11 глава

Я попыталась быстро закрыть дверь, но мужской ботинок вовремя успел пролезть в щель.

- Я не понял, я, значит, спешил к ней на всех порах, а она двери передо мной закрывает… - Дверь отлетела в сторону, и Миша начал протискиваться в нашу небольшую прихожую. А на меня начал наползать уже давно забытый страх, с которым я не сталкивалась два года, и думала, что уже всё позади.

Моя мать выпивала, сколько я себя помнила. Сначала это были просто редкие посиделки с подругами или коллегами, но она всегда напивалась непременно до такого состояния, что её приносили домой. Она не умела останавливаться, когда алкоголь попадал в её организм.

Меня это особо не беспокоило, так как не влияло на мою жизнь. Да и мама всегда чувствовала себя виноватой после таких попоек, и покупала мне подарки, задабривая, что меня, как ребёнка, вполне устраивало.

Когда я училась в старших классах, она пила уже каждые выходные. Иногда и в будни. Могла пить одна, просто покупая несколько бутылок вина, и запираясь на кухне. От того, что это было вино, а не какой-то боярышник из аптеки, пьянка не становилась возвышенным ритуалом.

На работе пока это не отражалось, потому что она, в каком бы состоянии не была вечером, утром исправно туда шла.

А на моём втором курсе университета у неё случился первый запой. Я не знала, что делать, плакала, уговаривала её не пить, а она плакала вместе со мной, хватала меня больно за руки, когда я пыталась вылить её пойло в раковину, и умоляла дать ей выпить в последний раз, говорила, что умрёт, если не выпьет.

На моём третьем курсе получилось так, что она уже несколько месяцев сидела без работы из-за пьянства. Деньги закончились, на квартире висели долги за неуплату коммунальных услуг, мы питались одними макаронами, и жареной картошкой, которую иногда мне «жертвовали» бабули с нашего подъезда.

Наверное, точкой невозврата стал день, когда я пришла, а у нас дома не оказалось электричества. Его попросту выключили за неуплату. Даже плита не работала, потому что у нас был не газ.

Я честно пыталась первое время совмещать работу и учёбу, но у меня не получалось. На таких подработках было мало денег, этого совсем не хватало. Не то, чтобы закрыть долг, а даже на еду.

Тогда я и ушла, пообещав себе когда-нибудь обязательно всё же вернуться, и получить образование.

На работу не могла устроиться долго. И на том жизненном этапе мне и повстречался Миша. Мне казалось в тот момент, что он был тем самым принцем на белом коне, который решит все мои проблемы.

Мне было двадцать, он был старше меня на пять лет. Занимался чем-то, что приносило ему хороший доход. Я особо и не интересовалась, чем именно.

Смотрела влюбленными глазами на то, как он играючи закрыл наш долг по коммуналке. Для него, наверное, это были копейки, для меня – неподъемная сумма.

Красиво ухаживал, дарил подарки, и, даже посодействовал с работой. Устроил официанткой в то самое кафе, где я работала до сих пор. Кафе открывал какой-то его знакомый.

В общем, моя жизнь будто бы налаживалась. У меня была работа, стабильный доход. Проблемы с матерью никуда не ушли, но, с ними было легче мириться, когда тебя поддерживал любимый человек.

В такой «сказке» я провела два месяца. А потом, напившись на празднике друга в коттедже, где мы отдыхали, Миша впервые меня ударил. Не так сильно, больше было обидно. Причиной послужило то, что я, якобы, как-то не так посмотрела на его друга, заигрывала с ним. Хотя, разумеется, ничего подобного и в помине не было.

Я попыталась с ним расстаться в тот же день, уехала домой, много плакала. А на утро он приехал с двумя корзинами роз, и просил прощения чуть ли не на коленях, обещая, что такого больше никогда не повторится. И вообще, с его слов, он просто так сильно меня любил, что очень приревновал, и на фоне выпивки повёл себя неадекватно.

Но, как вы понимаете, это был далеко не последний раз.

На таких эмоциональных качелях я провела ещё полгода.

Последняя наша ссора получилась особенно жестокой. Я еле вырвалась от Миши, убежала домой, уверенная, что он помчится за мной. Оказавшись у себя в квартире, закрылась на все замки, придвинула к двери для надежности ещё и комод, но, как ни странно, за мной никто не пришёл.

Ни той же ночью, ни утром, ни на следующий день.

Я даже боялась поверить своему счастью, что, наконец-то, смогла разорвать этот порочный круг.

А всё было немного проще. Мишу посадили.

Его заработки оказались связанными с торговлей наркотиками. Он поехал за мной, был не трезв, его остановили, и досмотрели, найдя при нём внушительное количество запрещённых веществ.

Мишу осудили на несколько лет. И я, наконец-то, вздохнула свободнее.

Чуть позже начали выясняться и другие интересные подробности.

Например, что на работу меня устроил вовсе не он. Просто увидел объявление о наборе официантов, а мне сказал, что порекомендовал меня. Видимо, с уверенностью, что за меня поручились, я успешно сама прошла собеседование.

А ещё, вскрылся неприятный факт. Я всё думала, как ему удавалось проникать к нам в квартиру, узнавать, где я пряталась после наших ссор. Но всё было на поверхности: он за алкоголь узнавал информацию от моей матери, а та с радостью за бутылку закладывала собственную дочь.

Сейчас сказать, что я вообще не ожидала спустя всего два года увидеть его на пороге своей квартиры, было ничего не сказать.

Во-первых, я думала, что ему сидеть было ещё около трёх лет. А во-вторых, всё же надеялась, что за это время он меня забудет.

Но, кажется, в моей жизни не могло быть всё просто. Зря я начала радоваться новой работе.

- Я тебя не приглашала войти. Что ты тут делаешь? Между нами ничего давно нет, уходи, пожалуйста, по-хорошему прошу.

- А то что, детка? – Процедил он сквозь зубы, а у меня похолодело всё внутри от его такого знакомого тона, который не предвещал ничего хорошего.