Бонус

18 лет спустя

Анжелика

Я смахнула несколько хвоинок с памятника и печально улыбнулась. Моя шестнадцатилетняя дочь — Аня, стояла позади. Сегодня была Троицкая Суббота и мы все, как и каждый год до этого. Приехали на местное кладбище. Сейчас мы остановились у памятника Лапотковой Анне Николаевне. Баба Нюра оставила нас более десяти лет назад. Просто утром не проснулась. Ушла тихо и с улыбкой на губах. На похоронах плакала вся деревня. После этого мама, уже вышедшая на заслуженную пенсию, переехала в бабушкин дом. Через несколько лет папа Женя вышел в отставку и теперь… занимал пост главы администрации Тивжи.

— Мам, — позвала меня дочь. — Смотри, там тетя Кира.

Я оглянулась и действительно увидела мало изменившуюся за прошедшие годы Киру, которая вместе с Дарькой и близнецами спешила к нам. Точнее, к соседней оградке, где был похоронен дед Киры.

— А Генка где? — Удивилась я.

— Младшей внучатой племяннице объясняет, зачем у входа батюшка кадилом машется. — Улыбнулась она.

Я краем глаза заметила подошедшего Андрея, который до этого активно общался с Виталиком. К сожалению, Александра Алексеевна тоже не дожила до сегодняшнего дня. Два года назад она умерла, завещав похоронить ее на нашем деревенском кладбище.

— Дарька, пойдешь сегодня луну встречать? — Спросила безумно красивую девушку, в которую превратилась смешная когда-то кроха.

— Если папа снова всех не разгонит. — Вздохнула девушка и оглянулась, безошибочно определив, что папа уже где-то здесь.

Абсолютно седой Гек действительно шел к нам, держа за руку семилетнюю Олькину дочь. Третью. У Толика почему-то одни девочки получились.

— Я все слышу. — Улыбнулся Корсаров, подмигнув Дарине.

— Папа! — Возмущенно уставилась она на него. — Вертаев меня только в щеку поцеловал и все. И вообще, я уже совершеннолетняя.

— Неправда. — Невозмутимо ответил тот. — Ты абсолютно совершеннозимняя.

— Гек, ты ее как замуж собрался отдавать? — Шепотом спросила я, когда Дарька от нас отвернулась.

— Какой замуж? Типун тебе на язык! — Возмутился Генка. — Маленькая она еще, чтобы замуж идти.

Мда, что-то в этой жизни не меняется абсолютно.

— Лика! Аня! — Я обернулась, чтобы увидеть маму и папу Женю.

Мой-то сынок где-то в лесных массивах страны отдает долг Родине. Еще полгода погуляет, потом снова в универ загоню. Где это видано, чтобы ребенок без образования с автоматом по лесам носился? У Марьи Колька тоже носится, но он высшую военную школу закончил, а мой временно махнул на все рукой. Говорит, что ему родителей образованных хватает.

Мама встала у оградки и смахнула одинокую слезу. Она до сих пор не смогла смириться с бабушкиной смертью. Баба Нюра, хоть и была ее первой свекровью, но, между тем, оставалась и одним из самых близких для нее людей.

Папа тем временем, отвел нас с Андреем чуть в сторону и тихо проговорил.

— Тут от внука информация пришла. — Он встал так, чтобы мама не слышала его громкого шепота.

— Что он опять натворил? — Внутренне ужаснулась я.

Андрей, поддерживая, чуть сжал мои плечи.

— В его роте на марш-броске срочнику плохо стало, сердце остановилось. Женька его завел. Его к государственной награде представить хотят. — Тихо пробормотал папа.

Я застонала.

— Значит, он в армии остаться решит? — Спросила отца.

— Нет. Сказал, что документы подаст… в медицинский университет. А то людей убивать легче, чем их спасать.

Я с облегчением выдохнула, но папу предупредила.

— Маме пока не говори, вдруг Женька решение поменяет.

Он улыбнулся и кивнув, отправился к оградке.

«Все хорошо будет». — Поддержал меня Андрей.

— Знаю. Просто нервничаю. — Вздохнула. — Теперь понимаю, почему бабуля за нас всех так переживала.

«Люблю тебя». — Муж обнял меня, даря свою поддержку.

И вдруг все стало неважно, кроме того, что он всегда рядом и поддержит.

* * *

Татьяна

— Таня, я запрещаю…. — Попытался встрять в мое решение Тема.

— Зина — уже взрослая девочка. Я в ее годы уже замужем была. — Решила я не отступать.

— Я все понимаю, но там будут и неместные. А если к ней кто-нибудь полезет? — Возмутился муж.

— Денька с Сашкой присмотрят за ней. Тем более, что твоя дочь дерется не хуже тети Маши, которая ее по свежевырытым в огороде окопам все детство таскала. — Напомнила я.

— Дениска кроме своей Сашки Гариной не видит никого. Там ему точно не до Зины будет. А луну встречать уже половина области к нам ездит. Ровно с тех пор, как Анжелика под это дело целое поле расширила и обустроила. — Уже без нажима проворчал Артем.

— Не ворчи. — Я подошла и обняла расстроенного мужа. — Идите, лучше с Юлькой земляники соберите. — Посоветовала я. — А то она уже два дня просится.

Юльке было шесть лет. Тема хоть был и против беременности, но младшую дочь обожал всем сердцем.

— Но Зина…. — Впрочем, как и старшую. Да и про сына не забывал.

— Тема, там будет еще Анька Анжеликина и Даринка Корсарова. Ты правда думаешь, что эти две хорошо обученные нестандартным приемам барышни дадут кого-то в обиду? — Я приподняла бровь.

Артем вздохнул, всем своим видом показывая, что он в корне со мной не согласен, но так и быть, пойдет на уступки.

— А еще вечером папа Юльку к себе заберет и дома никого не будет. — Тихо прошептала.

— Веревки из меня вьешь. — Муж закатил глаза, но все же наклонился и поцеловал.

— Люблю тебя. — Шепнула.

Артем счастливо улыбнулся, показывая, как для него важно слышать это от меня.

* * *

Надежда

Я вышла на крыльцо, в надежде найти своего мужа.

— Догилев! — Громко крикнула. — Виталик! — Повторила.

— Что? — Раздалось из-за дома.

Я спустилась с крыльца и обошла угол. Виталик стоял и с задумчивым видом рассматривал строение. О, нет! Я знала этот взгляд.

— Что ты там увидел? — Настороженно спросила.

— Дом надо перестроить. — Решительно ответил муж.

— Зачем? — Спросила, поняв, что спорить уже поздно. Догилев все решил и сейчас уже думает, как сделать так, чтобы ему ничего за это не было.

— Затем, что у нас сыновья — женихи растут. Учатся. Скоро женятся. Где жить будут? — Хмуро спросил он меня.

— Я думаю, что жить они будут отдельно от нас в своих собственных домах. — Ответила.

— Думаешь? — Нахмурившись, спросил муж.

— А ты в свои двадцать лет хотел бы жить с родителями? — Поинтересовалась. — Причем не с доброй мамой Сашей, а с такими, как мы?

Догилев нехотя покачал головой.

— Все равно дом перестрою. — Решительно заявил он.

— Перестраивай. — Пожала я плечами. — Я в это время у мамы в доме поживу. Он все равно пустой стоит.

Это правда. Мама в последнее время очень часто отдыхала в бабушкином южном домике, так что в данный момент ее дом в деревне пустовал.

Виталик хмуро на меня посмотрел.

— Угрожаешь? — Нервно спросил он.

— Нет. — Спокойно пожала плечами. Все же жизнь с Догилевым закаляет. У меня уже иммунитет к таким вот его заскокам. — Просто ставлю перед фактом.

— Надь, я же удобно для всех сделаю. — Попытался он убедить меня.

— Хорошо. — Кивнула. — Хочу беседку с цветами.

Он задумчиво уставился на участок, засаженный фруктовыми деревьями.

— Будет тебе беседка. — Согласился он.

— А дом мне нравится таким, какой есть сейчас. — Бросила невзначай.

Виталик повздыхал с минуту, потом покосился на меня и… снова вздохнул.

— Манипуляторша. — Вынес вердикт.

— Неправда. — Не согласилась ни разу. — Кстати, я чего тебя искала-то. Колька позвонил. Домой едет. Через час нужно на вокзале его встретить. Главное, Марье ничего не говорить, он ей сюрприз решил сделать.

— Съезжу. — Кивнул муж и шагнул ко мне. — На-адь, — позвал обняв.

— М? — Послушно положила голову на его плечо.

— А давай вечером, когда дети уйдут луну встречать, романтический вечер устроим. Свечи…, вино….

— Сопьюсь. — Вздохнула я. — И морально разложу суровый образ чопорной математички.

— Ммм, — промычал он мне в ухо. — Я хочу на это посмотреть. Люблю… образ чопорной математички.

— Пошляк. — Шлепнула его по плечу.

— Я тебя тоже люблю, — улыбнулся он и поцеловал.

* * *

Кира

Я уже полчаса смотрела, как Гек мечется по кухне. Я бы не стояла здесь, но рядом находилась мрачная Дарька, которая в упор смотрела на неадекватного папу. Раиса Георгиевна, которая после смерти мужа уже пять лет проживала с нами, сейчас лишь головой качала, наблюдая за сыном.

— Ты это не наденешь. Это же…. Это…. — Он снова тряхнул зажатым в кулаке платьем.

— Это платье. Ниже колена, между прочим. И ворот у него высокий. — Дарина не намерена была сдаваться.

Ее братья уже давно сбежали из дома, чтобы не участвовать в разгорающемся скандале. Наверняка, уже с Догилевыми, которые сыновья Нади с Виталиком, умотали.

— У него спина открытая! — Проорал Гена.

— Она вечером кофтой прикроется. — Попыталась утихомирить я мужа. — Комары не доберутся.

— Да какие комары? — Рыкнул Корсаров. — Там мужиков будет полное поле. Будут ходить…, смотреть….

— Авось и попадется кто-нибудь бесстрашный. Ты девку в девках долго держать будешь? Внуков тебе кто рожать будет? — Встряла Раиса Георгиевна. — А мне правнуков?

— Мама! — Взвился муж. — Каких внуков? От кого их рожать? Там же все отстойные. — Махнул он рукой в сторону окна.

— Боюсь представить, что будет, когда попадется достойный. Он же Дарьку просто выкрадет. — Намекнула я, что не против хоть какого-нибудь намека на личную жизнь дочери. У некоторых ее одноклассниц уже дети появились.

— Кир, но это же…. Одень какой-нибудь балахон и иди. — Наконец, разрешил он дочери хоть что-то выбрать.

Дарька равнодушно пожала плечами, потому что на ее высокой стройной фигуре хорошо смотрелся бы даже мешок из-под картошки.

— Тогда я до Аньки сбегаю. — Решила она, выйдя через пару минут из своей комнаты в широких джинсах и бесформенной футболке, в которой смотрелась еще более загадочной, чем в платье.

— Долго не гуляй. — Проворчал Гена, окрыленный маленькой победой.

— Па, мне больше двадцати лет. — Закатила она глаза. — Я буду гулять до скольки захочу.

— Иди-иди, — поторопила бабушка, глядя, как ее сын снова начинает нервничать.

Дарька поспешно выскочила за дверь. Я подошла к мужу и погладила его по голове. Совсем седой стал. Нервничает много.

— Ген, Дарька уже большая совсем. — Напомнила, заметив, как Раиса Георгиевна тихо вышла с кухни.

— Я не против того, что она большая. — Гек обнял меня в ответ и мученически вздохнул. — Я против того, чтобы на нее всякие уроды заглядывались.

— Главное, чтобы Дарька себе хорошего и надежного выбрала. Ты ее хорошо воспитал. — Приободрила я его. — Плохого она не выберет.

— Надеюсь. — Гена потерся носом о мою шею. — Просто переживаю.

— Из-за чего? — Спросила тихо. — Ты же у меня самый-самый лучший на свете муж. А для детей самый-самый лучший отец.

Он насмешливо фыркнул.

— И за что мне досталась такая мудрая жена? — Спросил он.

— Воспитал? — Хмыкнула.

— Нет. — Он помотал головой. — Ты у меня сразу самая-самая лучшая была. И любимая.

Я счастливо улыбнулась. А как еще улыбаться, когда тебя через столько лет так обнимает твой любимый мужчина.

* * *

Полина

Наташка подвинула к себе кружку с чаем. Мы сидели в беседке в саду и смотрели, как Венька показывает Наташкиному Юрке какие-то железяки. Рядом крутился Ромка, наш младший сын и что-то все время пытался подсказать.

— Ты сегодня детей отпустишь на гуляния? — Тихо спросила Натка, так как Петька ошивался где-то неподалеку.

— Как будто меня кто-то спрашивать будет. Это они у отца отпрашиваются, а я уже по факту все узнаю. — Меланхолично фыркнула я.

— Действительно, с таким отцом никакой матери не нужно. — Хихикнула Натка. — Он же хуже любой шпионской системы.

— Это ладно. Тут Ромка в офис с ним мотался, так увидал, что там одна… моя потенциальная пациентка к папе клеится. Представляешь, он нашел Гека, нажаловался на девку и ее срочно перевели… в соседнюю деревню. Тоже тот еще мастер слова растет. — Рассказала я.

— А что, Венька сам отбиться не мог? — Нахмурилась подруга.

— Он вообще этих… клеёнок не замечает. — Пожала я плечами. — Говорит, что ему и меня выше крыши. — Выдохнула, наблюдая за выверенными движениями мужа.

Вениамин, как будто услышав меня, поднял свои синющие глаза и мягко улыбнулся.

— Как же он тебя любит. — С завистью произнесла Натка.

— Петька тебя тоже любит. — Напомнила я.

— Не так. Петька на меня надышаться не может, а твой взглядом одним все показывает. — Пояснила она.

— И что? Главное, что мы знаем, что нас любят. Разве остальное важно? — Я все так же меланхолично пожала плечами.

— Не важно. — Наташка откинулась на спинку стула. — Через двадцать лет счастья так совсем уже пофиг.

В этом я была с ней согласна.

* * *

Виктория

Я возмущенно смотрела на виноватого Артура.

— Снова? — У меня голос на ультразвук сорвался. — Ты снова забрал себе списанную собаку?

— Я же одну Корсарову отдал, когда Пулька померла от старости. — Попытался напомнить он.

— Так это было две собаки назад! — Напомнила я.

— А еще одну Тороповым отдал. — Не сдавался муж.

— Это которая их кота съела? — Напомнила я про почившего четыре года назад Эраста.

— Он уже дохлый был, когда Лапка его выкопала и принесла. — Насупился Измайлов.

— Так ладно. — Я обошла монстра, по ошибке названного собакой. — Это кто?

— Титан. — Выдал мне муж заготовленную кличку.

— Я уже поняла. На ошейнике написано. Порода этого динозавра какая? — Прищурившись, спросила проштрафившегося муженька.

— Мастиф. — Мрачно поведал мне Артур.

— Роза! — Громко крикнула я, вызывая из дома дочь. Та через минуту явилась перед мои кари очи и смущенно шаркнула ножкой. — Ты опять у отца животину выпрашивала?

Роза вскинула голову, присмотрелась к собаке и….

— Какая опупенная! — Взвизгнула она, бросаясь к шарахнувшемуся в сторону псу.

— Стоять! — Приказала. А как с ними по-другому? Розка послушно остановилась. Девке восемнадцать лет, а взрослости вообще никакой. — Зачем тебе вторая собака? — Прищурившись спросила.

— Я Лимончика Димке отдала. — Призналась дочурка. — А то он переживал, когда Мишка помер.

Я вздохнула. Лимончиком звали здорового алабая, с которым мой десятилетний сыне вряд ли сможет самостоятельно управиться. И да, Лимончик — это от слова «лимонка», а не из-за светло-желтого окраса.

— Ладно. Но в последний раз! — Предупредила, прекрасно понимая, что никакой это не последний раз. Списанных в армии собак будет еще много. И Артур, не смотря на высокое офицерское звание все так же будет таскать их домой и раздавать всем знакомым.

— Спасибо. — Роза бросилась ко мне, коротко меня обняла и вновь обратила внимание на пса. — Иди сюда, мой хороший. Злые дядьки в форме тебя совсем измучили….

Упитанные бока собакена так и показывали его измученность. Ну, ничего. На диету посадим, утренние пробежки с детьми и все — будет весьма поджарый и качественный пес.

Я посмотрела на мужа, который радостно наблюдал за дочерью, тискающей большущую собаку.

— Теперь ты! — Наставила на него палец.

— Да, любимая моя! — Переключил он на меня свое внимание.

— Артур, нельзя тащить домой кого ни попадя. — Я наставила на него свой палец. — Если тебе не хватает тепла и ласки, то ты можешь просто мне об этом сказать. — Напомнила ему.

Он вздохнул и передернул плечами, на которых лежали погоны.

— Вик, я не мог его там оставить. Усыпят же. — Тихо сказал он, серьезно глядя на меня.

Я прекрасно понимала, что надо просто смириться. И ворчала я больше для проформы. Ну вот такой у меня муж. Самый добрый и любящий. За это я его и люблю, потому что он никогда мимо чужой беды пройти не может.

* * *

Марья

— Марья! — Услышала, сидя на коньке крыши. Нет уж, Хохриков, ты меня отсюда не снимешь. — Маш! — Ни за что не поддамся. — Догилева, блин!

— Сам дурак! — Использовала я чужой прием.

— Машка, слезай! — Он обошел дом с другой стороны. — Или я сейчас по твоей катане топором пройдусь.

— Ты шифр от замка не знаешь. — Равнодушно ответила.

— Машка, отдай документ. Мне в понедельник бумаги нужны, а ты все утащила. — Рыкнул он.

— Зарплату хочу выше на десять процентов. — Ответила, помахав папкой.

— Зачем? — Поинтересовался он.

— На ножи хочу ручки из слоновой кости прикупить. Говорят, на них балансировка идеальная. — Поведала о своих мечтах.

— У твоих ножей и так идеальная балансировка. — Обиделся снизу Яшка.

— Ага, признаешь, что это ты криворукий, а не ножи плохие? — Спросила, прищурившись.

Муж грозно сверкнул лысиной, но все же признал.

— Хорошо, ножи — отличные, я — криворукий. — Нехотя согласился он.

— Сложно было сразу признать? — Фыркнула я и сбросила папку вниз.

Хохриков документы поймал, а я сама спустилась. Муж нашелся уже на крыльце. Документы просматривал.

— У тебя там три ошибки, — сообщила ему. — Анжелике на правку отдай.

— Зараза ты, Машка. — Вздохнул Яшка и тут же полез обниматься, забыв про брошенную на ступеньки папку.

От непотребств меня спас звук подъехавшей к калитке машины. Кого там еще принесло? Сбежала по ступенькам и вышла за калитку.

— Привет, мам. — За калиткой стоял….

— Колька! — Взвизгнула и бросилась обнимать вымахавшего ростом под два метра сына. Он послушно переждал приступ моего счастья. Еще бы, три года вообще в деревне не был. А до этого и то мельком приезжал, на пару дней. — Надолго приехал? — Спросила, отойдя немного.

— Насовсем, мам. — Грустно улыбнулся он. — Комиссовали меня.

— Та-ак! — Нахмурилась. — За что?

— Генералу в морду дал. — Сознался сыночка ничуть не смущаясь.

— Даже спрашивать не буду, за что…. — Пробормотал вышедший за калитку Яшка и тоже обнял сына. — Приехал, наконец. Дома хоть побудешь.

Колька улыбнулся.

— Надеюсь, что работу здесь найду….

— Здравствуйте, теть Маш. — Я обернулась, чтобы увидеть несущуюся по дороге в сторону Анжеликиного дома Даринку.

— И тебе не хворать. — Улыбнулась ей. — Ты за Анькой?

— Ага. — Дарька остановилась и заинтересованно уставилась на Кольку. — Николай, смотрю, приехал? — Колька несколько заторможенно кивнул, во все глаза рассматривая Корсарову. — Ну, я побегу. — Помахала она рукой и нырнула в соседскую калитку.

— Ма, а это кто? — Прищурившись, спросил сыночек.

Мда, а так все хорошо начиналось.

— Коль, ты чего? Это ж Дарька Корсарова. — Вместо меня ответил Хохриков.

Я же стояла и смотрела на сына, который не отрывал серьезного взгляда от соседнего дома.

— Выросла, значит. — Выдохнул он, спустя минуту молчания.

Я громко шмыгнула носом и с чувством сказала.

— Корсаров тебя убьет. И меня убьет. — Добавила, подумав. — И даже Яшку.

— А меня-то за что? — Возмутился муж.

— За то, что научил его ставить перед собой невыполнимые задачи. — Коварно усмехнулась я, радуясь, что жизнь снова заиграла яркими красками. А судя потому, как Колька смотрел на девушку, краски там будут ого-го какие….

* * *

Ольга

Толик мрачно смотрел на Дениску. Тот смотрел на моего мужа прямо. Не моргал даже, кажется.

— Толь, — попыталась позвать его я.

— Я сказал, нет! — Рыкнул Гарин.

— Тогда традиционной свадьбы не будет, и мы просто съездим в ЗАГС и распишемся. — Ответил Денька, держа крепко за руку нашу старшую дочь.

— Ни за что! — Отрезал тот.

— Ну, папа! — Возмутилась Сашка.

— Александра Анатольевна, расскажите, пожалуйста, почему в столь юном возрасте тебе приспичило выходить замуж? — Переключился на нее Толик.

Ответил почему-то Денис.

— Потому что Саша беременна. — Серьезно ответил он.

Вот тут я села… мимо стула. И если бы Толик меня не поддержал, то упала бы.

— Что? — Просипела я. — Александра, что я тебе говорила о предохранении?

— Это я виноват. Не проверил… изделие перед использованием, за что готов принять все последствия сего обстоятельства. — Вновь встрял Дениска.

— Конечно, виноват! — Взорвался Толик. — Да я тебя за совращение….

— Пап, мне есть восемнадцать. И вообще, мама мной еще раньше забеременела. — С намеком оповестила нас дочь.

— Карма. — Выдохнула я. — Мама меня рано родила, я Сашку тоже. Теперь вот….

— Мам, я его люблю. И Денька меня любит…. — Попыталась она нас вразумить.

— И как давно он тебя… любит? — Мрачно спросил Толик, хрустнув пальцами.

— До ее совершеннолетия ничего не было. — Быстро сориентировался Денис. — А люблю я Сашку давно.

— Толь, ты их того…, благословляй, а то у тебя внучка в грехе родится. — Я выдавила из себя слабую улыбку. — Поздравляю вас дети. Денис, твои знают?

— Нет. — Дениска помотал головой. — Сейчас пойдем и скажем. Но мне кажется, что мама уже подозревает. Да и отец тоже.

— Вот пусть он сам на тебя и орет. — Мстительно ухмыльнулся Толик, приглаживая свою черную с легкой проседью шевелюру.

— Отлично. Дату свадьбы скажу позже. — Сашка схватила жениха за руку и вытащила его из дома.

— И вот как это понимать? — Растерянно спросил муж, повернувшись ко мне.

— Никак. Нужно только смириться. — Пожала я плечами. — Осталось еще двух дочерей сплавить и можно будет расслабиться.

— Оль, они ж маленькие еще. — Возмутился Гарин.

— Вырастут. — Отмахнулась я. — Вон, оглянуться не успели — Сашка уже замуж собралась. Беременная.

Муж поднял меня со стула, сел на него сам и усадил меня на свои колени.

— Знаешь, я теперь понимаю, почему твой отчим на меня так при встрече смотрел. Да и чего Гек буянил, понимаю.

— Но Денька же любит Сашку. Это сразу видно. — Возмутилась я.

— Я тоже любил. До сих пор люблю, никак налюбиться не могу. — Хмыкнул он, прижав меня к себе. — Оль, а может быть еще одну девочку родим? Вон они у нас какие красивые получаются.

— Ага, и будет у нас, как у Тороповых, аж шесть детей. — Хихикнула я.

— Нет. Мне бы еще одну только. Ну так как? — Приподнял он бровь.

А я опять залюбовалась мужем. До чего хорош, чертяка.

— Я подумаю, — улыбнулась, понимая, что уже на все согласна.

* * *

Анастасия

— Тихо, дети услышат…. — Пробормотала я, чувствуя, как Пашкины руки стаскивают с меня одежду.

— Не услышат. Старшие на гуляния ушли, а маленьких бабушки по поселку выгуливают. — Пробормотал Пашка, приставая все настойчивее.

— Хорошо-о, — простонала я, растворяясь в прикосновениях любимых рук.

Через полчаса мы лежали на кровати совершенно обессиленные. Пашка в последнее время, как с цепи сорвался. А все из-за того, что к нам в школу пришел новый учитель. Трудовик.

— Паш, он на десять лет меня младше. — Пыталась успокоить я мужа.

Но нет. Торопыжка уже и мужику объяснял, что в мою сторону смотреть не стоит. И следил, чтобы и я была всегда удовлетворена и довольна жизнью.

— Знаю. — Кивал он. — Но Насть…. Он же смотрит на тебя.

— Он на всех смотрит. Не переживай, если хочешь, подруги быстро ему невесту найдут. — Предложила.

Пашка задумался. И вот ходил до сих пор такой задумчивый. Месяц уже скоро.

— Я решил. Ищите невесту. — Муж приподнялся на локте и навис надо мной.

— Кому? — Уточнила.

— Трудовику этому. — Сознался в своем нестабильном состоянии Пашка.

— Хорошо. — Кивнула.

Паша лег рядом и немного расслабился.

— Насть, — позвал он меня.

— Что? — Улыбнулась.

— Насть, я тебя так люблю. Даже не представляю, что было бы, если бы тебя рядом не было. Меня бы, наверное, тоже не было. Только тень…. — Признался он тихо.

— Я тебя тоже люблю, Паш. — Повернув голову, посмотрела в любимые глаза. — Ты мне столько счастья подарил.

— Счастья — это детей? — Спросил он.

— И детей тоже. Но счастье — это же не столько дети, сколько мы с тобой. — Прошептала.

— Согласен. — Он вздохнул. — Я, наверное, собственник. Но я тебя никогда никуда не отпущу. Всегда моя будешь.

— Угу. — Я мягко улыбнулась. — Ты мне это популярно венчанием объяснил. Мучайся теперь со мной вечность.

— Радоваться буду вечность. И любить…. — Прошептал он, прижимаясь ко мне сильнее.

***

PS…

Анна Николаевна Лапоткова

Я брела по пушистому туману. Настолько плотному, что если вытянуть руку, то я ее не увижу. Поэтому руки я и не вытягивала. Мало ли что там… за туманом, который никак не хотел рассеиваться.

Сколько я так брела, не знаю. Долго. Вот только в какой-то момент из тумана ко мне вышла фигура. Сначала неясная, она постепенно обретала четкие очертания.

— Ты? — Я не удивилась, но была в замешательстве. — Что ты тут делаешь?

— Тебя жду. — Ответил он, подходя все ближе.

— Столько лет? — Я нахмурилась.

— Ань, ты читала мое письмо? — Спросил он. Я кивнула. — Тогда ты должна знать, что я бы все равно тебя дождался. Я же обещал.

— Ты не сдержал первого обещания. Почему я должна была поверить во второе? — Спросила.

— Жизнь многому научила. Например, тому, что без тебя нет этой самой жизни. Я слишком много потерял, чтобы не дождаться тебя сейчас. — Грустно улыбнулся он и протянул мне свою ладонь.

Я несколько мгновений смотрела на его протянутую руку и все же решилась протянуть свою.

— Аня, теперь ты — моя вечность. Разреши быть рядом. — Попросил он почти умоляюще.

Я чувствовала его эмоции. Ему действительно было плохо без меня. Всю жизнь плохо. Как и мне без него.

— Разрешаю. Проводишь меня? Я не знаю, куда идти. — Призналась честно.

— Я тоже не знаю. Думаю, что вместе мы найдем дорогу.

Стоило ему это сказать, как дорога перед нами действительно появилась. Ну и хорошо. Перехватила его за локоть, и мы медленно пошли по дороге из облаков.

— Рассказать тебе про внучку? — Спросила, когда молчание затянулось.

— Конечно. — Кивнул он. — Про твою, или мою?

— Про всех. — Улыбнулась я. — Сначала про мою, потом про твою…. Ну, слушай….