Глава 15

В театре было прохладно. Женщина порадовалась, что накинула теплую шаль. Без нее она бы окончательно замерзла.

— Как тебе спектакль? — поинтересовался мужчина, медленно двигаясь в сторону гардероба.

— В восторге. Даже не думала, что получу столько удовольствия. Спасибо, что пригласил, — благодарно выдохнула она.

— Я рад, что ты довольна.

Оказавшись у окошка выдачи, мужчина подал номерки и улыбнулся своей спутнице. Он радовался каждой секунде, проведенной с этой женщиной, но боялся ее отпугнуть. Гардеробщица на мгновение задержала на них внимание и вздохнув, поспешно, как обычно, отдала верхнюю одежду и принялась обслуживать других посетителей. Дмитрий помог своей спутнице накинуть шубу на ее плечи и довольно протянул:

— Теперь дело за самым приятным.

— Ужином? Фильмом? — весело уточнила женщина, застегивая пуговицы.

— Совершенно точно, но главное — вечер с чудесной женщиной.

Тоня смутилась и прошла вперед, вглядываясь куда угодно только не на мужчину. Он ее слишком смущал.

— Все, можно идти, — произнес Зорин, бережно обхватывая спутницу за талию, направляя к двери.

На улице валил пушистый снег. В свете ночных фонарей картина выходила изумительной. Антонина задумчиво наблюдала, не желая, чтобы сегодняшний вечер заканчивался.

Дошли до машины, как вдруг услышали:

— Тетя Тоня! Это мы! Тетя Тоня!

Женщина обернулась и увидела, что к ней бегут дети ее мужа: Миша и Саша. Два чудесных мальчугана, которых она полюбила всем сердцем. Дети подбежали к ней и начали обнимать.

— Тетя Тоня, а когда мы будем лопать твой кекс?

— А я пирог хочу!

— И я! Ну, когда? Тетя Тоня, когда?

— Папа сказал, что вы уехали…

— А почему уехали? Вы больше не любите нашего папу?

— И нас? — жалобно выдал самый младший с веснушками на лице.

Калинина растерялась. Она совсем не ожидала такого потока вопросов и не знала, как ответить на них. Особенно когда на такую тему. Она бы с радостью испекла кекс, да что угодно, но… как?

— Я думаю… — начала она, теряясь в возможных вариантах ответов.

— Обязательно после праздников. Тетя Тоня завтра улетает на каникулы, — вмешался в разговор Дмитрий, с интересом разглядывая озорных мальчишек.

— Каникулы?

— О, правда? И у нас каникулы! — воскликнул старший мальчик, Миша. — Я в школу не хожу.

— Зачем ты уезжаешь в Москву? — грубо рявкнул Сергей, делая шаг к Антонине.

— На каникулы, — спокойно ответил Зорин и вышел вперед. — Если все, то мы поедем. Новый год через несколько часов.

— А когда вернетесь, приготовите кекс? — вновь попытался вернуться к важной теме маленький Саша.

Антонина присела и, стряхнув снег с куртки мальчика, с улыбкой сказала:

— Обаятельно!

— А мы сегодня Деда Мороза видели, — похвастался Сашенька, шмыгая носом.

Антонина поправила его шарф, потеплее укутывая шею, и поинтересовалась:

— Да? С огромным мешком подарков?

— Да, но это ненастоящий Дед Мороз, я знаю.

— Тише, — обратился к нему Миша, с недовольством посматривая на брата, раскрывающего огромный секрет. — Никто об этом не должен знать.

— Но я видел, что борода у него ненастоящая. Да! И еще… у него на ногах сверкали кроссовки. Этого не может быть! Дедушка Мороз ходит только в валенках.

— Может, тебе показалось? — спросила Антонина, радуясь, что встретила этих непоседливых мальчуганов. Соскучилась по ним, столько лет играла с ними, ухаживала.

— Нет…

— Все, хватит разговаривать. Вас мать ждет, — грубо рявкнул Сергей, дергая Сашу за шиворот, оттаскивая от Тони.

— Папа, — младший сын повернулся к папе, — тогда нужно быстрее, чтобы мама не расстроилась.

— Подождет… — зло бросил Сергей.

Мальчик надувал щеки повернулся и с восторгом сказал:

— Тетя Тоня, а у нас дядя Саша появился. Он добрый и с нами живет.

— Да, он классно в хоккей играет, — откликнулся Миша, с жалостью посматривая, как тетя Тоня обнимает его младшего брата.

— А еще…

— Все, хватит! Я же вас просил ничего о нем не говорить.

— Папе не нравится дядя Саша, — тихо признался малой и вдруг подался и с огромной радостью в глазах обнял Антонину за шею. — С Новым годом, тетя. Ты классная!

— С Новым годом! — произнес второй мальчик и, схватив малого за руку, повел к машине. Уже через секунду они бежали.

Сергей смотрел несколько секунд им вслед, а потом обрушил тяжелый взгляд на свою жену. Непутевую, как он считал.

— Можно тебя на несколько секунд?

— Тебя дети ждут… — скала она, показывая в сторону машины. Она переживала за мальчишек.

— Не сопляки, справятся.

— Но…

— Я отец и лучше знаю своих детей.

Не желая, чтобы мальчики ждали, она кивнула, тут же украдкой взглянув на Зорина. Мужчина стоял с каменным лицом и смотрел на Калинина.

— Дима, я на несколько секунд, — проговорила она и, повинуясь странному желанию, накрыла его руку. — Не переживай.

Только хотела отойти, как мужчина перехватил за руку и выдал:

— Помнишь, что я тебе говорил?

Тоня выдавила улыбку и кивнула. Нехотя она приблизилась к мужу и предложила:

— Думаю, лучше поговорить у машины. Там дети…

— Нечего им слушать наши разговоры. Им хватает криков бешеной матери. Поражаюсь, что на такую дуру кто-то позарился.

— Не унижай других людей.

— Ну да, я и забыл, какая ты сердобольная.

— Я могу вернуться.

— Нет, давай поговорим. Пора уже все решить.

Они встали на дорожке у столба. На несколько секунд женщина залюбовалась лучами света, отражающими снег, как медленно падают снежинки, кружась и опускаясь на землю.

— И что ты решила?

— Сергей…

— Прежде чем начнешь, я хочу напомнить, что этот мужик не такой пушистый, как ты думаешь. Он все делает, чтобы поваляться с тобой в кровати. Я все про него узнал. Твой Зорин довел свою жену до сумасшествия и бросил ее в психушке. От горя она повесилась в своей палате.

Женщина забыла, как дышать, говорить. Не ожидала услышать подобное про Зорина.

«Он не мог…» — единственная мысль крутилась в голове.

— Вот. А ты, как всегда, наивна.

— За то время, что я знаю Дмитрия, я могу с уверенностью сказать, что он так никогда бы не поступил. Никогда. Он порядочный, добрый, отзывчивый.

— Ты глупая девчонка. Как была, так и будешь, ничего не изменилось. Что ты можешь знать, когда видишь только то, что тебе позволяют видеть?

— Почему ты так говоришь?

— Ну, например, что ты знаешь обо мне?

Антонина задумалась и проговорила:

— Все… что любишь, чем…

— Я тебе изменял, — лениво протянул он, усмехаясь при этом.

Женщину бросило в жар, а потом в холод. Она пораженно смотрела, не в силах принять информацию.

— Вот видишь, ты не знала, даже не догадывалась, а мне нужно было. Да.

— И ты мне так свободно говоришь? — Тоня была возмущена. Предатель. С кем она жила? Куда смотрела? Да, действительно, наивная.

— Ну а что… ты сама оказалась не промахом, сразу стала жить с каким-то перцем из Москвы. Видишь, тоже не святая. Так что такие проблемы? Конечно, мне неприятно, но я согласен тебя принять.

— И с какого времени ты мне изменяешь?

— Всегда. Не вини себя, просто ты нежная, спокойная, а мне нужна тигрица. Не всегда, но нужно. Нужно порой сбросить балласт грязи. В моей работе иначе нельзя. Если всегда принимать то, что ты давала мне, то можно было отрастить пузо, запустить себя, быть отвратительным… и ты бы меня таким любила.

Женщина закрыла глаза и выдохнула:

— Как ты мог…

— Что я мог? Это жизнь, — он сделал шаг к ней, — Но я всегда любил тебя, боготворил. Ты была наградой, а все другие так… пустое место. Но я не мог без этого… Ты поймешь, ведь это жизнь. Пойми, я тебя берег, но оказалось, что ты способна на предательство.

— Я думаю, что нам больше не стоит видеться и общаться. Никогда.

Тут он ухватил за руку и выдал:

— Думаешь, я такой ужасный? Нет, вот он… — Сергей махнул в сторону, намекая на Зорина, — еще хлеще, поверь мне. А я тебя никогда не обижу.

— Да? А что ты все это время делал?

— Я тебя любил.

— Знаешь, мне такая любовь не нужна и я рада, что мы расстались. И Дмитрий, что бы ты ни говорил, он другой…

— Ты наивная дура! — он ухватил за локоть и прижал к себе. Этот поступок еще больше рассердил женщину. Она мгновенно откинула руку и гневно прокричала:

— Отойди от меня!

Раздался скрипучий визг шин, глухой удар и детские крики.

Непонимание сменилось страхом. Антонина быстро обернулась и увидела иномарку Калинина, врезавшуюся в машину без водителя на парковке.

Понимая, что случилась беда, женщина закричала и быстро рванула туда. Как и мужчина, посылающий проклятья на бегу.