Глава 34

Глава 34

ИРИНА

До озвученного Михаилу места прогулки так и не добираюсь.

Приметив в торце многоэтажки, выходящей на многолюдный проспект, привычное «окошко» с надписью «Кофе с собой», ныряю в сумку за кошельком и покупаю двойной американо. Поблагодарив продавца, осматриваюсь и не придумываю ничего лучше, как вернуться в машину.

Там тихо, спокойно. К тому же в голову приходит умная мысль порыться в интернете.

События, произошедшие в аэропорту, вполне могут быть освещены в СМИ. Ну или, на крайний случай, выложены в сеть любителями заснять «все интересное».

В нашем современном прогрессивном мире хоть что-то мало-мальски интересное никогда не остается без внимания.

Не желая бездарно тратить время, достаю мобильный, ввожу в поисковую строку запрос. Пока страница обновляется, притормаживаю и делаю друг за другом несколько небольших глотков горячего напитка.

Неплохо сварен, но не фонтан…

«Замначальника угро арестован прямо в аэропорту».

Вторая же строчка развернувшейся «ленты» выдает нужное.

Забыв про кофе, убеждаюсь, что дата под роликом стоит сегодняшняя, а не двухлетней давности, как часто бывает в сортировке, и нажимаю на просмотр.

Медленно двигаясь по тротуару, не свожу глаз с экрана, и мысленно подгоняю колесико загрузки. До машины остается меньше пяти метров, когда мимо меня с визгом проносятся трое мотоциклистов.

– Вот идиоты! – почти беззвучно обласкав чокнутых, летящих там, где не надо, вся проваливаюсь в видео.

Съемка не очень качественная и обрезанная, но я легко узнаю своего брата в компании людей в форме. Они несколько минут разговаривают. Потом Сергею дают ознакомиться с каким-то документом…

Останавливаюсь у поребрика. Мне остается лишь перейти проезжую часть, но я решаю досмотреть…

Сергей без сопротивления протягивает руки и на его запястьях защелкивают наручники. Звук смазан, но мне почему-то отчетливо слышится лязганье.

‒ Эй, ты! Вообще не смотришь, куда прешь?

С визгом затормозив возле моих ног, рявкает рослый бородатый байкер в черной футболке с черепом на груди. Придурочный резко выкидывает руку вперед, хватает меня чуть выше локтя и тянет к себе.

– Отпустите! – велю, обалдевая от невиданной наглости.

Дергаюсь, пытаясь освободиться.

Совсем охамел что ли?

Я на месте стояла и даже ногу через бордюр, разделяющий тротуар и проезжую часть, не переносила.

‒ Извиниться не хочешь, детка? – зло ухмыляется бородатый верзила.

Ну это вообще нечто!

‒ Я вам не детка! Руку уберите… – чеканю строго, сжимая зубы.

И в этот момент к нам подкатываются еще двое. Теперь узнаю безголовых идиотов, что совсем недавно пролетали мимо… Так с какого фига они надумали вернуться?

‒ Смотри, какая заносчивая цыпочка прыгнула под колеса! – с ухмылкой вклинивается в беседу другой детина. Такой же байкер, но с татухой вокруг шеи и лысый. – Сыч, не порядок. Пусть она извиняется. Лично.

‒ Ага, точно… – поддакивает третий. Тощий дрищ в кожаной жилетке на голое тело. – Долго и глубоко.

Придурок ловит мой взгляд и, елозя языком за щекой, наглядно показывает, как именно его устроит. Еще и усмехается похабно.

– Я не против, – кивает им Сыч, плотоядно облизываясь.

Внутренне передергиваюсь, когда по моему лицу, одежде и ногам ползут похотливые взгляды. Но в то же время четко анализирую ситуацию, раздумывая, что будет правильнее: выплеснуть кофе в наглую рожу и освободиться, воспользовавшись эффектом внезапности, или же просто отпустить стаканчик в свободный полет и, опять же пользуясь эффектом внезапности, врезать ему промеж глаз.

‒ Уберите от меня… лапы… – решаю последний раз побыть цивилизованной женщиной…

Но когда слышу…

– Да хрен тебе, соска! Не надо было Светке дорогу переходить и хахаля ее уводить! Теперь тебе п..зда, – и это вместе с тем, что мудак второй рукой хватает меня за блузку…

Больше не жду.

Использую первый вариант. Сжимаю стаканчик сильнее, продавливаю с двух сторон и ногтем большого пальца откидываю крышку. Затем, не думая и не сожалея, выплескиваю горячую жидкость на своего пленителя.

Он взвизгивает, аки баба, но нежданчик срабатывает.

По крайней мере меня отпускают.

Отскакиваю на пару шагов назад и прячу телефон в карман, освобождая руки. Отлично понимаю, что так просто меня к машине не подпустят и «счастливого пути» вслед не пожелают. Как и то, что с тремя рослыми и наглыми мужиками мне не тягаться.

Но сдаваться вот так сразу…

‒ Какие-то проблемы?

Голос Самкова кажется миражом, но, когда его большая и уже такая знакомая рука ложится на спину, я верю, что не сплю.

‒ Иди своей дорогой, мужик.

«Катись».

Именно такой посыл вкладывает любитель оральных ласк, как и двое других спрыгивая с байков.

‒ Тебя обидели, Ириш?

Миша игнорирует голос тощего, смотрит на меня. Выглядит на удивление спокойным. Не напряженным, не натянутым, однако, очень внимательным.

‒ Да, ‒ киваю и выдаю с упреком, ‒ меня больно схватили за руку… потому что я… у Светки хахаля увела.

Боже, какой бред!

Но, как говорится, за что купила, за то и продаю.

– М-м-мм… не порядок, чуваки, – тянет Самков, теперь уже концентрируясь на приближающихся. – Вы обидели мою девушку. Извинитесь.

И что-то в его голосе и в глазах заставляет байкеров напрячься. Они застывают и смотрят на него с подозрительной опаской.

– Перед шлюхой-то? – сбросив морок, цедит ядовито один.

Второй просто похабно ухмыляется.

Зато к третьему, который меня хватал, приходит озарение:

– Ёпт, так ты и есть Светкин хахаль?!

– Бинго, чувак! – кивает ему Михаил.

Я не вижу, когда он замахивается. Не вижу отведенную для удара руку, но я вижу сам удар, стремительный и мощный, молниеносный и сокрушительный по силе, ломающий байкеру нос.

Хрясь.

Детина обрушивается на собственный мотоцикл. Тот соскальзывает со стояночной подножки, и вместе они, человек и его «железный конь», кучей-малой заваливаются на проезжую часть, издавая одновременно громкий стон и скрежет металла по асфальту.

‒ Ах ты мудак…

Лысый откуда-то достает нож, но Самков, оттолкнув меня себе за спину, реагирует мгновенно: захватывает запястье, дергает рывком вверх, разворачивается сам и задирает руку нападающего.

Одновременно со звоном выпавшего на тротуар лезвия раздается сухой хруст плечевого сустава.

– С…ка… – ревет байкер, пугая прохожих.

– Сюда иди, – тихо зовет третьего Миша.

– Нет! Не трогай меня, – тощий дрищ вскидывает руки вверх и, как краб, пятится назад. – Мир, чувак, мир.