5 глава

5 глава

- Возможно, я не так выразился… - Касьянов прочистил горло, после взял стакан с водой, стоящий недалеко от него, и сделал пару глотков. Расстегнул ещё одну пуговку на рубашке, оттягивая ворот так, словно ему было душно. – Я хотел поинтересоваться вашим семейным положением. Мне, как директору, важно знать, есть ли у вас дети, ведь это часто отражается на работоспособности, больничные, утренники в детском саду, сами понимаете… Ну а на корпоративных мероприятиях хотелось бы понимать, с супругом вы появитесь, или одна.

- Детей у меня нет, как и мужа. Но, если вы изучили личное дело, то там это отмечено должно быть…

Касьянов открыл рот, но договорить ему не дали.

Дверь кабинета распахнулась, и влетела Оля, красная, растрёпанная, с явными следами паники на лице.

- Максим Игоревич, - выдохнула она, - у нас проблема. На третьем этаже… во всех туалетах…

- Что случилось? - Касьянов встал, похоже, сразу ощутив, что случилось что-то плохое. А ведь сегодня официально был лишь его первый рабочий день…

- Кто-то насыпал дрожжи во все унитазы, - Оля сглотнула. - Сразу во все, и сейчас оттуда… - она замялась, - это всё лезет. Учителя эвакуируют детей с этажа. Пена уже в коридоре.

Касьянов посмотрел на меня, потом на Олю.

- Ко мне Зинаиду Семёновну, срочно! И пусть перед этим вызовет уборщиц, всех, кто есть, и свяжется с сантехником как можно скорее, - голос у него был ледяной, и я заметила, как дёрнулся желвак на скуле. – Охрана пусть камеры смотрят, ищут, кто это сделал. Чем быстрее, тем лучше.

Оля кивнула и вылетела.

Касьянов взял со стола телефон и уже набирал номер.

- Извините, Дарья Сергеевна, - сказал он, не глядя на меня. - Собеседование закончено.

Я и сама это уже поняла, и собиралась уйти. Сейчас Максиму Игоревичу было явно не до меня.

Когда вышла в коридор, оттуда уже доносился странный кисловатый запах и приглушённый гул голосов ниже.

В итоге, всех учеников и учителей распустили по домам, устроив всем внеплановый выходной, и я, оказавшись дома в небывало ранний час, даже растерялась, чем могла заняться.

Обычно я возвращалась затемно, падала без сил и просто мечтала добраться до подушки. А тут - середина дня, солнце за окном, и ни одной непроверенной тетради (потому что я успела всё вчера). Хоть новый роман читай.

Но читать не хотелось.

Мысли сами собой возвращались к разговору в кабинете директора.

«Я хотел поинтересоваться вашим семейным положением».

Какое, к чёрту, семейное положение? Зачем директору школы было знать, есть ли у меня мужчина? Дети - это понятно, но мужчина?

Вот Роман Павлович никогда подобным не интересовался. Даже когда я на собеседование приходила при устройстве. А ведь я была молодой женщиной, а брать такую на работу – всегда риски.

Замуж выскочит, уйдёт в декрет, и ищи потом кого-то на декретную ставку.

Хотя, может, моя внешность ему уже всё сказала за меня. Я за то время, как набрала стремительно вес, уже почти смирилась, что быть мне до конца жизни одной.

Потому что начала я набирать тогда, когда рассталась с парнем, и после этого у меня не было ни одних отношений. Да что уж там, со мной даже никто не знакомился ни разу!

Я заварила чай, села на диван и уставилась в одну точку.

Вот зачем это было Касьянову, если так подумать? Он что, правда переживает, с кем я приду на корпоратив? Бред. У нас в школе никогда не было корпоративов, где сотрудники приходили бы с супругами.

Я отхлебнула чай и поморщилась. Видимо, задумалась, пока делала, и положила три ложки сахара в кружку вместо двух. Слишком сладко.

Вместе с мыслями о том, что Максим Игоревич интересовался моим статусом отношений, я вдруг подумала в другую сторону.

А сам Касьянов, был у него кто-то, интересно? Оля, вроде бы, говорила, что он холост… Но мало ли что могло происходить у него в жизни за те годы, что я его не видела.

В университете он, кажется, был женат. Я точно помнила, как одногруппницы рыдали, когда узнали эту новость - мол, такой мужчина, и не свободен. Они тогда ещё пытались выяснить, кто такая его жена, но информации нигде не было. Касьянов вообще был человеком скрытным: никто ничего о нём не знал. Ни где живёт, ни про его семью, ни чем занимается после пар.

Я поставила чашку и потянулась за телефоном. Ну а что? В наш век всё можно узнать.

Я открыла поиск, ввела «Касьянов Максим Игоревич».

Первые ссылки - какие-то научные статьи, его диссертация, список публикаций. Стандартный набор преподавателя. Дальше - новости: пару лет назад он выступал на какой-то конференции, получил благодарственное письмо от министерства.

Всё очень официально. Это нам не интересно.

Я нашла его в социальных сетях.

Аватарка – просто портретное фото. Причём я эту фотографию уже видела на сайте нашей кафедры в университете. То есть фото старое, и очень официальное. Профиль закрыт. Из информации только город. Ни фотографий, ни постов, ни друзей. Ничего о нём на его странице, не находясь у него в друзьях, видно не было.

Правильно. Конечно, профиль закрыт. Такой человек, как Касьянов, не выкладывает свою жизнь на всеобщее обозрение. Он слишком… замкнутый. Слишком себе на уме.

Я сама не поняла, как именно это случилось, но из-за того, что в одной руке я держала чашку с чаем, а в другой телефон, он начал выскальзывать в какой-то момент, и я, пытаясь его удержать, случайно тыкнула, видимо, куда-то в экран.

А, когда поймала, и снова посмотрела на него, побелела от ужаса. Меня даже, кажется, холодный пот прошиб.

Потому что там высвечивалась надпись: «Ваша заявка в друзья отправлена Касьянову Максиму».