Глава 15

Павел

— Торопов, к тебе пришли. — Лязгнул запор на решетке.

Я так и сидел в одиночном карцере, так как начальник отделения полиции после Марьиных выходок побоялся меня выпускать. В СИЗО меня тоже не повезли, решив оставить здесь, от греха подальше. Все-таки своеобразные у Насти подруги.

Поднялся на ноги, завел руки за спину и пошел на выход, так как парень, стоявший у двери, заметно нервничал. Что у них там опять случилось? Вздохнул…. Первое сентября было четыре дня назад, а Настя там опять одна… на двух работах. А я сижу здесь, прохлаждаюсь.

— Павел. — Когда меня завели в кабинет, то мне на встречу шагнул Евгений Лаврентьевич, отец Анжелики-бухгалтерши.

— Здравствуйте. — Поздоровался, пытаясь понять, что здесь происходит.

— Собирайся. У тебя через полтора часа суд. И… держи документы. — Он протянул мне паспорт.

Я открыл и с удивлением уставился на абсолютно новый документ.

— А…?

— Шпиона мы взяли и допросили. Он — просто информатор. Остальное на суде узнаешь. Там Марья ждать будет…. Надеюсь. — Поморщился он.

Я немного выдохнул. Очень боялся, что человек, который за мной следил, мог навредить Насте.

На выходе из участка мне выдали мои куртку и телефон. И, кажется, с облегчением вздохнули, когда я вышел за пределы данного учреждения. На парковке нас ждали две машины с солдатами. Причем, парни выглядели явными головорезами в форме. Таким даже оружие не нужно, они любое подручное средство вместо него используют, а потом скажут, что все так и было.

— Элита. — Хмыкнул Евгений Лаврентьевич, заметив мою заминку. — Не бойся. Это для устрашения тех, кого еще Машка не запугала. Мало ли что еще произойдет….

Я кивнул и подошел к обычному армейскому УАЗику, на который мне указал начальник воинской части (это я опять же узнал из того, что мне быстро поведала Догилева).

До здания суда доехали быстро, но до самого заседания у нас оставался еще час времени.

— Ну, наконец-то! — На крыльцо выбежала взъерошенная Марья, как никогда похожая на колючего ежа, схватила меня за руку и потащила с такой скоростью, что я едва успевал ноги передвигать. Неожиданно она остановилась посреди коридора и, отпустив мою руку, пощупала меня ладонями в районе ребер. — Настя меня убьет. — Горестно сообщила она.

— Почему? — Не понял взаимосвязи.

— Ты еще похудел, а у Видякиной пунктик по этому поводу. Все должны толстеть, кроме нее. — Пояснила она и снова потащила меня по коридору.

Впихнула в небольшое пустое помещение. Выдала пакет с одеждой и приказала.

— Одевайся.

Открыл пакет и заглянул внутрь.

— Это не мое. — Нахмурился.

— Твое. Снимай свои тряпки и надевай нормальную одежду. — Она тактично отвернулась от меня.

Пожал плечами и быстро переоделся, стараясь не задерживаться. Все-таки эта… деятельная женщина пытается мне помочь. Да и она — подруга Насти, значит хуже не сделает. Насте я доверяю, как себе. Даже больше, чем себе. Только недавно понял (за решеткой для этого было достаточно времени), что с Настей перестал оглядываться и хоть чего-то бояться. Именно она дарила мне ощущение безопасности и… дома. Понимаю, что неправильно это все и именно мужчина должен давать женщине чувство безопасности и надежности. И я постараюсь когда-нибудь это исправить.

— Ненавижу бюрократию. — Беззлобно ворчала Марья, когда мы сидели возле зала суда и ждали, когда нас позовут. — Вот бесите вы меня с Настькой вместе. — Неожиданно сменила она объект раздражения.

— Почему? — Поинтересовался.

— Вы такие спокойные вечно, что так и хочется вас из себя вывести. — Созналась она, разглядывая стоящих неподалеку от нас солдат. Те поеживались под ее взглядом, но стойко держались рядом. — Какие колоритные персонажи у Шулетова иногда попадаются. Каждый раз поражаюсь. То щуплых снайперов натащит, то танкистов-коротышек, то вот это перекачанное безобразие.

К тому времени, когда нас вызвали в зал, Марья уже вся изворчалась, так что к началу заседания была злая и раздраженная. Евгений Лаврентьевич регулярно бросал на нее напряженные взгляды. Догилева уселась рядом со мной и вдруг улыбнулась, уставившись на коренастого мужичка с седой бородкой, который пробирался к нам, размахивая увесистым портфелем.

— Все готово? — Уточнила она, когда он устроился на стуле рядом с ней.

— Обижаете, Марья. С моим стажем и опытом грех было напортачить в таком простом и понятном деле. — Ровным голосом произнес мужичок и посмотрел на вошедшего судью.

Все заседание с вызовом свидетелей (непонятно как их Марья притащила в нашу провинцию), моими характеристиками с работы до происшествия и приобщения к делу необходимых видеозаписей, заняло около часа. Далее еще два часа на принятие судьей решения и….

— Торопов П.Т. признан невиновным в ДТП, повлекшем смерть одного лица….

Из эмоционального отупения, возникшего после этого, меня вывела другая фраза.

— Торопову П.Т. положена компенсация в размере…. — И. — Суд постановил все средства, выплаченные несправедливо осужденным в качестве компенсации пострадавшим, вернуть обратно….

Выйдя из зала, я прислонился к стене, потому что ноги реально не держали. Если отмены приговора я еще ожидал, то вот про возвращение денег и компенсацию не думал вообще. Это что же…. Это я теперь по нормальному смогу за Настей ухаживать? И цветы, и подарки…. Деньги давали простор для мыслей и различных видов ухаживаний.

— Э, ты как? — Марья, заметив мое невменяемое состояние, подошла ближе. — В обморок только не грохнись. Видок у тебя….

Я, нахмурившись, посмотрел на нее и бесцветным голосом сказал.

— Надо кольцо купить. — Я ни секунды не сомневался в своем решении.

Девушка с сомнением на меня смотрела.

— Для Насти, надеюсь? — Спросила она с угрозой в голосе.

Я кивнул, не желая отлипать от стены, так как колени еще дрожали. Оказывается, я все-таки сильно перенервничал.

— А денег у тебя сейчас хватит? — Спросила Догилева.

Я замер. Черт! Деньги придут еще не знаю когда. Рановато я обрадовался.

— Нет. — Помотал головой.

Марья с минуту поизучала меня взглядом и вынесла вердикт.

— Займешь у меня, деньги придут — отдашь.

Я подумал несколько мгновений. Очень не люблю быть кому-то должным, но… ради Насти потерплю.

— Хорошо. — Согласился с таким планом.

Настина подруга проказливо улыбнулась.

— Мне тут Толик адресок один подкинул…. Там такие украшения, закачаешься просто. Мне Яшка оттуда же кольцо приволок. — Она пошевелила пальцами правой руки, где красовалось простое на первый взгляд колечко.

— Ладно, — неуверенно согласился я.

— Не дрейфь, ща все будет в лучшем виде. — Я получил увесистый «дружеский» хлопок по плечу, и Марья потопала по коридору.

Пришлось отлипать от стены и поспешить за ней. Бойцы Шулетова уже покинули нас, как и сам командир военной части, так что на улице нас ждала только машина Догилевой.

— Ты придурочных особ за рулем не боишься? — Спросила она с сомнением, садясь за руль.

— Нет. — Помотал головой и сел рядом.

Если честно, то после выхода из колонии было немного боязно за руль садиться, но так как я сам момент аварии не помнил, то сильного психологического напряжения не испытывал.

— Будешь, — обрадовала меня Марья и рванула с места.

Действительно, через пару минут я вцепился в ремень безопасности, как в родной. Марья, при неукоснительном соблюдении всех правил дорожного движение, умудрялась лишь в доли секунд уворачиваться от других участников движения.

— Вот бараны. — Ворчала она. — Вечно под колеса лезут.

Я немного успокоился, лишь когда мы свернули на тихую улочку на окраине города. Машина остановилась у потрепанного жизнью здания на фасаде которого виднелась обшарпанная вывеска: «Ювелирный дом «Юность»». Я с сомнением покосился на Марью.

— Нам точно сюда? — Спросил на всякий случай.

— Обижаешь. — Фыркнула она. — Помимо Толика, мне еще и Венька адрес подтвердил. А Кулаеву все верят.

В салоне было поприятнее, чем снаружи. Действительно ювелирный магазин. У центральной витрины стояла девушка, не обратившая на нас никакого внимания. Догилева сразу направилась к ней. Подошла, дождалась, когда на нее обратят внимание и принялась активно жестикулировать. Девушка ответила ей тем же. Через минуту активного «разговора», Марья повернулась ко мне.

— Сегодня здесь говорящих нет, хозяева на какую-то выставку уехали. Так что выбирай сам. — Посоветовала она и снова что-то начала объяснять девушке-продавцу.

Сотрудница ювелирки согласно покивала головой и вытащила из витрины несколько подушечек с кольцами.

— Ничего себе. — Пробормотал, разглядев украшения. Изящные переплетения металла и кристально-чистой огранки камней действительно выглядели произведениями искусства. Никогда такого не видел. Одно кольцо, привлекшее мое внимание лежало на самой крайней подушечке. Оно на первый взгляд выглядело цельным металлическим ободком из желтого золота, если бы не россыпь небольших камней, которые выглядели, как звезды на фоне светлеющего неба, которое вот-вот озарит солнце. Красиво и….

— Это. — Ткнул я пальцем, больше не рассматривая все остальное.

Марья тут же склонилась над кольцом.

— Настьке подойдет. И размер ее. — Задумчиво резюмировала она и кивнула переминавшейся с ноги на ногу девушке, которая, получив отмашку, принялась выбирать подходящую коробочку.

— Спасибо. — Поблагодарил Марью, когда мы вышли на улицу.

Я обернулся, нашел адрес, вывешенный на углу дома, чтобы запомнить это место. Действительно уникальный в своем качестве магазин. Я же не в последний раз Насте кольцо покупаю.

— Да, ладно. Видякина тоже многое для меня и девчонок делает. И ей должно когда-то счастье перепасть. Даже если оно и состоит из такого недокормыша-переростка, как ты. — Отмахнулась она, загоняя меня в машину.

Я даже обижаться не стал. Я уже понял, что колючие выражения этой девушки абсолютно точно никакого отношения к ее доброте и чувству справедливости не имеют.

До деревни ехали молча. Лишь раз Марья достала телефон и набрала номер.

— Савельич, Настюха где сейчас? А, из школы забрал? На заводе. Ты там ее задержи минут на двадцать. — Распорядилась она.

Я не слышал, что ответил Степан, но судя по удовлетворенной ухмылке Догилевой, он на все согласился.

Когда подъехали к заводу, меня уже потряхивало от нетерпения. Так хотелось Настю увидеть. Соскучился до одури.

— Ну что, решил свои дела? — У входа встретил меня Степан.

Я кивнул и спросил.

— Настя где?

— В лаборатории, — махнул он рукой и с любопытством уставился на меня.

Я снова кивнул и поспешил в указанном направлении. Остановился на пару секунд перед белой дверью, стараясь успокоиться, осторожно открыл ее и шагнул внутрь.

Настя, не заметив меня, записывала в журнал показания анализатора. А я вместо того, чтобы окликнуть ее, просто стоял жадно смотрел. Она вдруг замерла, как будто что-то услышала и резко обернулась.

— Пашка! — Она быстро поднялась со стула и кинулась ко мне.

Мне оставалось лишь подхватить ее и сжать в объятиях. А потом меня просто прорвало, так как одних объятий стало мало. Запутав руку в ее волосах, принялся покрывать ее лицо мелкими поцелуями. А когда добрался до ее губ, то обезумел от того, что она отвечала с такой же жадностью и страстью.

— Настя, — выдохнул, стараясь взять себя в руки. Получалось откровенно плохо. — Насть, пойдем домой. — Простонал, почувствовав, как ее руки скользнули под мою футболку.

Руки замерли на моем животе. Легче от этого не стало.

— Н-да, лаборатория неподходящее место. — Настя прижалась щекой к моему плечу и тоже старалась успокоиться.

— Я соскучился. — Хрипло произнес, целуя ее в макушку. — Очень сильно.

— Я тоже. — Прерывистым шепотом сказала она и подняла голову. — Домой?

— Угу, — мой взгляд снова скользнул по ее губам, и я застонал. — Надо поторопиться.

Она кивнула, быстро дописала в журнал данные и переоделась.

Марья нашлась на парковке и о чем-то беседовала с Савельичем. Увидев нас, она свернула разговор и похабно ухмыльнулась.

— Все уже что ли?

Настя покраснела, но выпятив подбородок, ответила.

— Язва ты Машка. Я на тебя Якову нажалуюсь. — И тоже хитро улыбнулась.

— Ну вот, — притворно погрустнела та. — Я их спасаю, а они на меня жалуются. Где справедливость? Кстати, я сейчас в контору, так что могу только дотуда подбросить, а там пешком дойдете. — Предложила она.

Мы были на все согласны, поэтому через пять минут были у конторы, куда быстро умчалась Марья. Мы же с Настей поспешили домой, так как до него было не более пятнадцати минут пешком. Из своих объятий я ее так и не выпустил. Руки сами не разжимались, а потому двигались мы медленно. Сложно мне было ей надышаться….

— Ой, смотри. — Настя первая увидела стоящих у ее дома людей. — Кто-то приехал.

Я вскинул голову и тоже посмотрел на дом. Рядом с калиткой стояли… мои родители и с огромным удивлением разглядывали нас с Настей. Пришлось ускориться, так как я пока не знал, с чем они пожаловали к нам.

— Мам, что вы тут делаете? — Спросил немного возмущенно.

Мама, еще не отошедшая от того, что я до сих пор собственнически обнимал Настю, неуверенно сказала.

— Соскучились. — И совсем уж смущенно добавила. — И невесту тебе привезли.

Только сейчас я заметил стоящую рядом с ними Люську, на которой мать с неимоверным упорством пытается меня женить последние полгода.