Глава 38

Паша сидел у зажжëнного камина и ждал звонка. Обещал позвонить один приятель из-за рубежа насчёт посылки. Неожиданно к нему подошла Лена и попросила совета. Паша пригласил её присесть и тут же заметил, что она похудела. Было видно, как потускнели глаза девушки. Вероятно, она ещё и плакала часто. По жестам и мимике он уже догадывался, что ей действительно нужна помощь. Лена начала рассказывать, как любит Стаса. Паша взял телефон и написал смс: «Татарин, Лена в клубе. Если ты сейчас не засунешь свою гордость в задницу и не примчишься, ты мне больше не друг». «Еду», – был короткий ответ. Паша продолжил слушать. Лена поведала о скандале в семье. Как приехала сестра и рассказала правду о Татаринцеве. Поразительно, до чего могут дойти люди. Чтобы не допустить в семью, они с лёгкостью ломают судьбы людей. Паша был ошарашен этим. Лена же Ольге не чужая. Пришлось открывать девушке правду. Он рассказал, как всё было на самом деле. Лена молча плакала. У неё дрожали губы и тряслось тело. Она была на грани истерики. Паша был уверен, что саба медленно вползла в депрессию, но здесь присутствовало и ещё кое-что. Вскоре Лена рассказала о своих переживаниях, о снах, о постоянных мыслях о сессии и верхе. Она подтвердила догадки Паши. У Лены начался синдром отмены. Это адреналиновая ломка из-за отсутствия сессий. Такое бывает не только у истинных нижних, но и у верха. Многие это состояние связывают с настоящей ломкой после употребления дури. Паша готов был поведать ей, что происходит, но неожиданно позвонили. Пришлось извиниться. Лена сказала, что придёт и ушла. Он подумал, что девушка решила посетить уборную, ведь они проговорили почти час. Слова лились будто из рога изобилия. Паша не останавливал её, знал, что нельзя. Лена не вернулась. Павел пошёл к охране. – Вить. Лена Боярская выходила? – спросил он, заглянув в окошко их кабинета на входе. – Нет. Она, наверное, в пятнадцатой комнате. Лена забронировала этот номер и взяла ключи. – Спасибо. Паша быстрым шагом пошёл в комнату. Та оказалась приоткрытой. Он решил не стучать. Сделал щëлку побольше и заглянул. Лена сидела в позе подчинения посередине комнаты. Раньше на ней не было цепочки, теперь шею украшал триксель. – Мастер, мне плохо. Я не могу без тебя, – прошептала девушка еле слышно. Паша помчался в сторону выхода, дело было плохо. Лена в тоске по верху дошла до предела, потому что тут ещё и любовь замешана. После такого обычно выходят в окно высотки. «Черт! Стас, где ты?» – нервно подумал он. Паша мог бы сам провести с ней сессию, но Лене нужен её вверх, а не абы кто. К счастью, друг приехал и быстрым шагом заходил в зал. *** Стас мчался в «Логово». Паша написал, что пришла Лена, и если он сейчас не приедет, то больше ему не друг. Татаринцев понимал: Паук не стал бы разбрасываться такими заявлениями. Если это произошло, с Леной случилось что-то серьёзное. Стас выскочил из кабинета и понёсся по коридору. Его окликнул Леонид, но он даже останавливаться не стал. Заявил на бегу, что срочно уезжает. «Логово» было далековато от офиса. Стас мчался на предельной скорости. Умудрился попасть в небольшую пробку. И всё же он здесь. Татаринцев припарковал автомобиль во дворе и быстрым шагом направился в здание. Паша уже ждал в зале у дверей. – Привет. Где она? Что с ней? – затараторил Стас. – Привет. Пошли к комнату. По дороге расскажу. Она мне всё рассказала. Её запутали и обманули насчёт тебя. Вы сами это уладите, долго рассказывать. Скажу одно: она знает правду от меня. Стас, у Лены сильная адреналиновая ломка. Она симптомы описала. Это трэш. Твоя саба до пика дошла. Тут же ещё и любовь. Только ты можешь помочь. – Черт! Я не думал, что у неё будет синдром отмены. Спасибо, дружище, я сделаю всё как надо. – Хорошо. Там открыто. Если что, я у себя в норе. Паша ушёл. Стас осторожно подошёл к комнате. Дверь всегда открывалась бесшумно. Лена даже не заметила, что он зашёл. Она сидела в позе подчинения, закрыв глаза. По щекам струились слëзы. Ушла в себя и даже не слышит посторонних звуков. – Местер, мне плохо без тебя. Я умираю без тебя, помоги мне, – прошептали её губы. Стас присел перед ней на корточки и погладил по щеке. Сердце разрывалось от боли при виде её такой. Вводя её в мир темы, он не думал, что она окажется истинной сабой. – Ждала меня, моя Бусинка? – спросил он, проглатывая ком в горле. Она распахнула веки и произнесла, будто не верила своим глазам. – Ждала, мастер. Очень. – Я скучал по тебе. Каждый день без тебя был пыткой. Иди ко мне, моя Бусинка. Стас сел прямо на пол и подтянул её к себе на колени. Лена обняла его руками и прижалась к груди. – Ты меня прощаешь? Скажи, что прощаешь? Скажи, что мы снова вместе и контракт не разорван, – затараторила она. – Ты надела мой подарок. Кольцо принесла? – спросил Стас. Лена достала из сумочки украшение и подала. Стас взял кольцо двумя пальцами. – Лен, я хочу тебе сказать правду. Да, по началу я хотел с помощью тебя добраться до Макса. Мне ничего не нужно было, просто иногда видеть его. Знать, что с мальчиком всё хорошо, ведь Ольга даже о его здоровье не рассказывала. Потом я и сам не понял, как влюбился. Я всегда говорил, что обожаю тебя и не врал. Ты для меня – всё. Хочу прожить с тобой долгую жизнь. Вырастить наших детей. Поэтому я снова спрошу у тебя. Ты доверяешь мне? Ты выйдешь за меня замуж? – Да. Я согласна, – улыбнулась Лена сквозь слезы. Стас надел ей кольцо на палец, потом попросил рассказать, что произошло после того, как она от него уехала тем злополучным утром. Лена быстро и сбивчиво объяснилась. Стас нахмурился. – Я скажу честно. За своё недоверие ты заслуживаешь наказание. Ты рассказывала, как родители поступали с тобой порою. После всего этого ты веришь им и сестре безоговорочно. Когда идёт суд, заслушивают сторону обвинения и защиты. Только потом зачитывают приговор. Ты могла не рубить с плеча, а позвонить мне. Дождалась бы, пока я не приеду и поговорила с глазу на глаз, если по телефону не хотела. Ты поняла, за что тебя наказывают? – Да, мастер. Я готова принять наказание. – Тогда четыре удара стеком по ягодицам. Стас помог ей подняться и скомандовал ледяным тоном. – Ложись на кушетку с закругленным концом. Лена подошла к кушетке. Один её конец был дугой. Стас похлопал по вершине. – Оголи ягодицы, спусти трусики и ложись, – снова поступил приказ. Лена сделала, как велели. Схватилась руками за края кушетки. Один раз она получила наказание, но тогда Стас ударил два раза ладонью. На этот раз всё было серьёзнее. – Жди своего наказания, – произнёс он холодно. Послышались шаги. Стас ушёл за девайсом, который хранил у Паши. Вскоре он вернулся. Помял её ягодицы рукой. Потом отстранился и ударил. Лена застонала, но было не настолько больно, как могло показаться. Она выдержала всё и почувствовала, как приходит в себя. Морок последних дней отступил и она счастлива. Даже от этого наказания появилась эйфория. Она здесь, на своём месте и больше ни за что не уйдёт. – Вставай, – произнёс Станислав. Лена поднялась. Ягодицы горели, но лишь чуть-чуть. – Спасибо за урок, мастер, – искренне поблагодарила она. – Иди сюда, – Стас снова её обнял. – Тебе лучше? – Да. Я в порядке. Что со мной было? Паша не успел объяснить. – Синдром отмены. Мы ещё называем адреналиновая ломка. Это когда человек привык получать адреналин во время сессии, а её долго нет. Ты не первая, кто испытывает такое. – Стас, забери меня к себе, пожалуйста, – взмолилась Лена. – Бусинка, ты понимаешь последствия? Возможно, тебе придётся ради меня порвать со своей семьёй. Ты приняла моё предложение, но я обязан предупредить. Не важно, если мне не удастся общаться с сыном. Главное, что малыш здоров. – У меня много фотографий на телефоне. Мы даже распечатать можем. Фотоаппарат ещё дома есть. Заберу его. Я понимаю, Стас, что, уходя к тебе, я лишусь семьи, но у меня будет новая. С детьми подожди, мне доучиться надо. – Хорошо. Тогда готов забрать тебя прямо сейчас. – Спасибо. Пойдём порадуем Пашу. Он мне сегодня сопельки подтирал. Хочу поблагодарить его. Стас закрыл комнату, и они пошли на последний этаж. Паша смотрел телевизор в гостиной. – Та-ак, вижу, помирились? Я рад за вас, друзья мои, – улыбнулся Павел. – Могу предложить чаю. Закипел только что. – С удовольствием. Я ещё не ужинал. С работы же, – произнёс Станислав, убирая гаджет на место. – Тогда бутербродов с ветчиной нарежу. – Паша, спасибо, что выслушал и помог. Это же ты вызвал Стаса? – искренне поблагодарила Лена. – Конечно я. Настоящий синдром отмены не шутка. Присаживайтесь. Сейчас принесу чай. Лена плюхнулась на диван у журнального стола. Стас опустился рядом. Она посмотрела на него и улыбнулась. Сегодня будет очередная буря, но она всё равно уедет с ним. Никто больше не сможет помешать её счастью.