Глава 5

Доктор Валлен-Деламот провел меня в уютную гостиную, выдержанную в милом лавандовом цвете, и распорядился, чтобы нам принесли чай.

— Понравился ли вам наш город, мадемуазель? — спросил он, когда я удобно устроилась на маленьком диванчике у окна.

— Я еще не успела толком с ним познакомиться, — улыбнулась я. — Но я не сомневаюсь, что он мне понравится. Здесь много зелени и цветов. Пожалуй, даже больше, чем в столице.

— Насколько я понял, вы окончили медицинский факультет Королевского университета Альтевии? — мне показалось, что в его взгляде промелькнуло нечто похожее на уважение.

— Да, медицинский немагический факультет, — я голосом выделила именно второе определение.

Потому что я не сомневалась, что сам он окончил куда более престижный факультет магической медицины.

— Не знал, что туда принимают женщин. Когда я сам учился в университете, ни одной особы слабого пола на обоих медицинских факультетах не было. Да и на других факультетах, куда более подходящих для женщин, их было очень мало.

Меня покоробило в его высказываниях и упоминание слабого пола и то, что он делил факультеты на подходящие и не подходящие для нас. Похоже, мужской шовинизм не обошел стороной и его. И это было ужасно обидно, потому что сначала он показался мне весьма приятным человеком.

— О, прошу вас, не обижайтесь! — тут же воскликнул он. — Я вовсе не имел в виду ничего такого! Напротив, я рад, что женщины имеют сейчас больше прав, чем прежде. А мое замечание связано лишь с тем, что профессию врача я полагаю слишком тяжелой. И тот факт, что свою карьеру вы начинаете в Тирелисе, всё лишь осложняет. Здешнее общество куда более консервативно, чем столичное.

А вот с этим я мысленно согласилась. Я уже и сама осознала это в полной мере. Но вслух сказала другое:

— Поверьте, сударь, я столкнулась с дискриминацией уже в университете. Так что мне не привыкать.

Доктор улыбнулся.

— Осмелюсь предположить, что дело было в декане Уилкинсе? Я помню, как он говорил, что он оставит свой пост, как только первая женщина станет студенткой его факультета.

Я подтвердила:

— Да, именно в нём. Кстати, свой пост он так и не оставил, но на первых курсах он яростно пытался добиться моего отчисления. Даже приходил на экзамены к другим преподавателям, чтобы задавать мне особенно каверзные вопросы.

— Вот как? Ну, что же, поздравляю, мадемуазель! Выиграть схватку с таким соперником дорогого стоит!

Мои щеки вспыхнули от его похвалы, но я вынуждена была покачать головой:

— Увы, месье, финальную схватку я всё-таки проиграла — на своем экзамене он так и не поставил мне отличную отметку, хотя я ни разу не ошиблась. И это стоило мне золотой медали.

— Ого! Так вы окончили университет с медалью? — восхитился мой собеседник. — Тогда позвольте вас спросить — почему в качестве места службы вы выбрали именно Тирелис? Ведь лучшие выпускники при распределении имеют право выбора? Неужели вы сами не захотели остаться в столице?

Я едва не закусила губу, чтобы не расплакаться. Обида, нанесенная мне на торжественном собрании по случаю вручения дипломов и распределения выпускников, занозой сидела в сердце.

— Да, как обладательница серебряной медали я должна была делать выбор второй по счету. Но месье Уилкинс пропустил меня и назвал мое имя самым последним, когда из всех возможных мест остался лишь этот город. А когда я попыталась возмутиться, он сказал, что все столичные больницы отказались принимать в свой штат женщину.

— И он, должно быть, не упомянул о том, что в Тирелисе о том, что вы женщина, не знали вовсе? — догадался доктор.

Я сокрушенно вздохнула. Всё было именно так. Тогда я была рада хотя бы тому, что хоть где-то меня принять согласились. И ехала в провинцию с большой надеждой.

Наш разговор прервался, потому что горничная принесла чай с пирожными и конфетами. Пирожные выглядели так аппетитно, что мое настроение сразу улучшилось.

Но приступить к чаепитию мы не успели. Потому что колокольчик на дверях снова зазвонил.

— Сьюзен, напомните посетителям, что у меня сегодня не приемный день.

Девушка удалилась, но вместо того, чтобы выполнить поручение хозяина, она всё-таки впустила кого-то в дом, потому что после того, как она закрыла двери, мы услышали тяжелые, явно не женские шаги в коридоре.

— Простите, Деламот, что врываюсь к вам без предупреждения, но…

Застывший на пороге комнаты герцог Лавальер увидел меня и удивленно хмыкнул.

Хозяин тут же поднялся.

— Рад приветствовать вас, ваша светлость! Вы же знаете, что вы для меня желанный гость в любое время! Кажется, вы знакомы с мадемуазель Эстре? Сьюзен, принесите чашку для господина герцога!

Гость отвесил мне церемонный поклон и расположился в кресле по другую сторону от небольшого столика, на котором стояли чайник, чашки и десерты.

Возможно, герцог приехал по важному делу, но я не собиралась вскакивать и уходить, давая возможность им поговорить. Я приехала сюда первой. А доктор явно никого не ждал.

— Надеюсь, Деламот, вы объяснили мадемуазель, почему ей стоит вернуться в столицу? — довольно невежливо вдруг спросил Лавальер.

Он обращался к хозяину, но за того ответила я.

— А вы знаете, ваша светлость, я сегодня, кажется, поняла, почему проблема отсутствия доктора в городской больнице Тирелиса вас ничуть не беспокоит! Потому что у вашей семьи, равно как и у других здешних знатных семей, есть свой врач, к услугам которого не могут прибегнуть простые горожане. Разве не так?

И я посмотрела на Валлена-Деламота. И он смутился и развел руками.

А герцог сказал:

— Вы же знаете, мадемуазель, что по закону врач-маг не имеет право оказывать медицинские услуги тем, в ком нет магии.

Да, я это знала. Это запрещал Магический кодекс Эларии. Запрет был направлен на то, чтобы не допускать нерациональной траты магической энергии таких специалистов.

— И вам кажется это справедливым? — возмутилась я. — По-вашему врач-маг должен смотреть, как умирает ребенок, нуждающийся в его помощи, и не иметь возможности ему помочь лишь потому, что это запрещает закон?