, что делать. Убираю руку.

Это, конечно, не сравнится с тем, как у неё там, в узкой дырочке, но тоже пойдёт пока. Иначе я свихнусь нахрен.

Целую Ромашку в губы, продолжая доводить её и наслаждаясь её неопытной, но такой нежной ручкой на своём члене. Инстинктивно сам толкаюсь бёдрами.

Ещё быстрее вожу пальцем и девчонка вырывается из поцелуя и выгибается. Запрокидывает голову и вскрикивает моё имя.

— Дан! Не могу! Дан!

Ещё пара движений и она дёргается, а потом снова замирает. И начинает дрожать, дыша так часто и так громко, что я хренею просто. А ещё она рукой сильнее сжимает мой член и я вцепляюсь рукой в её плечо, а второй не отпускаю клитор. Так и надавливаю, продлевая её оргазм.

Лиля постанывает и пытается сжать ноги. Отпускаю её и позволяю это сделать. Убираю её руку с члена и приподнимаюсь. Провожу ладонью по волосам Лили, а второй рукой направляю член и головкой провожу по приоткрытым губам.