Глава 45
Вести переписку с анонимом необходимости больше не было. Но я не могла проигнорировать его новое сообщение. Потому что, если я хочу уехать из города незаметно, никто не должен знать, что Шевц меня отпускает.
«Хорошо. Как только все будет готово, я сообщу».
«Отлично. Жду». – ответила на письмо, пришедшее через два дня после дня рождения Димы.
После этого я позвонила бабушке и предупредила, что, возможно, скоро нам предстоит уехать из города. Долго думала, как объяснить ей причину, но так и не придумала ничего правдоподобного. Очень просила не волноваться и пообещала, что объясню все при встрече.
Теперь Глущенко. Страх перед ним стал непроходящим. Я терзала себя мыслями, как исчезнуть из города незамеченной. О моем исчезновении не должен узнать вообще никто из моих знакомых. Ведь тем вечером в «Палладиуме» его не было, кто-то из присутствующих там сообщил ему о моем исчезновении.
И тут меня осенило. Как вспышка молнии. Это же мог быть кто-то из охраны Шевца!!! Слова анонима о том, что здесь работает его человек, натолкнули меня на эту мысль.
Твою мать!!! Если это так, свалить из города не получится!!! Глушак возьмет меня тепленькой, едва я переступлю порог этого дома.
Я проворочалась без сна до утра. Кружила по комнате, сидела на подоконнике, встречая поздний рассвет. В итоге решение было одно – рассказать Шевцу о переписке с «доброжелателем».
***
На пятый день утром меня разбудила Валентина Ивановна.
-Олечка, прости, что так рано. Мне уехать надо…
- Что случилось?
- Моя сестра в больницу попала, - женщина выглядела очень расстроенной.
- Что с ней?
- Вчера около подъезда поскользнулась… В результате – перелом шейки бедра…
- Господи… - я знала, что в пожилом возрасте такие травмы опасны, - езжайте, конечно!
- Завтра прилетит ее дочь из Новгорода, и я вернусь.
- Хорошо.
- Я там наготовила на день. Мужиков покормишь?
- Не переживайте, Валентина Ивановна, я разберусь.
За делами на кухне день пролетел незаметно. Шутка ли, накормить шестерых здоровых мужиков. И как только она все успевала?! И готовить, и мыть после них.
К ужину, в дополнение к тому, что оставила Валентина Ивановна, все же решила испечь пирог с рыбой. Рецепт я запомнила еще с прошлого раза. На вид получился такой же. Надеюсь, что и на вкус тоже.
- Что ты делаешь? – глубокий низкий голос заставил сильно вздрогнуть.
Я в этот момент вытаскивала горячий противень из духовки, и мне понадобилось все мое самообладание, чтобы не выронить его из рук. С горем пополам поставила его на подставку, заправила за ухо выбившуюся прядь волос и повернулась к двери.
В проеме стоял Шевц. Скрещенные на груди руки и взгляд исподлобья яснее ясного давали понять, что он не доволен увиденным.
- А ты не видишь? – огрызнулась я. Злость и обида, дремавшие во мне последние пять дней, вновь проснулись.
- Вижу, - подойдя ближе, кивнул на пирог, - ты умеешь готовить?
Я не ответила. Не потому, что не хотела разговаривать. Язык прирос к небу и коленки задрожали, когда меня окутало его тяжелой аурой.
- С чем он?
- Рыба… - прочистила горло, - с форелью.
- Мой любимый, - улыбнулся он, отчего на щеке появилась ямочка.
- Я не знала, что ты сегодня приедешь, - не хотела, чтобы он подумал, что старалась для него, - Ты сказал, вернешься через неделю… Если б знала…
- Добавила бы мышьяка… - закончил он.
Подтвердить его слова я не успела, потому что как раз в этот момент у него зазвонил телефон. С облегчением выдохнув, протиснулась мимо него и пошла к себе. Ругаться с Шевцем себе дороже. Особенно сейчас, когда предстоял серьезный разговор.
Жаль, не получится отсидеться вечер в комнате. Валентины Ивановны нет. Кухня на мне. Блин, почему именно сегодня?! Потому что, удача мое второе имя!!!
Ополоснула лицо, расчесала волосы, заплела их в рыхлую косу. Бросила взгляд в окно на резвящихся алабаев и увидела, как во двор въезжает черный Range Rover. Черт, только гостей сегодня не хватало!
Я поспешила вниз. Играть роль радушной хозяюшки.
- Оля! Здравствуй!
- Никита?! – так и застыла с разинутым ртом на предпоследней ступени лестницы.
У входной двери стояли Шевц и Никита Дронов, мой давний поклонник.
- Привет, - промямлила я и перевела взгляд на Диму.
И зря. Внешне спокойный, он излучал волны агрессии. Если бы глазами можно было резать, я и Никита уже истекали бы кровью. Только, Дронов, похоже, не чуял опасности, исходящей от Шевца. С легкой улыбкой скользил по мне глазами, задерживаясь на груди, потом на голых коленях.
- Ольга. Иди к себе, - от его властного голоса все волоски на теле встали дыбом.
- Но… мне стол накрыть надо. Накрою и уйду.
- Иди. К себе. – четко, по слогам, не переставая давить черным взглядом.
Сказал, как отрезал. Таким тоном, что спорить резко расхотелось. На ватных ногах доковыляла до своей комнаты и уселась на подоконнике.
Никита здесь. Невероятно. Я вообще не знала, что они знакомы. Последний раз, когда мы с ним разговаривали на том вечере в «Скае», он даже намеком не дал понять, что они общаются.
Зачем он приехал?! Неужели из-за меня?! Не на чашку чая же?... Хотя… Дронов тоже занялся строительным бизнесом. Может, я тут и ни при чем…
Через полтора часа Ровер Никиты продолжал стоять во дворе. Визит затянулся…
А мне, между прочим, парней кормить надо!
Выглянув в коридор, я прислушалась. Если у них деловой разговор, вряд ли они в гостиной или на кухне. Скорее всего, в кабинете. Спустилась вниз. Действительно, дверь в кабинет оказалась приоткрытой. Они там.
Хотела проскользнуть мимо, чтобы пройти на кухню, но резко остановилась, когда услышала свое имя.
- Нет, - донесся до меня твердый голос Шевца.
Я прижалась спиной к стене и перестала дышать.
- Зачем она тебе? – более мягкий голос Никиты, - ты же знаешь, у меня бабки есть, я все компенсирую.
Что компенсирует?! Меня?! Сердце ухнуло вниз, лицо опалило жаром.
- Тело отца еще не остыло, а ты уже побежал тратить наследство? – усмехнулся Дима.
Боже, отец Никиты умер?! Я знала, что он долгое время лежал парализованным после инсульта, а Дронов-младший по сути заменил его во главе компании. Значит, теперь он полноправный ее владелец.
В комнате воцарилась тишина. Звякнул хрусталь. Шевц на правах хозяина разливал виски.
- Димон, отдай ее, - настаивал Никита, - у меня все серьезно к ней…
- Нет.
Я прижала руки к груди, пытаясь унять бешеное сердцебиение, что отдавалось глухим набатом в ушах.
- Давай у нее спросим…
Тишина… Из щели потянуло табаком. Заскрипело кожаное кресло Шевца, и я уже собиралась бежать, как услышала его голос:
- Ты молодой парень, неглупый, вроде…Найди себе нормальную девку. Чего тебя на Ольге заклинило?
- Может, люблю ее…
- Кого?! Ольгу?! – хохотнул Дима, - на ней же пробы негде ставить.
Слова, как удар ногой в грудь. Зажала рот рукой, не давая рыданиям вырваться наружу.
Но вот Никиту, похоже, эти слова только рассмешили. Он засмеялся, будто услышал новый анекдот.
- Откуда информация? - спросил он, - дай угадаю… от Польки?
Снова смех… и резко тишина.
- Давно пора заткнуть эту суку! Совсем, тварь, ох@ела!
Сердце сделало кульбит и заколошматило, отдаваясь набатом в ушах.
- Ты информацию проверял? – продолжил парень, - Ольга Карману целкой досталась.
Господи… Я вжалась в стену и зажмурилась. Они собираются мою интимную жизнь обсуждать?!
- А после того, что он с ней делал, она мужиков к себе на пушечный выстрел не подпускала, - вздохнул Никита, - урод конченный!
- А ты? – глухо спросил Дима.
- Не было у нас ничего… Она не хотела, а я после того, что узнал, давить не стал, - снова тяжелый вздох, - думал, заберу ее, она потихоньку оттает, а уж потом…
Звон бокалов. И звенящая тишина.
- Я хочу знать, что он с ней делал, - тихий голос Шевца, сочившийся угрозой пробирал до костей.
- Спроси у нее… - он, судя по звуку, встал, - поеду я… Димон будь помягче с ней, она и так дерьма хлебнула…
Я горько усмехнулась. Димон и помягче, это как вторник и ромашка. Ничего общего.