Глава 30
- Иди в комнату и не показывайся ему пока на глаза, - посоветовал Артем, поставив меня на нижнюю ступеньку лестницы.
Дважды мне повторять не надо было. Поблагодарив мужчину, я крутанулась на пятках и понеслась в свою комнату. Судя по обстановке, случилось что-то из ряда вон выходящее. И если повезет, сегодня ему будет не до меня.
Оказавшись в ванной, я взглянула на себя в зеркало и ужаснулась. Волосы выглядят так, будто ими палубу драили. Челка дыбом. По лицу размазана тушь вперемешку с кровью. Платье в грязи, разрез, который раньше доходил до нижней части бедра, теперь разорван почти до талии.
- Ольга!!! – услышала я рев из комнаты.
Забившись в угол между душевой и раковиной, я затряслась как шуганная шавка перед сапогом пьяного хозяина. Мне и видеть его не надо было. Я по голосу поняла, что он невменяем.
- Я… я моюсь…
Дверь распахнулась, и я увидела на пороге Шевца. От него исходили такие волны ярости, что кровь в жилах заледенела. Он шел на меня. Шел убивать. Я вжалась в стену с такой силой, что спиной почувствовала каждый межплиточный шов.
Подойдя ко мне вплотную, он двумя пальцами поднял мой подбородок и осмотрел лицо.
- Хорошо повеселилась? – спокойным тоном поинтересовался он.
Только спокойствием там и не пахло. По белым напряженным ноздрям и скрежету зубов я поняла, что Шевц еле себя сдерживает. Я не смогла выдавить ни слова. Язык присох к нёбу.
- Кровь откуда?! Кто ударил?!
Беззвучно открывая рот, чувствовала, как на губах трескается запекшаяся корочка крови.
- Кто?! – давил он, выжигая черными глазами мне душу.
- Я… я сама… ударилась…
- Где колье?.. – и тут мое сердце остановилось.
За всем этим кошмаром я совершенно забыла об украшении. О, Боже, чем я думала, когда решила расплатиться им за коктейли. Живот скрутило от страха, а по телу выступил холодный липкий пот.
- Потеряла… - соврала я, нервно облизав губы.
- Потеряла… - повторил он за мной и вытащил колье из кармана, - растяпа…
С этими словами он взял меня за руку и, осторожно вытянув из условного убежища, развернул к себе спиной.
- Больше не теряй… - нежно поцеловав в ухо, одел украшение на шею.
Я понимала, что мне конец. Живой из этой комнаты мне не выйти. Но не думала сопротивляться. В тупом оцепенении ждала исполнения приговора.
Цепочка медленно, но верно затягивалась на моем горле. Последний раз сглотнув, я зажмурилась. Доступ кислорода в легкие прекратился. Острые края бриллиантовых звездочек впились в кожу, протыкая ее насквозь. От нестерпимой боли брызнули слезы.
Я не хотела умирать. Инстинкт самосохранения заставил закинуть руки назад в попытках дотянуться до него, но все было бесполезно. В глазах кромешная тьма с расплывающимися красными кругами. Язык во рту распух так, что просто там не помещался. В ушах глухими ударами стучала кровь.
И когда на задворках уплывающего сознания промелькнула мысль – «Скорей… скорей бы это закончилось…», внезапно все прекратилось. Я мешком свалилась на пол и скорчилась от боли, раздирающей грудь при каждом хрипящем вдохе.
Не смотря на то, что в глазах до сих пор стояла красная пелена, а в ушах сильно звенело, слышала, как Шевц взревел. Что-то падало и разбивалось... По комнате летали вещи… Чьи-то шаги… обеспокоенные голоса… хлопок двери… и, наконец, тишина…
А я все лежала одна на кафельном полу в позе эмбриона и мечтала сдохнуть. Каждый глоток воздуха резал легкие ржавым ножом.
Через какое-то время услышала шаги… надо мной склонился мужчина.
- Господи… - это был Виктор.
Он поднял меня на руки и, вынеся из ванной, со всей осторожностью уложил на кровать.
- Зачем так-то?.. Сука… так же нельзя… - шептал он.
Я открыла глаза, но увидела лишь мутный силуэт. Он сидел передо мной на корточках и гладил мое плечо. Стало противно от его прикосновений. Падальщик. Дернувшись, хотела скинуть с себя его руку, но не смогла… Каждое движение причиняло боль.
- Красивая такая… - его ладонь переместилась на бедро, а в голосе послышалась хрипотца.
Мне хотелось кричать, истерить… горло раздирала такая боль, будто меня заставили проглотить колючую проволоку, поэтому я только тихо всхлипывала и слабо трепыхалась.
- Какого х@я?! – донесся до меня сначала рев Шевца, а затем звук падающего тела, - какого х@я ты, урод, прикасаешься к моей бабе?!
- Дмитрий Александрович… - застонал тот, - я же ее только до кровати донес…
Дальше все проходило как в самом страшном сне. Завязалась драка. Я слышала звуки коротких глухих ударов, крики, стоны, мат и мужской рев. Скоро комнату наводнили другие люди. Их стали разнимать.
- Дмитрий Александрович, хватит!.. Вы убьете его!!!
- Убью, сука!!! – хрипел он.
Я лежала, не шевелясь. Подтянув ноги к груди и спрятав лицо в распущенных волосах. Тело сковал могильный холод. Только горячие слезы, непроизвольно струящиеся по лицу, грели меня. Было больно дышать и даже думать.