Глава 60. Призрак свободы

Вскакиваю со стула и не могу сдержать громкий выдох. Это я отпускаю свои сомнения и переживания. Дан! Вот он. С ним всё в порядке! Ну, если не считать, конечно, что мы в полиции. Но это же пустяки! Главное, что с ним всё хорошо!

Дан тоже видит меня. Улыбается уголком губ и хочет бежать ко мне. Но делает всего пару шагов, как его одёргивает полицейский, который идёт рядом.

— Куда? — рявкает на него.

И тогда я сама срываюсь и бегу ему навстречу.

— Дан!

Хочу обнять его. Прижаться и услышать стук его сердца. И чтобы почувствовать его запах. Пальцами ощутить его тепло.

Но дорогу мне преграждает тот самый полицейский.

— Не положено, — смотрит грозно. — Отойди, — и протягивает ко мне руку.

— Не трогай её! — взрывается Дан и я боюсь, что он усугубит своё положение.

Из-за меня снова! Нет!

— Не надо, Дан! — прошу я, отступая и убирая руки за спину.

Так легче справиться с желанием прикоснуться к нему.

— Я люблю тебя, — шепчу лишь губами, чтобы слышал только он. Чтобы прочитал по губам.

И он легко считывает моё послание. Улыбается.

В его глазах я вижу любовь, несмотря на всю ситуацию.

— Я тоже, — одними губами отвечает он, и в этом коротком послании столько

нежности и силы, что у меня перехватывает дыхание.

Полицейский нетерпеливо толкает Дана в спину.

Каждая клеточка моего тела кричит о том, как сильно я хочу быть рядом с ним, обнять. Но сейчас мы можем только обмениваться этими безмолвными посланиями.

— Пошевеливайся, — голос полицейского звучит как сквозь вату.

Дан кивает мне, словно говоря: «Всё будет хорошо».

Я отступаю, провожая его взглядом, пока он не скрывается за дверью. И только тогда позволяю себе прислониться к стене, чтобы не упасть. Потому что ноги подкашиваются от облегчения и тревоги, от любви и страха за него. Но главное — он жив, он здесь. И мы обязательно справимся со всем вместе.

Каждая секунда ожидания отдаётся в моём сердце. Я не знаю, что происходит там, за дверью, за которой скрылся Дан. Но там уже ждёт его мама и она ведь поможет? Конечно, поможет!

И только сейчас задумываюсь, что я ведь познакомилась с его мамой! При таких обстоятельствах, но познакомилась. Волнение захватывает с новой силой. Я очень хочу ей понравиться. Я знаю, как Дан любит маму. Я ведь понравилась ей? Ну, хотя бы немножко?

Наконец, дверь открывается. Я с нетерпением смотрю на неё. Так и стою у стены. Не могу сидеть. Мне кажется, если сидеть, то время идёт дольше.

Первым из дверей выходит Дан.

Вспыхиваю, когда наши взгляды встречаются.

— Дан! — вскрикиваю и не в силах больше стоять на месте срываюсь к нему.

Обнимаю и чувствую его сильные руки на теле.

— Ромашка, ты чего? — его губы скользят по моим щекам.

И я только сейчас понимаю, что плачу. Тихо так плачу. И слёзы стекают. А Дан губами собирает их.

— Всё хорошо же, ты чего? — улыбается он.

— Дан! Милый! Любимый Дан! — шепчу я, уткнувшись лицом в его грудь. — Я так испугалась! Зачем ты…

Договорить не успеваю, потому что замечаю, как из кабинета выходит мама Дана.

Улыбается, глядя на нас.

— Домой? — спрашивает, кладя ладонь на плечо сына.

Мы с Даном киваем и, обнявшись, идём на выход.

Я не хочу его отпускать. Так и держу крепко за руку. И его пальцы сильно сжимают мою ладонь. Мне так не хватало этих его прикосновений! Так не хватало!

Втроём мы выходим из здания и я жадно вдыхаю прохладный воздух.

Как будто это меня выпустили. Я так остро переживала эмоции вместе с Даном, что сама ощущала себя закрытой в этом душном здании.

— Мам, отвезёшь нас к Лиле? — неожиданно спрашивает Дан у матери.

Она немного удивляется. Но ответить не успевает.

Из здания выбегает полицейский.

— Басманов! Вернись давай! — окликает он Дана.

Дан хмурится и оборачивается. Непонимающе смотрит на него.

Может, что-то подписать забыли? Зачем он им? Не пущу!

Инстинктивно сильнее вцепляюсь в его майку. Не пущу!

— Что-то случилось? — спрашивает мама Дана.

— Новые обстоятельства, — хмуро заявляет полицейский. — Ты избил вчера Коровина Алексея? — обращается уже к Дану.