50

POV Абигейл

— Прекрасно выглядишь, — произносит Алан, едва увидев меня в столовой. — Пошли, я взял нам еду.

За столиком лишь мы вдвоем. Пенелопа с подружками и мои одногруппники косятся, но нам вроде как все равно.

— Эм, а где Дик и Чарли? — решаюсь задать я вопрос.

Конечно, я слышала, что их забрал отец Кристиана, но логично было бы поинтересоваться.

— Они отсутствуют, — равнодушно пожимает плечами блондин.

— Уехали что ли куда-то? — не отстаю я.

— Ага, вроде того. Ты ешь быстрее, время на исходе.

Вот так просто. И даже не хочет мне объяснить, почему его друзья сидели связанные.

— Гхм, а ты ничего не собираешься мне рассказать? — не выдерживаю в итоге.

— Нет, — качает Алан головой, но потом все же добавляет. — Кроме того, что меньше знаешь, крепче спишь. Я слышал, ага.

Последнее он произносит таинственным голосом, наклонившись поближе ко мне.

Обиженно поджимаю губы и отворачиваюсь. Почему-то не к месту вспоминается бахвальство его бывшей подружки о том, что она-то всегда была в курсе всех дел Далтона. Может, конечно, и вранье, а может и нет.

— Пошли? — возвращает меня из дум Алан.

— Конечно.

Больше я к нему не пристаю с расспросами. Для себя я сразу все решила, наверное, еще тогда на лестнице, а остальное неважно. К тому же находясь в неведении гораздо легче убедить себя в том, что они завязали или обязательно завяжут.

Да и у меня проблемы сейчас гораздо серьезнее.

— Ааа! И почему я такая бедная! — сижу и уже пару часов чуть ли не рыдаю над собственным гардеробом.

Ну как гардеробом, так, жалкой кучкой вещей, привезенных из дома. И насчет бедности я, конечно, преувеличила, но так как даже до среднего уровня жизни местных студентов нашей семье далеко, получается, что я бедная по сравнению с ними.

Никогда не волновали меня такие вещи, но этот дурацкий бал предполагает шикарное вечернее платье, а что делать, если у меня даже нешикарного нет, никто не рассказал.

Честное слово. Подобные мероприятия — это дополнительная насмешка над людьми, не имеющими возможность дорого одеваться. Словно специально так задумано, чтобы лишний раз подчеркнуть разницу между слоями общества, между бедными и богатыми, аристократами и простыми людьми. Ах да, есть ведь еще так называемая серединка, середнячок, который вроде как ни туда и ни сюда толком не отнесешь. И особое надменное отношение у сильных потомственных магов к людям, в чьих жилах не теплится и маленькой искры дара.

Как же много несправедливости вокруг. Осталось мне сделать транспарант и выйти на одиночный пикет скандировать: «Даешь равноправие и свободу всех слоям общества!». От души позабавлю народ.

Так и вижу, как ректор Адамс подходит и говорит.

— Мисс Листос, в чем, собственно, ваше недовольство? Вас приняли в лучшее учебное заведение для потомственных магов. История академии очень богата, но раньше в ней не водились люди вроде вас, а теперь наши двери открываются для таких с распростертыми объятиями. И об отсутствии какого такого равноправия и свободы у разных слоёв общества речь, позвольте поинтересоваться?

И я такая буду хлопать глазами, краснеть и понятия не иметь, что же мне ответить. Потому что он прав, Мерлин его подери, прав. И я сейчас рассуждаю, как завистливая обиженная на весь свет сучка.

— Или, быть может, мы должны перекраивать и дальше наши многовековые традиции, отменяя привычные мероприятия, только потому что жалкая кучка их десяти человек не знает, как себя там вести и что надеть?

И снова ректор нет, вы правы, ох, как вы правы.

И можно и дальше продолжать лить слезы, стенать и жаловаться на судьбу-судьбинушку нелегкую. А можно взять себя в руки и снова методично полазить среди вещей, да и найти-таки что-то наиболее презентабельное. В конце концов, я не обязана выглядеть, как какая-нибудь Пенелопа, да никто и не ждет от меня этого. Я надеюсь. Буду выглядеть, как Абигейл Листос. Большего мне не надо.