Глава 12. И гуся на свадьбу тащат, да во щи

Портал волк открыл в пролете между лестницами. Как и в прошлый раз, я ничего не почувствовала. Просто сделала шаг и вышла в другой комнате.

Судя по обстановке, появились мы в гостиной. Ну что сказать, хорошо некоторые блохастики живут: комната большая, светлая, обставлена креслами, кушетками, столиками и стульями. Кресла и стулья красуются высокими спинками и резными подлокотниками, стулья выточены из красного дерева. У всех кресел и кушеток — обивка тканью, похожей на бархат (фиг его знает, может, то и не бархат, не особо я в тканях разбираюсь). Столики покрыты скатерками, на них — вазоны, радующие глаз обилием цветов. На больших широких окнах — тяжелые коричневые шторы с рюшами под цвет.

На стенах и на полу — ковры, на глаз — мягкие, ворсистые. Причем на этих коврах не просто узоры, а какие-то местные сюжеты изображены. В общем, бахато. Примерно так же у нас в городке мэр свою двухуровневую квартирку обставлял — его дочка, учившаяся в нашем колледже на моем курсе, как-то на одной из студенческих вечеринок, выпив пару-тройку коктейлей, фотки демонстрировала, мол, завидуйте мне, смерды. Хотя чему тут завидовать? Если вкуса нет, то и деньги не спасут.

— Прошу, присаживайся, — хозяин этого богатства подошел к одному из столиков, галантно выдвинул стул, дождался, пока я на него плюхнусь, и сел напротив.

— Вот, ознакомься, пожалуйста, — на столешницу легла бумага, запачканная непонятными пятнами бурого цвета. Кровь, что ли? Так, ладно, об этом потом.

Попыталась прочитать написанное, поняла, что бесполезно — буквы в слова складываться не хотели.

— Извини, я вашу грамоту не понимаю.

— О, — удивился оборотень. — Что-то я не подумал, что при переносе ты не сможешь читать. Вкратце — вампир дает добро на наши с тобой отношения. Метки ты лишишься сразу же, как дашь согласие на нашу свадьбу.

Нашу что???

— В смысле — свадьбу? Насколько я помню, изначально речь шла о долге, который можно выплатить через постель.

Этот гад сверкнул белозубой улыбкой. Эх, мечта всех стоматологов. Даже жалко будет выбивать. Хотя у него же регенерация вроде, и судя по тому, что синяков и кровоподтеков почти не осталось, довольно быстрая. Значит, выживет.

— Ну не думаешь же ты, в самом деле, что я упущу из рук такое сокровище.

Угу. Я почти поверила. Сокровище, да. Из всех полезных навыков-только умение определять телепатов. Чувствовать на своей шкуре, так сказать.

— То есть моего согласия спросить не надо?

— А ты против? — И кристальное удивление в темно-синих глазах. Действительно, чего это я. Такой шанс побыть местной королевишной упускаю.

— Представь себе. Как-то не улыбается сидеть в золотой клетке в твоем гареме.

— Прости, не понял.

Кто б сомневался.

— В той стране, откуда я прибыла, многоженство не поощряется.

— Какое многоженство? — Теперь уже изумление. Он или играет очень уж хорошо, или действительно идиотом родился. Фиг тогда такого исправишь.

— Обычное. Я — первая жена. Рядом — жена из клана, любимая и…

Не договорила — мой собеседник расхохотался. Искренне так, неподдельно. И что смешного?

— П-прости… Я забыл, что ты… Нет, ну надо же… Как ты сказала? Гарем?

Запомню…

Сижу чувствую себя полной идиоткой. Желание пересчитать кое-кому зубы становится нестерпимым. Этот обормот, видимо, понимает, что сейчас его будут бить, потому что резко успокаивается.

— Кто тебе такой чуши наговорил? Интерны малолетние? Слушай их больше. А еще лучше — поинтересуйся у своего источника информации, как часто «высшие» берут в жены двух женщин разных рас. Пусть примеры приведут.

— То есть?

— То есть мы, те, кто называет себя «высшими», строим семейную жизнь на выгоде и симпатии. Причем и то, и другое должно относиться к одному и тому же существу.

«В голове ни бум-бум. Малолетка дура дурой», — вот именно так я себя и чувствовала. Как-то не соответствовало все сказанное выше тому, что мне наговорили в ординаторской. Нет, я понимала: интерны всего знать не могли, существовала и возможность ошибки, причем не маленькая. Но уж слишком гладко все выходило. Этакие всемогущие существа, элита даже в своих кланах, и вдруг нуждаются в слабых хилых людях. Не верилось. Совсем. Что-то где-то было неправильно.

— Не веришь.

Вы ж на него посмотрите. Он еще и физиогномистом заделался. Золото, а не жених.

— Не понимаю. Ничего не понимаю.

— Хорошо, спрашивай.

И ты прямо-таки возьмешь и честно ответишь на каждый мой вопрос. Эх, вот прав был наш препод по «обществу», каждый урок твердивший: «Кто владеет информацией, тот владеет миром». Где только ту информацию достать?

— Кто такие «высшие»? Вас все если не боятся, то по крайней мере опасаются. Почему? Что в вас такого особенного?

— Считается, что «высших» породили сами боги, — оборотень пожал плечами и откинулся на спинку кресла. — Так это или нет, никто тебе не скажет, но от остальных соплеменников мы отличаемся силой и выносливостью. Ну и вторая сущность у тех же «высших» оборотней и вампиров злее, чем у обычных существ.

Этакие «машины-убийцы», что ли? Генно-модифицированные объекты? М-да, я и в своем мире игру с генами не одобряла. Фиг его знает, где и что потом вылезти может, в качестве побочных явлений, так сказать. А тут меня прямо нос к носу столкнули с одним из ГМО. И сразу видно, как любит меня матушка-судьба, да.

— Какой резон вам, таким крутым бойцам, брать в жены слабых человечек? Ты сказал: выгода. И в чем она?

— Крутым? Впрочем, не объясняй. Я понял примерное значение. Скажи, ты никогда не задумывалась над простым вопросом: если люди так слабы, как ты о них думаешь, то почему в этом мире их до сих пор не уничтожили? Из жалости?

Эти пожалеют, от них дождешься. Потом догонят и еще раз пожалеют.

Контрольным. В голову. А вообще, вопрос хороший. Каким-таким интересным качеством обладает человечество, если оно все еще живо? Так, стоп.

— Почему не уничтожили, фиг его знает. Но ведь межрасовые браки потомства не дают. Смысл вам…

Опять ржет. Як та лошадь. Какая миленькая вазочка, синенькая, с завитками. И в руку удобно ляжет, могу поспорить. По идее, со своего места я без проблем должна попасть в цель. Ну и шевелюру кое-кому цветами украшу.

— Инка… Не тянись за вазой… Ну прости… Не хотел тебя обидеть…

Да-да. Аж три раза. Ну хоть ржать прекратил, и то хорошо.

— Забудь все, что тебе наговорили твои приятели. И подумай сама: людей не уничтожают, о них заботятся, узкий круг аристократов все чаще берет себе в жены именно человеческих женщин. Ты и правда полагаешь, что дело только в политике?

— Я, появившись здесь из другого мира, мало что знаю об этом месте, поэтому и полагать могу что угодно.

Нет, этот гад, конечно, прав: что-то я глубоко сомневаюсь, что местная политика базируется на отличных от земных принципов. А значит, люди, особенно человечки, здесь просто-напросто для чего-то нужны. Как ценный товар. Иначе их давно бы в расход пустили. Но высказывать свое мнение? Обойдется. Пусть сам все мне расскажет.

— А мне казалось, ты с логикой дружишь… Инка! Поставь вазу. Она тяжелая!

Да что ты говоришь. Поумничай мне еще — сей предмет точно найдет цель.

— Дети, Инка. Все дело в детях. Не слушай тех умников, что твердят, будто от межрасовых браков детей быть не может. Еще как может. Только знает о такой возможности небольшая группа существ, вот и все.

То есть так, да? Опять конспирология?

— И к чему молчать об этом?

— А ты представь: человек, способный обращаться в волка, гном, умеющий пить кровь, гоблин, получивший от матери-горгульи возможность летать.

Представила. Не понравилось. Они тут и так друг от друга шарахаются. А если вдруг появится инфа об играх с генами…

— Хорошо. Но почему именно человеческие женщины? Что в них особенного?

— Они передают своим детям защиту от внешнего воздействия, того же чтения мыслей, например. Ну и их кровь усиливает те черты, которые потомки получат от отцов. К примеру, дети оборотня и человечки могут лучше контролировать звериную сущность, оборачиваться за долю секунды и так далее.

Этакий катализатор, получается. Тогда все складывается.

— Вы поэтому убивали мужчин в больнице?

— Не совсем мы. Среди нас, как и среди людей, есть существа с нездоровой психикой. Один из них вырвался из-под присмотра родственников и решил «помочь общему делу».

— Человек?

— Сын тролля и человечки. Великолепные мозги и полная одержимость. Плюс еще и менталист.

Так вот кто пытался «читать» меня в палате!

— С мужчинами понятно. Зачем вам самоубийство той девчонки, из отдельного бокса, понадобилось?

— В смысле? А, ты о той, с которой врачеватели душ месяц работали… Вот уж тут тот псих точно не при чем. Совпадение, думаю. Банальное совпадение.

— И отсроченное проклятие тоже совпадение? Оно ведь появилось после поимки того ментал иста.

— Ты правильно сказала: «отсроченное». Понятия не имею, когда он их всех проклял, видимо, незадолго до появления в больнице нас с вампиром. Но больше «сюрпризов» не ожидается. Уж поверь мне, моя раса за этим проследит.

— Угу, ладно, с этим разобрались. Я почему? Тебе мало местных барышень?

Косой взгляд в сторону стола и нескольких ваз на нем, потом осторожное:

— Может, переместимся в другую комнату?

— Боишься обзавестись еще парочкой-тройкой гематом? Не волнуйся, я в любом месте найду, чем тебя «причесать». Так почему я?

— Ну… Изначально я и правда думал отблагодарить тебя постельными отношениями… Инка! Это фарфор, между прочим! И не очень дешевый! А ты все же будущая хозяйка, тебе нужно быть бережливей! Инка!

Вазу ставить назад, на стол, я не стала, прищурилась и решила подождать продолжения. Потом, в конце, за все про все приласкаю болезного.

— Нет, ну в самом деле! Откуда мне было знать, что ты не местная! Ты ведь единственная, кто на меня внимание обратил, когда я там помирал с похмелья. Я и правда подумал, что ты… Что тебе…

Ну вот, совсем запугала мужика, аж голову в плечи втянул, косится на вазу.

— Я поняла. Мне не хватает секса, потому я и решила тебя облагодетельствовать. Так?

Кивнул, но до конца не распрямился. Предусмотрительный.

— Ну… Потом я увидел, что тебе нужен, как гному — кровь, меня это задело… А после… После я узнал о твоем необычном появлении здесь, о способности чувствовать телепатов… Ну сама подумай, как я мог отказаться от такого лакомого куска?

О да, тем более, когда рядом на то же нацелился наглый вампир. Нет, я его все же прибью. Позже.

— И отказаться я, естественно, не могу, раз уж ты меня своим вниманием облагодетельствовал?

— Ну вот зачем ты так. Я тебе совсем противен? Ты предпочитаешь этого клыкастого выскочку? Или просто боишься отношений?

Ваза все-таки полетела по назначению, но в цель, к сожалению, не попала, упала, не разбившись, на ковер неподалеку, щедро окропив тот водичкой.

А этот блохастый хорошо прыгает, реакция отменная. Надо будет учесть. В следующий раз.

— Инка… Успокойся…

Сидит у ножки стола, пониматься не спешит. Милый, ты полагаешь, я тебя там не достану?

— Инка…Помнишь, я говорил о симпатии? В паре обязательно должны быть чувства, хотя бы минимальные. Иначе ребенок не родится. Пробовали уже одни… грамотеи… в итоге остались и без пары, и без потомства… Поэтому я не могу тебя принуждать. Но подумай: я для тебя в данных условиях практически идеальный вариант. Я не такой собственник, как вампир, я нахожусь выше него на социальной лестнице, ты мне и правда нравишься, и как человек, и как девушка, иначе я не стал бы настаивать на браке. Захочешь — будешь спокойно продолжать работать в больнице. Нет — я обеспечу тебе такую жизнь, к какой ты привыкла, или какую ты сама захочешь.

Ага, знаю я вас, умников. Гладко стелете все, а потом спать невозможно на этом постеленном.

— То есть проклятие неудачной личной жизни на мне тебя не смущает? — выложила я последний козырь из рукава, пытаясь тянуть время. Очень уж серьезный вопрос этот оборотень передо мной поставил. Тут подумать надо, понять, смогу ли я от такой «радости» отделаться.

— Снял я уже его, — пренебрежительно фыркнул с пола мой собеседник. — Тоже мне, проклятийница великая. Азов теории не знает, а туда же — проклинать.

О, как. Получается, блохастик и без проклятия рядом ошивался. Интересно, давно ли…

Домой, в свою комнату, вернулась поздно. Боковым зрением отметила разворошенную постель соседки. Значит, вампирша тут спала. Она разве не на дежурстве? Впрочем, какая разница… Спать… Спать…

Сурина:

Ночью, как и положено, я вышла на очередное дежурство. Отдохнуть не отдохнула, даже не выспалась особо, зато в голове хоть немного туман развеялся. Ведьма с почечными коликами, находившаяся в обморочном состоянии и потому не опасная; оборотень-гиена с неполным оборотом, своей агрессией заставивший меня вызвать сразу троих троллей санитаров; гном, хвативший на одной из вечеринок лишку спиртного, в пьяном угаре перепутавший заклятия и теперь щеголявший крыльями горгульи, черными и жесткими, — работа, чтоб ей к демонам в Бездну скатиться, так и норовила завалить меня по самое не хочу, а потом еще и сверху присесть. Закончила я свою ночную смену за пару часов до рассвета, снова мечтая о недостижимом сне и с трудом передвигая конечностями.

А в ординаторской меня уже ждали: любовник вольготно расположился на видавшем виды диванчике, попивая непонятную коричневую бурду из фарфоровой чашки. Я почувствовала, что плыву от одного взгляда на его поджарую фигуру, соблазнительно подчеркивавшую все достоинства инкуба… Боги, что же он со мной делает!

Выжав меня эмоционально насухо и оставив только немного сексуальной удовлетворенности, Сортарин ушел за полчаса до начала утренней смены. Я едва успела принять душ и переодеться, как в комнату привычно ввалилась толпа интернов. Опять гогочут, как пьяные гоблины. Тухлая кровь, как же голова раскалывается!

Две мензурки с кровью особо не помогли, так, чуть убрали спазм сосудов. И кто придумал этот полуфабрикат? Сейчас бы настоящей, живой, теплой крови…

— Инка, ты чего такая молчаливая? Что-то случилось?

Глупый гном. Что у этой туши случиться может? Ну, кроме очередной ее дурости…

— Да вот… Думаю, как замужества избежать…

Оп-па. Какие сложные материи ее голову занимают. Ну-ну.

— Это с гномом-то?

— С оборотнем.

В комнате повисло молчание. Даже я прониклась.

— И какой идиот тебя замуж позвал?

На мои оскорбления человечка привычно не отреагировала, лишь пожала плечами:

— Конрад.

Э… Ничего умнее в голову не приходило. Он что, самоубийца, чтобы на такой горе жира жениться?

— Сурина, ты можешь прочитать, что тут написано? Твой брат вроде писал.

Джеральд? Ну-ка… Фи, кто ж так бумажку измял. А пятна… Точно, кровь. Братца, что ли?

— Я, Джеральд альт Ринос, вампир клана Утренней Зари, даю клятву на крови ни словом, ни делом не препятствовать оборотню Конраду Ортольскому из клана волков в его желании обладать Инкой, человечкой, работающей в настоящее время в Больнице людей и нелюдей. Моя метка сойдет с той самой Инки сразу же, как Конрад получит от нее согласие на брак. Число. Подпись.

— Грамотно составлено, — Астон. — И не придерешься.

— То есть или выходить замуж за оборотня, или оставаться игрушкой вампира?

Дура. Я сто раз это говорила и могу сто первый повторить. У нее изначально выбора никакого не было, а она еще выделывается, недотрогу из себя строит.

— Увы. Но если ты зачем-то нужна «высшему», считай, вампир от тебя уже отстал. Кровь на бумаге — явный показатель победы одного из спорщиков. Проигравший ушел в тень.

Человечка скривилась:

— Потрясающе. Шикарно. Восхитительно. Всегда мечтала попасть в чужой мир и выйти там замуж за того, кому оказалась «нужна». Великолепная перспектива.

Вы ж на нее посмотрите! Она еще и выбором недовольна! Пусть спасибо скажет, что на этакую уродину вообще кто-то позарился! Сидит тут с видом оскорбленной богини!

Инна:

Судя по внешнему виду кровососки, встретившей нас в ординаторской после ночной смены, на ней пахало целое село, попеременно используя ее то вместо плуга, то вместо быка. И это с такой перекошенной физией она собирается по палатам ходить? Да от нее даже самые стойкие пациенты в раз разбегутся!

Перевод бумажки не порадовал. Нет, я понимала, конечно, что блохастик врать мне не будет, не в этой мелочи, но искренне надеялась найти хоть какой-нибудь лаз, чтобы вырваться на волю. Ага, размечталась, наивная чукотская девочка. Быть тебе, Инка, женой оборотня. И прощай, Земля, колледж, родная деревня, мама и родичи. Станет Инна Любова постоянной производительницей кучи блохастых волчат, почему-то по глупости именуемых ее детьми. Да, как оказалось, в такой ситуации, когда дело коснулось непосредственно меня, я — расистка. Странно, правда? И ведь ни одна рожа не вступится. Все будут скромненько глазки отводить и за спиной активно кости мыть. Гады. А самое противное — я их понимаю. Не одобряю, нет, но понимаю. Кто я, собственно, такая, чтобы ради меня портить отношения с одним из якобы потомков божеств? Миры меняются, а население в них все такое же, с тем же отвратным, двуличным, эгоистичным характером. И чего мне в своем мире не жилось спокойно? Заканчивала бы сейчас спокойно колледж, готовилась к поступлению в ВУЗ, параллельно проходила практику в местной больничке. Тишь. Спокойствие. Благодать. Никаких кровососов, никаких оборотней, никаких игр «охотник-жертва». Нет же, халявы захотелось — бесплатного питания, бесплатной крыши над головой и, как оказалось, «бесплатного» замужества. Права Сурина, ой, права. Дура я и есть. В общем, настроение стремительно катилось куда-то в Марианскую впадину.

— Десятый этаж. Див в хронической стадии. Повторяю: десятый этаж, див в хронической стадии.

И? Стадии чего? Почему так резко побледнели все интерны? Вон, даже вампирша пытается со стеночкой слиться.

— Народ…

— Инка, молчи. Нас здесь нет. Пусть кто-нибудь из старших берет его. У них нервы покрепче будут.

Да? А почему? И что заставляет обычно спокойную, безэмоциональную сирин практически истерично верещать снова и снова о непонятном диве?

С настроением суицидника я встала со стула и потопала к выходу. В конце концов, какая разница, где помирать: в лапах непонятного чудовища или во время родов в особняке оборотня? А так, хоть развеюсь, на живого дива посмотрю.

До нужного этажа доехала на лифте, удивляясь полностью пустым помещениям больницы. Обычно здесь, что в подъемнике, что в коридорах, от народа не протолкнуться. А тут все как будто вымерли. Ну не дива же они испугались, в самом деле?

Сине-зеленое существо ростом в две меня и шириной в полкомнаты мерно раскачивалось на не предназначенной для такого времяпрепровождения больничной койке и громко, с надрывом читало стихи. Я нерешительно остановилась в дверях. Моргнула. Существо не исчезло. Стихи тоже никуда не делись. И что тут такого опасного? Или он — уникальный маг, способный убивать словом? Бред. Тогда я давно бы ножки протянула прямо на пороге.

Закрыв дверь, подошла к многострадальной кровати, уселась на стул напротив, прислушалась. Да уж, поэтом ему не быть. Максимум — бумагомарателем. Куплеты у него какие-то безнадежные, депрессивные. Его бы с домовыми свести, пусть поиграют в игру: «Кто кого быстрее с ума сведет». Кое-как дождавшись паузы в монологе, вклинилась в него со своим текстом:

Вечер. Воет во дворах

Вьюга-пакостница.

Что тебе внушает страх?

Почему не спится?

Ночь студена и темна,

Снег с небес слетает.

Почему лежишь без сна?

Что тебе мешает?

Спи, дружок, закрой глаза,

Насладись виденьем.

Снег прозрачен, как слеза

В воздухе весеннем.

Скоро уж придет капель

И вернутся птицы.

А пока же пой, метель.

Друг, сомкни ресницы

(стихотворение авторское)

— Неправильно. Или метель, или вьюга. Вместе они использоваться не могут, так как синонимами не являются, — на меня укоризненно уставились бесцветные глазки-буравчики.

О, да ты, парень, зануда. Вот почему тебя так все боятся. Теперь ясны слова о хронической стадии.

— Слушай, я повторяю еще раз: не бывает синих песцов! Это нонсенс! Чепуха!

— В твоем мире — да! Но с чего ты взяла, что так во всех мирах! Вообще, по теореме мага-математика Линшица, миров множество, а значит, можно с уверенностью утверждать, что синие песцы хоть в одном из миров, но существуют!

— Глупости. Так и скажи: тебе просто для рифмы надо было «покрасить» несчастное животное в синий цвет! Вот ты сейчас и выделываешься!

Деревянная дверь тихонько скрипнула. Мы с собеседником мгновенно замолчали и синхронно повернулись к проходу. Батюшки-светы, а любопытных умников сколько! И мой новоприобретенный жених почему-то в первых рядах. Морда такая умильная! И наглая! Сковородкой, в отличие от вазочки, я точно в цель попала бы.

— Инка, скоро ночная смена начинается. Ты уверена, что домой не хочешь? — Голос хитрый, глаза масленые. Так бы и прибила козла!

— Так, раз мы все выяснили и тебе уже лучше, я пошла, — встало мое сиятельство со стула. Блин, это сколько ж часов я тут высидела! И сколько времени нас с этим сине-зеленым нечто в тихую подслушивали! Партизаны, мать их!

— Я скоро сюда вернусь, — ухмыльнулось чудище. — И докажу тебе, что синие песцы существуют!

— Одного из них в руках принесешь? — съехидничала я, прежде чем выйти из комнаты. Народ за дверью, не стесняясь, расхохотался. Совести у них нет. Я тут сижу, добросовестно свой человеко-день отрабатываю, а они лентяйничают!

И, конечно же, провожать меня до общаги пошел блохастик. Не было печали…

— Что ты решила?

Прибить тебя и домой сбежать. Жаль, не исполнимо.

— А у меня есть выбор? Ты тут уже всех построил. Как же, сам «высший» со своих небес вдруг соизволил спуститься к нам, обычным смертным.

Мою язвительность, как и ожидалось, пропустили мимо ушей. Вот же непробиваемый тип!

— Это означает «да»?

— А ты с Сортарином уже все уже обсудил?

— Он не будет препятствовать.

Вот кто бы сомневался. Действительно, зачем. Инки приходят и уходят, а инкубу здесь еще работать… Не стОит портить отношения с сильными мира сего… Да и кто такая Инка? Так, всего лишь ничем не примечательная человечка, которой не жаль откупиться…

— От меня что требуется?

Этот обормот сразу же расцвел, как тот кактус в пустыне после насыщенного полива: рот растянулся в довольной улыбке (хорошо хоть клыки на свет не показались), глаза засверкали, шаг мгновенно стал пружинистым. Получил капризный мальчонка наконец-то долгожданную игрушку.

— Ничего особенно. Сначала тебе нужно дать согласие на брак, а затем, через две недели, прийти на собственную свадьбу.

И постараться за эти две недели не угробить ни одного пациента во время «приступа счастья»…

Сурина:

Очередная ночь выдалась на удивление спокойной, и утром я встала если не совсем бодрой, то по крайней мере более-менее выспавшейся. Жизнь все еще не казалась прекрасной, но выносить тупость окружающих я уже могла.

Туша явилась утром в очередной своей растянутой кофте. Вот как, Бездна ее забери, она умудрилась в таком наряде заполучить одного из «высших»??? Это даже не везение, это благоволение богов, потому что лично мне при одном взгляде на нее хотелось пристрелить несчастную бегемотиху, чтобы не мучить ни себя, ни окружающих. Причем, судя по кислому виду иномирянки, она от предстоящего события была явно не в восторге. Переборчивая дура. Уж ей-то точно не грозила медленная смерть от клыков собственного мужа.

Когда сирин сообщила о попавшем под проклятие водяном, в ординаторской оставались только мы с тушей. Естественно, я потащила ее с собой — меньше отдохнет, зато больше узнает. До девятого этажа она кое-как добралась, там, задыхаясь, ввалилась в палату к больному.

Темно-коричневая масса расплылась по коряге, плававшей в находившемся в комнате бассейне. Судя по цвету пациента, врагов у него слишком много: одно существо, каким бы уровнем магии оно ни обладало, не способно проклясть настолько качественно.

Я принялась готовиться к ритуалу снятия проклятия, совершенно забыв о своей безмозглой ассистентке. Как оказалось, зря…