Глава 11

– Васька, я дура, дура-а-а… – завываю на плече у подруги, наверное, в сотый по счёту раз.

Уже и слёз почти не осталось, и глаза безумно болят от напряжения, но я всё никак не могу остановиться. Реву и реву, причём оплакиваю не свою большую любовь и единственного мужа.

Я плачу из-за Архипа. Мне путь назад заказан, вряд ли Новикову будет интересно со мной после моего побега. Я его жестко обломала, не думаю, что такой мужик будет долго горевать из-за случайной знакомой.

Уверена, уже завтра он и имени моего не вспомнит.

И от того становится в сто раз обиднее, потому что этот мужчина мне запал в душу. Я не могу перестать думать о нём, не могу выбросить из головы его голос, его взгляд. Стараюсь, но не выходит.

– Таечка, ну, тише, – утешает меня подруга и заботливо подкладывает в тарелку очередной кусочек торта.

Да, по пути я дала слабину и заехала в кондитерскую к Дашке, купила торт, эклеры, в общем, всё, что смогла увезти.

Василиса тоже знакома с Дашунчиком, она у неё затаривается, как выражается сама девушка. У Васи своя небольшая кофейня в центре, маленькая, но зато очень уютная.

– Не лезет уже, – жалуюсь, ковыряя вилкой несчастный «Наполеон». – А у Архипа вчера я ресторанные блюда ела…

– О, подруга, да этот твой Архип на тебя плохо влияет. Ты знаешь, что в нашей с тобой ситуации надо придерживаться особого рациона? – произносит наставительно. – Теперь понятно, откуда такое рвение было скупить половину кондитерской. Все этот мужик непонятный, – ворчит.

Плавным изящным движением откидывает назад собранные в высокий хвост длинные каштановые волосы и складывает руки под грудью. В школе Васюта занималась танцами, карьеры не вышло, но некоторые повадки остались.

– Что за мужики… – продолжает причитать сокрушённо. – И Игорь тоже хорош, впрочем, о нём и говорить нечего. Ты же не собираешься прощать урода?

– Ни в коем случае! – отрицательно машу головой.

Обнимаю ладонями чашку с некогда горячим, но уже остывшим чаем, делаю глоток, морщусь.

– Не пей гадость, сейчас новый сделаю, – Василиса забирает у меня чашку и выплёскивает её содержимое в раковину.

Мы сидим на кухне у подруги, она ради меня специально на работу не поехала, поручила за кофейней следить официанткам.

Стыдно ли мне? Безумно, но в то же время я очень благодарна подруге за то, что не бросила.

Я не хотела никого грузить своими проблемами, но утром после побега от Архипа мне было попросту некуда поехать.

А Вася среди моих подруг – единственная одинокая девушка. Именно поэтому выбор пал на неё.

В прошлом она пережила не очень приятное расставание, и теперь предпочитает обходить мужчин десятой дорогой.

И я её никогда в этом решении не поддерживала, а теперь думаю, может Васюта права?

Одни беды от этих мужиков!

– Ты мне лучше скажи, где остановиться планируешь? – спрашивает подруга.

Ставит передо мной чашку с ароматным горячим чаем, сама усаживается напротив, подпирает кулаком подбородок и принимается выжидающе смотреть в глаза.

Я отвожу взгляд, потому что ответить мне пока нечего. Однако и молчать бесконечно нельзя, и когда пауза неприлично затягивается, всё же произношу:

– Планирую снять квартиру.

– Ты уже сняла дом, – хмыкает девушка. – И что из этого вышло? – разводит руками. – Кстати, тебе бы хоть деньги вернуть, не думала об этом?

– Да когда бы я могла подумать об этом, – проговариваю сокрушённо и опускаю взгляд в пол.

В глаза бросается стоящая в углу коробка с туфлями, которую я машинально засунула подмышку и утащила из дома Архипа, как самая настоящая воровка.

И их бы вернуть не помешало, но как?

Может, с курьером отправить?

Наверное, так и сделаю чуть позже.

– Ладно, с этим потом, а сейчас слушай меня внимательно: никаких квартир и прочей ерунды, – отвлекает от мыслей голос подруги. – Думаю, хватит с тебя приключений. Останешься у меня пока, развод оформишь, а потом уже подыщешь себе жильё. Пока в браке, не вздумай ничего приобретать, – бросает наставительно.

– Я понимаю это прекрасно, – роняю с лёгкой ноткой обиды в голосе.

– Ну, мало ли, может, этот невероятный Архип из тебя все здравые мысли вытра…

– Вася! – повышаю голос, зная привычку девушки говорить то, что думает. – Ничего такого не было, – произношу с грустью.

А ещё Василиса никогда не стесняется в выражениях. Но об этом знают только самые близкие, в обществе она умеет себя подать и вести соответственно ситуации.

– Вытравил, – выпучивает на меня свои огромные серо-оливковые глаза. – А ты что подумала? – невинно хлопает ресничками.

Невольно улыбаюсь в ответ, заряжаюсь позитивом от жизнерадостной подружки. Хорошо, что в своё время вопреки желаниям Игоря я не отказалась от общения с подругами.

Конечно, никогда не перегибала и всегда, если нужно было сделать выбор в той или иной ситуации, я выбирала мужа. Но полностью общение не прерывала, и сейчас я вижу в этом огромный плюс.

Такой же жирный, как я сама.

От мыслей о собственном теле ко мне снова возвращаются упадническое настроение.

– Эй, ты опять загрустила? – теребит меня за локоть Васюта.

– Ты знаешь, меня Игорь вчера бегемотом назвал, – роняю срывающимся голосом.

В груди снова начинает жечь от обиды и несправедливости.

– Ой-ли, – фыркает Вася, демонстративно поправляя платье, которое слишком облегает её пышную фигуру. – А сам он прям спортсмен? Не думай, что разглядывала твоего благоверного, но когда видела в последний раз, ещё подумала, и что наша шикарная Таечка нашла в этом огрызке?

– Скажешь тоже, – мне становится смешно, как подруга обозвала моего бывшего муженька.

Раньше она тоже не была в восторге от Игоря, но я это чисто интуитивно чувствовала, ни разу ни словом, ни полусловом никто не сказал ничего плохого в сторону моего мужа.

И не потому, что он весь такой хороший, а потому что подруги мои личные границы уважают в отличие от родственников Быстрова, которые при каждом удобном случае меня были рады унизить.

Как же хорошо, что всё это теперь в прошлом, что скоро состоится развод, и я забуду Игоря, как страшный сон.

– Так что, остаёшься? – уточняет Василиса, сосредоточенно глядя мне в глаза. – У нас даже размер один, мои шмотки можешь брать, не придётся к муженьку возвращаться сейчас. Потом, когда в себя придёшь, конечно, заберёшь всё, не фиг этому огрызку оставлять что-то, он даже трусов твоих не заслужил, – трясёт в воздухе кулаком воинственно.

– Я не думаю, что это хорошая идея… – тяну задумчиво.

– А я думаю, что хорошая, – продолжает уговаривать подруга. – Меня ж дома почти не бывает, да и ты работаешь, что тут такого? Вот если бы я оказалась в сложной ситуации, ты мне помогла бы? – спрашивает, глядя в упор.

– Конечно! – отвечаю, не задумываясь.

– А почему тогда мою помощь отвергаешь? Это даже обидно, знаешь ли, – отворачивается, насупившись.

– Спасибо тебе, Вась, я останусь, – принимаю решение без лишних колебаний.

В конце концов, я могу съехать, как только найду квартиру, а сейчас разумнее принять искреннюю помощь подруги.

И вплотную заняться бракоразводным процессом, бросив все силы на то, чтобы добиться справедливости.

К тому же на работе у нас важные перестановки грядут: в банке проблемы, и один из акционеров решил продать контрольный пакет. Вполне вероятно, что тот, кто его купит, временно может занять пост директора.

А новый босс – новые проблемы, неизвестно, вдруг ещё сокращение штата устроит.

Остаётся надеяться, что этот человек окажется адекватным руководителем и не обрушит свой гнев на ни в чём неповинный коллектив.