Глава 11

Выпускной был… обычным. Да, это большое событие для каждого в школе. После праздника каждый выпускник отправляется в свою собственную большую дорогу. Но для меня этот праздник был слегка подпорчен.

Почему-то я позволила себе помечтать о том, как Адам бросает Риту, приглашает меня на выпускной. Мы веселимся с друзьями, а потом проводим волшебную ночь. После этого парень клянется мне в вечной любви. Занавес.

На деле же вышло совсем иначе. Адам пришел с Ритой, а я — с Лакланом. Большой неуклюжий парень, скрывающий свою ориентацию, тем не менее, старался вести себя как джентльмен и не показывать окружающим, что ему глубоко наплевать на меня.

Мы даже станцевали несколько танцев вместе, пока не решили, что это был наш последний раз, потому что Лаклан чуть не отдавил мне ноги. Парень сто раз извинился и был при этом настолько мил, что злиться на него я просто не могла. Тем не менее, я решила, что пальцы на ногах мне еще пригодятся, а потому перестала его заставлять.

Весь вечер я ловила на нашей паре раздраженные взгляды Адама. А меня это бесило еще сильнее. Какое право он имел так на меня смотреть в то время, когда зажимал свою Риту в каждом темном углу? Каюсь, я тоже за ним следила. И каждый его жест в отношении своей девушки будил во мне вулкан, который я была не в состоянии погасить простой силой воли.

Лаклан не облегчал задачу. Чтобы показать перед друзьями, что он якобы проявляет ко мне интерес, постоянно то целовал меня в щеку, то держал за руку. Один раз даже схватил за попку, вызвав на моем лице недоумение.

Наклонившись, он шепнул мне на ухо:

— Подыграй мне. Прости, что я такое творю, но эти придурки должны поверить в то, что на сегодня у нас грандиозные планы.

— А ты не думал о моей репутации при этом?

— Брось, Триш, сегодня все этим займутся. Но твое преимущество в том, что буквально через пару месяцев ты свалишь отсюда все так же невинной и чистой.

— Только с запятнанной репутацией.

— Ладно, прости.

Лаклан убрал руку. Я повернула голову и краем глаза увидела, что Адам пялился на нас. Резко развернувшись, я впилась взглядом в Лаклана.

— Ты должен обнять меня и поцеловать в шею.

— Что? — опешил парень.

— Давай. Твои друзья будут верить в то, что мы сегодня переспим, и я тоже поимею свою выгоду с этого.

На лице парня отразилось понимание, как только он посмотрел мне за плечо. Видимо, он уловил взгляд Адама, и понял все без слов. Лаклан наклонился ко мне, одной ручищей обнял меня за талию, а второй зарылся мне в волосы на затылке. Запрокинув мою голову, парень прошелся губами по шее. Этот жест не вызвал абсолютно никаких эмоций, но я прикрыла глаза, симулируя удовольствие.

Через пару минут притворных ласк позади меня послышался голос Адама.

— Простите, что прерываю. Триша, я бы хотел пригласить тебя на танец. Конечно, если твой… гм… спутник не против.

— Я не против, — ответил Лаклан слишком быстро, как будто только и ждал случая, чтобы нас прервали.

— Триш, — позвал Адам, протягивая руку.

Я повернулась к нему. Челюсти парня были крепко сжаты. Я вложила свою ладонь в его и Адам крепко сжал мои пальцы, потянув за собой. Я бросила быстрый взгляд на Лаклана. Он подмигнул мне и шлепнул по попе.

— Давай, детка, повеселись. Я буду тут.

Мне хотелось треснуть его, но, кажется, его грубое поведение срабатывало.

Мы дошли до танцпола. Адам развернул меня и прижал к себе, начав покачиваться в танце. Меня обволакивал его запах, а тяжелое дыхание, которое я чувствовала на своем ухе, заставляло думать о том, о чем не следует.

Почти всю песню мы танцевали молча. Единственным, что позволяло думать о том, что Адам не исполняет долг друга, пригласив меня, а действительно хотел танцевать именно со мной, выдавали его мелкие жесты. Как только я хотя бы на миллиметр отдалялась от него, он притягивал меня ближе, буквально вдавливая в свое большое тело. А еще он периодически сжимал рукой мою талию, потом снова отпускал. Он как будто не мог определиться: прижать меня крепче или отпустить. Сдерживаться, потому что так правильно.

Когда песня уже заканчивалась, Адам резко развернулся и потянул меня в сторону выхода. Я не сопротивлялась, покорно семеня за его большими шагами. Как только мы вышли из здания школы, он свернул направо и затянул меня за здание. Прижав меня к стене, он внезапно отодвинулся и отвернулся от меня. Запустив руку в волосы, он выругался. Потом повернулся ко мне лицом, подошел решительным шагом и, упершись рукой в стену над моей головой, навис, перекрывая собой лунный свет.

— Ты собралась с ним лишиться девственности?

— Это не твое дело, — ровным тоном ответила я.

Заложив руки за спину, я уперлась ими в стену. Я решила, что принять равнодушный вид будет самым правильным решением в данной ситуации.

— Триша, не делай этого, — попросил он.

— Почему? Какое тебе дело?

— Такое, Триш. Просто не делай этого.

— Правда? Ты считаешь, что имеешь право диктовать мне, что делать, а чего не делать? Так я тебе скажу, Адам, ты сильно ошибаешься! — Моя злость начала выплёскиваться наружу, обнажая чувства.

— Да что это за одержимость? — крикнул он и стукнул ладонью в кирпичную стену сбоку от меня. Я дернулась. Он слегка смягчился, осознав, что напугал меня. — Триша, не делай того, о чем пожалеешь.

— А вдруг мне понравится? Может, Лаклан — это моя судьба?

— Это не так, и ты сама это знаешь.

— Откуда мне знать? Как говорят? Не отказывайся, пока не попробуешь?

— Разве обязательно делать это сегодня? Выбери другой день.

— Почему? Ты ведь сегодня наверняка потрахаешься, — злобно сказала я.

— Это к делу не относится.

— Ах, не относится? Ну тогда слушай. Я не буду спрашивать твоего разрешения на секс. Ни сейчас, ни когда-либо. И открою тебе страшную тайну. — Я подалась вперед, чтобы мои губы оказались у самого его уха, а потом прошептала: — Может, я хочу, чтобы меня как следует трахнули. Может, мне хочется, чтобы это был кто-то грубый и решительный. Такой, как Лаклан. Так что, Адам, да, парень мне идеально подходит.

Как только я отклонилась, Адам сократил расстояние между нами и его губы коснулись моих. Он заключил мое лицо в свои ладони, зарываясь пальцами в волосы. Он не был нежным. Поцелуй был жесткий. Как будто он таким образом пытался меня наказать, насыщая мой рот своим вкусом, окружая своим запахом. Напитывая меня своей мощной энергией.

Я не сопротивлялась. Наоборот, прижалась к нему в ответ. Схватила за лацканы пиджака и притянула ближе к себе. Тело Адама вжалась в мое и я почувствовала свидетельство его возбуждения. Наш поцелуй был горячим и неистовым, отзывающимся в каждом уголке моего тела и сердца.

Я хотела его. Хотела всё, что он может дать мне. Хотела, чтобы он забрал меня с этой вечеринки и делал со мной всё, чем занимался с Ритой. И даже больше.

Несколько минут жарких поцелуев были прерваны голосом Риты.

— Вы не видели Адама? — спросила она у кого-то возле входа в школу.

— Нет, — ответили ей несколько голосов.

Адам прервался. Он отстранился от меня, но не отпустил. Он все так же вжимался в меня своим телом, демонстрируя желание. Он смотрел на меня горящими глазами, а его грудь тяжело вздымалась. Ему понадобилось всего пару секунд, чтобы страсть и желание на лице сменились сожалением.

— Триша, — прошептал он, слегка качая головой, — прости, я не должен был.

— Что? — так же тихо спросила я.

— Я не должен был целовать тебя. Извини.

— То есть, ты сожалеешь об этом? — прошипела я.

Предательское тело в союзе с расплавленным от поцелуя мозгом решили, что Адам бросит Риту и мы уйдем с выпускного вместе. Те самые фантазии, которые раньше всплывали в голове, взорвались фейерверком во время поцелуя. А теперь были безжалостно растоптаны и погребены под сожалением, которое выражало лицо Адама.

Мне стало противно. Я чувствовала себя собачонкой на поводке-рулетке, который Адам держал в руке. Как только рядом со мной оказывался парень, Адам с тихим жужжанием подтягивал поводок, чтобы я была ближе. После того, как я отталкивала другого парня в надежде на развитие отношений с Адамом, он снова послаблял натяжение, чтобы я могла тешиться иллюзией свободы действий.

Это раздражало. Сводило с ума.

Я почувствовала, как тело пронзает дрожь. Мне хотелось оказаться как можно дальше от парня.

— Не смей прикасаться ко мне больше. Никогда, — сказала я, отталкивая его.

На лице Адама отразилось смятение.

— Триша…

— Иди к черту. К Рите своей. Уходи. Я тебя ненавижу. Слышишь, Адам? Ненавижу. Убирайся.

— Триш…

Он сделал шаг ко мне, но в тишине ночи снова раздался голос его девушки.

— А вы не видели Адама? — снова спросила она, и другой хор голосов ответил отрицательно.

Адам посмотрел в сторону угла, потом снова на меня. Его взгляд метался и выражал нечто близкое к панике. Я безвольно опустила руки и слегка покачала головой. Потом махнула рукой в сторону угла, откуда все отчетливее слышался голос Риты, спрашивающей об Адаме очередных учеников, вышедших подышать на улицу.

— Иди. Твоя девушка тебя ищет.

— Триша, — снова позвал он, делая шаг ко мне, но я выставила ладонь вперед, давая знать, что не желаю его приближения.

— Иди, Адам. — Он открыл рот, но я не дала ему произнести ни слова. — Убирайся. И не смей больше приближаться ко мне.

Адам еще помялся немного, а потом быстрым шагом пошел к углу школы. Как только он завернул за него, я услышала голос Риты.

— О, вот ты где. А я тебя везде ищу. С кем ты там был?

— Сам, — буркнул Адам. — Прогулялся немного, внутри душно. Готова уходить?

— О, малыш, с тобой хоть на край света, — игриво сказала Рита.

Послышались звуки поцелуев и мне стало противно. Он только что, буквально пару минут назад, целовал меня. Его руки еще хранили запах моих волос, но вот он наш герой-любовник: уже окучивает следующую.

Я медленно сползла по стене и из глаз полились слезы. Я вытирала их и пыталась уговорить себя успокоиться, пока слушала удаляющиеся шаги влюбленной парочки и смех бывших одноклассников у крыльца школы.

Это был, наверное, худший выпускной в истории этой школы. Для меня так точно.