Глава 1. Танец...
Никто не знает
Как это было на самом деле
А кто знает, молчат, как рыбы...
...
Аленка тихо рыдала в подушку. Её никто не мог услышать, но заложенная в детстве привычка максимально гасила рвущиеся наружу судорожные всхлипы. Так плохо ей давно не было, наверное последний раз, когда умерла бабушка, так уж сколько лет прошло? Ну почему? Почему с ней это происходит? Она и так живет как улитка, практически не покидая свой виртуальный домик. Но стоит ей приоткрыть дверцу и высунуть, хотя бы немножко, свой курносый носик, как тут же кто-нибудь натопчет своими грязными ногами. Дура! Ведь давала себе слово, клялась и божилась, не связываться с мажорами. Вот как теперь появиться в институте? Наверняка, все уже посмотрели. Дура! Нет, чтобы доучиться спокойно, всего год остался, о дипломе надо думать и ординатуру выбирать, а тут… Жесть. В дверь настойчиво постучали. В общаге вообще сложно побыть одному. Алёнка затихла, пытаясь сделать вид, что никого нет. Соседка, если что, откроет своим ключом.
- Алёна открой, я знаю, что ты там, - продолжала тарабанить в дверь её одногруппница и единственная подруга по институту Лариса. – Алё-ё-ё-нка!!! – усилила напор девушка, призвав на помощь свои каблуки, - Я сейчас дверь вынесу!
- Сейчас, подожди минутку, я ключ найти не могу, - хоть какая то пауза, чтобы вытереть слезы да найти темные очки. – Заходи уже, ну чего тебе?
Лариска бодро прошагала в помещение и лихо развернулась на каблуках. Её рыжие волосы небольшим торнадо подняли в комнате приличный ветер.
- Так и знала! – Обличительно ткнув пальцем в Алёнку, продолжила подруга. – Сидишь тут, страдаешь, итоговое собрание пропустила, а ты ведь староста!
- Да какое, блин, тут собрание! Я из комнаты-то боюсь выйти. Стыдно.
- Ну ты реально дура, за что стыдно то? Подумаешь, вокруг шеста покрутилась. Пьяная. Ну не голая ведь. Почти. Тебе уже скоро двадцать два, а ты ещё девственница. Вон Танька из параллельной уже второй аборт сделала, и ничего.
- Она же не под камеру свои аборты делала, - начала стремительно краснеть Алёнка, вспоминая свой эпический поход в клуб.
- Суслик, конечно, чмошник ещё тот, но он же не в Ютуб выложил, а в местную помойку. Кто там тебя вообще увидит?
- Кому надо, уже увидели-и-и-и-и, - завыла с новой силой девушка, упав на кровать и закрыв ладонями лицо.
- Так ты из-за Сосновского что ли? Я смотрю он смурной ходит, у вас что, отношения что ли?
- Ну какие отношения, только-только встречаться начали. А вчера даже разговаривать не стал, прошел мимо.
- Идет он лесом в таком случае, нафига вообще такой ухажер нужен? – не на шутку завелась подруга. – Следить надо было лучше. Где он был, когда ты отплясывала?
- Да не помню-ю-ю я. Вроде только сок пила, этот гад что-то подмешал, видимо.
- Ну, хоть не изнасиловал, - успокоила подруга.
- Ой, тьфу на тебя, - округлила глаза Алёна, внезапно успокоившись.
- Через неделю народ разъедется, и до осени всё забудется. Ты же послезавтра в свою Москву отчаливаешь. Найди там кого-нибудь, вышиби клин клином. Гы-гы.
- В Подмосковье.
- Да какая разница? В любом случае это не наша дыра. Практически Европа.
- Все равно, надо как-то стереть эту фигню, пока преподы не увидели.
- У тебя же родственники в городе? Ты говорила, что есть там один крутой?
- Я, в основном, с тётей Светой общаюсь, и с её семьей, они хорошие, конечно, а вот её бывшего мужа, дядю Сережу, я видела всего-то пару раз. Даже и не разговаривала с ним почти.
- Вот и поговоришь заодно, - хмыкнула Лариска. – Тем более сегодня выходной, вряд ли он на работе.
За приготовлением ужина и телефонными переговорами время пролетело очень быстро. Уже потихоньку начало темнеть, когда во двор, между общежитиями, медленно вьехал большой, черный пикап, и замер напротив входа.
- Дядя Сережа подъехал, ты со мной?
- Ну, ясен пень, - обрадовалась подруга.
Девчонки оперативно собрались и уже через пару минут сидели на черных кожаных сиденьях, с любопытством оглядывая салон машины.
- Привет красотки, меня Света в двух словах проинформировала, поэтому давайте сразу подробности, - взял быка за рога мужчина. – А то у меня еще планы на сегодня.
- Ой, простите дядя Сережа, - тут же начала краснеть Алёнка, - Я …тут … это.., - но её перебила Лариса:
- Короче, недоделанный один…. Мажор местный. Суслицин Вадим. Поспорил видимо…, - с паузами начала выдавать ценную информацию Лариска, поблёскивая глазами, – Алёнка же у нас, практически святая. Лакомый кусочек для уродов. Ценный приз. Ну, вот он ей и подсыпал чего-то в сок в клубе, затем заманил в приват зал.
Лицо мужчины заострилось, и он резко перестал напоминать добродушного сорокалетнего интеллигента, как показалось Ларисе с первого взгляда. Атмосфера в машине ощутимо сгустилась. Лариса не стала подливать масло в огонь, хотя язык так и чесался, а наоборот сдала немного назад:
- Там без особых проблем обошлось. Только этот недоношенный снял всё на телефон и слил в местный паблик. Стереть бы.
- Запись есть? – Коротко бросил мужчина.
Лариска хмыкнула, копаясь в телефоне, а Алёнка выпучила на неё и так огромные, серые глазищи.
- Ну что ты смотришь? Я ведь знала, что пригодится, - начала оправдываться подруга, протягивая гаджет мужчине.
Пять минут, пока длился ролик, в машине стояла гнетущая тишина. Алёнка вдруг поняла, что никакая сила в этом мире не заставит её поднять глаза на родственника. Но он этого и не предложил.
- Забористая штука. Достает. Порода, она и в Африке порода! - неожиданно прозвучал его голос.
- Что! – В унисон воскликнули девчонки.
- Ничего более красивого, в этой сфере, я в жизни не видел, - пояснил он, усмехнувшись. – Ты этому где-то училась? Это же готовое портфолио в Мулен Руж!
- Да ну вас, дядя Сережа, - воскликнула красная, как рак Алёнка. – Я вообще ничего не помню. Я даже посмотреть не смогла себя заставить. Вы поможете? Не надо мне всего этого.
- Ты хоть знаешь, кем была твоя бабка? Хотя… Давай фамилию мудака и ссылку на паблик.
После нескольких небольших уточнений родственник уехал, а девчонки наконец то добрались до ужина.
- Серьезный дядечка, - прошепелявила Лариска с набитым ртом, - А с виду весь такой беленький и пушистенький.
- Надеюсь, поможет! - тяжело вздохнула Алёнка.
Поужинав, Лариса собралась в свою комнату, но её остановила Алёна:
- Дай мне твой телефон.
- Зачем это?
- Я сотру ролик.
- Да ладно, я сама сотру.
- Дай! – в голосе Алёны проявились, незнакомые для них обоих, металлические нотки.
- На, стирай, - обиделась подруга, протягивая телефон и выходя в коридор из комнаты.
Не зная почему, Алёнка сначала перекинула видео себе, и только потом удалила у Ларисы. Уже поздно ночью она не выдержала, включила злосчастный клип и затаила дыхание. На экране возникла тусклая, мерцающая приглушенными цветами, небольшая комната, в центре которой было невысокое, овальное возвышение, похожее на сцену, с шестом посередине. Внезапно заиграла негромкая музыка, что-то типа греческого хасапико в аранжировке под сиртаки. В кадре появилась неторопливо идущая к центру комнаты девушка. Если бы не одежда, Алёнка ни за что бы себя не узнала. Ещё не доходя до сцены она немного изменила шаг, подстраиваясь к музыкальному темпу, и уверенно взошла на блестящий подиум. Продолжая неторопливо двигаться в такт мелодии, именно двигаться, а не танцевать, девушка, о Боже!, стянула с себя серебристую блузку и бросила её в сторону снимавшего. Явно его провоцируя. Следом полетела стильная, короткая юбка. Блин!!! А потом… А потом она начала танцевать!
- Это точно не я! – прошептала в шоке девушка.
Её движения, плавные и тягучие, начинались от кончиков пальцев рук и ног и плавно переходили на остальное тело, встречаясь между собой в самом интересном месте, слегка прикрытом небольшим кусочком кружевной материи. Казалось, девушка находилась в каком то магическом трансе. От этого невозможно было оторвать взгляд. Это было реальное волшебство.
- Бля!!! – На записи послышался восторженный мужской шепот, и в это время раздался какой-то посторонний шум, грохот и крики, в которых явно присутствовал возмущенный Ларискин голос. Запись задергалась и прервалась. Руки Алёнки ощутимо подрагивали, сердце выдавало такие кренделя, что казалось, сейчас выпрыгнет из груди. Она почему-то протянула пальцы к трусикам и с удивлением почувствовала, что они влажные.
- Что это со мной такое было?… И что сейчас?