Глава 65. Ошибка и спасение

Смотрю в окно, провожая взглядом отца Дана. Мысленно прошу только об одном — чтобы он побыстрее уехал. Скоро Стёпа приедет. Отец Дана может что-то заподозрить.

И я даже облегчённо выдыхаю, когда вижу, как он садится в машину и она трогается. Скрывается за поворотом. Я продолжаю стоять у окна — жду Стёпу. И он подъезжает ровно через шесть минут после отъезда отца Дана.

Фух.

Я не дожидаюсь, когда он поднимется. Хватаю сумочку, которая стоит тут же на тумбочке, и выбегаю из квартиры.

— Ого! Ко мне ты так ни разу не торопилась! — встречает меня Стёпа удивлённым взглядом.

— Просто не хочу заставлять тебя ждать, — отвечаю сухо. — Поехали?

— Ну, поехали, — хмыкает он. — Не передумала? Ещё не поздно, Лиля. Ты можешь развернуться и уйти домой, а я уеду. И как будто ни о чём и не договаривались. Что скажешь?

Его слова немного пугают и сбивают с толка. Смотрю на него. Но Стёпа прыскает со смеху.

— Видела бы ты себя! — откровенно смеётся надо мной он. — Шучу же! Спокойно, Лиля. Лёха очень ждёт тебя. Ему есть, что тебе сказать, — вздёргивает бровь. — Поехали.

«Поехали», — мысленно отвечаю я и крепче сжимаю ремешок сумочки, чтобы скрыть дрожь в пальцах.

Всю дорогу Стёпа что-то рассказывает. Смеётся своим шуткам, вспоминает моменты из нашего прошлого. Я иногда киваю, но все его слова пролетают мимо моего внимания.

Я смотрю в окно и стараюсь ещё раз проговорить мысленно то, что собираюсь сказать Коровину.

Ну, не совсем же он плохой. Неужели он и правда будет наговаривать на Дана? Зачем это ему? Ну, злится на него, наверное. Но это же не значит, что нужно обвинять Дана в том, чего он не делал. Я почему-то уверена, что смогу с Алексеем всё решить и помочь Дану.

Дан. Как же я скучаю!

— Лиля! Слышишь? Ты чего? Заснула там? — и лёгкий толчок в плечо.

Поворачиваю голову и встречаюсь с усмехающимся взглядом Стёпы.

— Ты чего? Я говорю, приехали! — подмигивает мне он. — Выходи.

Смотрю, а мы и правда остановились. А я даже на дорогу не обратила внимания. Вся в своих мыслях.

Большой загородный дом. Пустынный двор, даже охрану не видно. А в окнах — редкий свет. Всего в двух окнах. И машин возле дома нет. И забор высоченный.

— Ну? Чего ты? Пойдём? — Стёпа отрывает меня от созерцания дома. Берёт за руку и тянет к дому. — Лёха, наверное, уже заждался.

И щурится как-то недобро. Или мне только кажется?

Чувство тревоги вспыхивает в груди и я выдёргиваю руку из его захвата.

— Стёп, я передумала, — говорю, глядя ему в глаза. — Скажи Алексею, что я хочу в кафе встретиться. Я…

— Да что я вам? Связной, что ли? — зло скалится он. — Иди и сама скажи ему, что хочешь! Достала! Сама под мажорчиков ложишься, а я должен передавать что-то?

Взгляд Стёпы становится совсем другим и мне страшно. Потому что раньше я его таким никогда не видела. Да и слова его…

— Что ты такое говоришь, Стёпа? — и отступаю на шаг.

— Иди! Я уже бабки получил! Давай!

Он с нескрываемой злостью смотрит на меня, а потом грубо хватает меня за руку и тянет.

— Я не пойду! Я передумала! — кричу я и бью его по запястью. — Стёпа! Что ты делаешь?! Пусти! Пусти меня!

Но он сильнее и он буквально тащит меня в дом. Я продолжаю пытаться вырваться из захвата и тут вижу, что дверь открывается.

— Алексей! — кричу одногруппнику, когда встречаюсь с ним взглядом.

И в этот момент Стёпа вдруг резко отпускает меня.

— Какого хера тут происходит? — цедит Коровин, глядя на Стёпу. — Ты же сказал, что она сама хотела приехать?!

— Так она и приехала! — отвечает ему парень. — Что я, по-твоему, её в багажнике привёз?! А сейчас дуру из себя строит! Сука!

Круглыми глазами таращусь на своего бывшего парня, говорящего обо мне.

Коровин быстро осматривается.

— В дом давайте! — кивает Стёпе. — Там всё решим!

— Я не пойду! Не пойду я! — сопротивляюсь, когда Стёпа буквально обхватывает меня и тащит в дом. — Я буду кричать! Помогите!

— Дура! — шипит Коровин, когда мы оказываемся возле него. — Тут нет никого, кроме нас! И соседей нет! Ори сколько влезет! Никто не услышит всё равно!

— Алексей! Стёпа! Вы что? Вас посадят! — пытаюсь призвать их к разуму.

— За что? — хмыкает с ухмылкой Коровин. — Ты сама в тачку села, сама приехала. Сама хотела… — и, глядя мне в глаза, он нагло кладёт ладонь мне на грудь и больно сжимает её.

Я дёргаюсь в руках Стёпы, а он громко гогочет.

— Опять недотрогу из себя строит! После Басмана-то! Все дырки уже разработал ведь! Чего ломаешься?! — и рука Стёпы хлёстко шлёпает меня по попе. — Теперь и два хуя принять сможешь? — это он уже шепчет мне в ухо и проходится по нему языком.

И так противно и мерзко от этого становится, что я чувствую, как меня тошнит. Стараюсь дышать ровно, но не получается. Меня всю трясёт и пальцы немеют от холода.

Грубый толчок в спину и резкая боль в пояснице.

— Погоди! — слышу голос Коровина. — Сумку её в тачке оставь! Вдруг там телефон включила на запись!

Стёпа громко смеётся.

— Ты чё? Фильмов про шпионов пересмотрел?! Какой ещё телефон?! Да она тихо сидела всю дорогу! Ждала, наверное, когда её уже по-нормальному оттрахают! Да, Лиля?!

И он больно берёт меня за подбородок и тянется губами ко мне. Меня сейчас точно стошнит.

— Ты не охуел?! — рычит на него Коровин и толкает от меня. — Я первый, сука!

— Ладно-ладно! Чё ты?! — сразу отступает Стёпа. — Всё нормально будет. Ты чё?! Первый так первый! Хотя… первым-то Басман был! — и с прищуром смотрит на второго урода.

Коровин в ответ лишь рычит. Выхватывает у меня сумку и кидает её в Стёпу:

— В тачке оставь, я сказал!

Тот бежит с моей сумкой к машине, а Коровин тащит меня в дом.

— Алексей! — прошу его я. — Зачем ты делаешь это? Это же преступление! Тебя посадят!

— Ты серьёзно так думаешь? — ржёт он мне в лицо. — Кто поверит тебе? У Чёрта в тачке регистратор и он заснял, как ты довольная сама села, спокойно ехала. Всё. Ты сама сюда пришла, Ромашкина! Сама! Окей!

Коровин толкает меня в комнату и делает это сильно, потому что я спотыкаюсь и падаю на пол. Смотрю на него испуганно.

— Если мне понравится, — скалится он, — я помогу Басману. Но не обещаю. Достал меня этот гандон!

— Зачем ты сказал, что это он? Это же не он? Не он!

— Не он, — легко соглашается он. — Но будет сидеть он! А я ещё и бабки от страховки за тачку получу! Хорош об этом уроде тут вякать! Ты не за этим здесь!

Ступает ко мне, а я пячусь назад. Испуганно смотрю на него и отползаю.

— Не надо, — мотаю головой. — Вы… ты не сделаешь этого… Не надо! — кричу, когда он хватает меня и толкает на диван.

— А перед Басманом сама ноги раздвинула?! Или тоже ломалась?! — хрипит он мне в лицо и, когда его слюнявые губы касаются меня, позывы рвоты становятся такими отчётливыми, что я чувствую, что больше не смогу сдержаться.

Коровин возится на мне, сдирая одежду. Я ещё сопротивляюсь, но слёзы бессилия скатываются по щекам. Он больше, он сильнее.

Слышу звук открывающейся двери. С надеждой кое-как поворачиваю туда голову и сквозь слёзы вижу усмехающееся лицо Стёпы. Он стоит и довольно наблюдает.

Он не поможет.

Но я не собираюсь сдаваться. Предпринимаю ещё одну попытку столкнуть с себя Коровина, чувствуя его противные руки уже на своём теле.

— Ах, ты, сука! — ревёт он, когда я ногтями прохожусь по его щеке.

А потом хлёсткий удар и резкая боль. Зажмуриваюсь от неё.

Этот урод ударил меня по лицу! Оно тут же вспыхивает. Но я продолжаю пинать его, бить, толкаться. Хотя и понимаю, что мои попытки бесполезны. Он сделает это.

Как тогда мне жить?! Как смотреть в глаза Дана?!

Вой вырывается из моей груди.

Но в этот момент громкий хлопок. Звуки ударов и битого стекла. И резкое освобождение.

Распахиваю глаза и громко выдыхаю, чувствуя, что ничего не вижу от слёз, но знаю, что это спасение.