Глава 6

Варвара

Сазонов угощает меня кофе, мы забираем наши напитки и присаживаемся на летней площадке заведения. Сначала повисает неловкая тишина, как будто у нас в головах резко закончились все слова. В этот момент я думаю, что Илья прав. Он действительно понимает меня лучше, чем это мог бы сделать кто-то другой.

Расскажи я свою историю обычному первокурснику, который кроме уроков, репетиторов и уличных тусовок с друзьями ничего не видел, этот парень и близко бы не понял всей глубины моей личной трагедии. А Сазонов — такой же претендент на олимпийскую медаль, как и я в недавнем прошлом.

На самом деле, забавно. Может быть, на ближайшей Олимпиаде он возьмет «золото» и станет новым Плющенко или Ягудиным, а я буду вспоминать эти наши посиделки в кафе и писать комментарии под постами в духе «А этот парень когда-то за мной ухаживал!».

А может, будет не так. Главная особенность нашей жизни в том, что мы ничего не знаем заранее.

— Давай поговорим о чем-нибудь, как это делают все на первом свидании, — все же нарушает нашу тишину Илья.

— Давай, — я соглашаюсь, хотя ужасно смущаюсь, когда он называет происходящее «первым свиданием». — А о чем там люди обычно разговаривают?

— Ты что, никогда не ходила на свидания? — удивленно спрашивает Илья.

— Не то чтобы совсем не ходила. Скорее, просто гуляла. С парнями-гимнастами, с которыми мы рядом жили, тренировались, в общем, неплохо друг друга знали. Любой разговор начинался с темы тренировок, соревнований и общих знакомых.

— Понятно. А я никогда не был на свиданиях с фигуристками, — вдруг заявляет.

Чего? Этот секс-символ мужской фигурки не ходил на свидание со своими соседками по льду?

Я чуть кофе не подавилась от этой информации.

— Ты серьезно?

— Да. Не знаю, как так получилось, видимо, они просто успевали надоесть мне еще в ледовом дворце, и на свидания я звал других.

Он натягивает улыбку, чтобы перевести это все в шутку, но чувствует, что наш разговор опять заходит не туда. Я и сама догадываюсь, что свиданий в жизни Сазонова было много. Только вот слушать об этом мне совсем не хочется.

— Ладно, Варвара, расскажи, как ты проводишь свободное время? И не говори, что у тебя его никогда не было, я не поверю. Может, ты читаешь умные книги, смотришь аниме, рисуешь картины по номерам?

Блин! Я действительно планировала сказать, что раньше у меня никогда не было свободного времени, но он не оставил мне этого шанса. Сам, главное, выживает исключительно на кофе, не имея ни минутки свободного времени!

— Нет, аниме я не смотрю и рисовать не умею, книги иногда читаю, но не сказала бы, что очень увлекаюсь этим. А вот всякие околоспортивные шоу перед сном люблю смотреть.

— То есть больше всего на свете ты любишь спорт? — Сазонов задает какой-то странный вопрос.

— Ты разговариваешь с девушкой, которая через боль тренировалась, чтобы воскреснуть к Олимпиаде, и что-то еще спрашиваешь?

Блин, может, прозвучало грубо, но я и не принцесса из страны розовых единорогов. Я принцесса из страны жесткой диеты, изнурительных тренировок и бесконечных соревнований.

— Тогда вынужден предупредить. Я тоже больше всего на свете люблю спорт. Может, это прекрасно? Ведь получается, у нас уже есть что-то общее.

— Главное, медальками не начать мериться, — усмехаюсь, представив себе эту сцену.

Илья потягивает свой кофе, не сводя с меня глаз. Вспоминаю, сколько раз за эти дни пересмотрела его фото и даже не верю, что он действительно сейчас сидит передо мной. Илья Сазонов. Тот самый, по которому сходят с ума все девушки, следящие за фигурным катанием. Кстати, обидно, что девушки устраивают парням-спортсменам настоящие фан-сообщества, а парни девушкам-спортсменкам — нет. И действительно, какие могут быть проблемы у Сазонова со свиданиями, если у него такая тьма фанаток? Наверняка полно тех, кто желает познакомиться с ним поближе.

Так, стоп. Я не его фанатка, но на свидание он позвал меня. И приехал ко мне сразу после самолета. Нет смысла сомневаться в его интересе.

— Медалями мы точно друг друга не впечатлим, Варвара, — после некоторой паузы говорит Илья.

— Ты можешь называть меня Варей.

— Ну, хорошо. Тогда ты меня Сазоном? Нет, серьезно, нет другого способа сократить.

Мы оба смеемся и одновременно тянемся к своим стаканчикам с кофе, из-за чего наши руки случайно соприкасаются, как в кино. Резко стреляем друг в друга глазами, обмениваясь взглядами-стрелами, а по телу словно пробегает легкое электричество.

В голове проносятся картинки, где я вижу нас с Сазоновым вместе. В будущем. Как будто стоп-кадры из фильма, на которых мы рядом. По рукам бегут мурашки, а на кончиках пальцев еще долго ощущается его прикосновение. В своей голове я даже вижу наш поцелуй и то, как Илья носит меня на руках.

Творится какая-то магия, словно высшие силы приоткрыли мне завесу тайны будущей жизни.

А потом мы разрываем зрительный контакт, и вот нас больше нет.

Илья

Если на своих соперниц на турнирах Варя смотрела так же, то мне жаль этих юных беззащитных девочек. Она — не принцесса спортивной гимнастики, она — Снежная королева. Жесткая, сильная, уверенная в себе и привыкшая никогда не сдаваться. Сломать ее могли только «кресты», да и то не сразу.

При этом внутренний мир Вари не вяжется с ее образом маленькой девочки, будущей первокурсницы, малышки с янтарными глазами. Сидит такое милое создание в сарафанчике, а при этом любого задавит на пути к своей заветной мечте.

О чем она подумала, интересно? Я заметил, как ее всю затроило, когда наши ладони случайно соприкоснулись на пару секунд. Спрашивать не буду, потому что, признаться честно, сам испугался ее взгляда.

— Извини, я что-то задумалась, — Варя смущенно улыбается и обхватывает ладонями полупустой стаканчик с кофе.

— Если ты любишь спорт и шоу, не думала о том, чтобы пойти в спортивную журналистику? — перевожу тему обратно на то, что мы уже обсуждали.

— Честно? Нет, думаю, я бы не смогла выполнять эту работу. Нужно быть более открытым и общительным человеком, более разговорчивым.

— А ты закрытая? — спрашиваю и сам догадываюсь, каким будет ответ.

— Достаточно.

— Но со мной общаться ты не боишься.

— Ты спортсмен, а мы все как братья друг другу, — пожимает плечами Варя.

Не не, так не пойдет! Какие еще братья? И сестры, наверное. Не, я в дальние родственники не записывался.

— Хочу заметить, что я к тебе не с братским сочувствием и пониманием пришел, а как парень к девушке. Интересной и яркой девушке с очень красивыми глазами. Правда, я не знаю, часто ли тебе говорили, что у тебя красивые глаза, но знай, что это так.

Она улыбается, и я улыбаюсь вместе с ней, но сигнальная лампочка в моей голове мигает о том, что мне не будет легко. Варя — непростая девушка, но сам уже придумал себе дополнительные сложности.

— Спасибо, — отвечает на мой комплимент ее внешности и опять впивается в меня своими янтарями.

— Прогуляемся? — предлагаю, поднимаясь сразу с места.

— Давай.

Мы медленно перемещаемся по парку, болтая на разные темы. Я стараюсь не возвращаться к разговорам о спорте, но нас так и тянет в эту сторону, потому что для меня в этом вся жизнь, да и Варя так быстро отвыкнуть не может. Хоть она и назвала себя закрытой, но со мной выглядит довольно разговорчивой. Даже не замечаю, как быстро пролетает время, начинает темнеть и становится прохладнее. Резко осознаю это, когда Варя потирает плечи ладонями.

— Мерзнешь? — спрашиваю, а сам виню себя, что увлекся и прошляпил момент, когда стоило отвезти ее домой.

— Да ничего страшного, вся в порядке.

— Извини, мне тебе и предложить нечего, одна-единственная толстовка, в которой я в самолете сидел, требует стирки, а другой теплой у меня с собой нет.

— Илья, правда, все в порядке.

— Тогда стоит отвезти тебя домой? Пока окончательно не стемнело.

— Да, тем более, я не предупредила родителей, что уйду на весь вечер.

— Я подумал, что ты вряд ли отчитываешься перед ними.

— Так и есть, я давно живу самостоятельно, отвыкла уже каждый свой шаг им докладывать, — говорит Варя.

— Давай, чтобы тебя скорее зачислили и переезжай уже в Питер, — как будто бы тороплю события, но я правда буду рад, если она окажется в Спб насовсем.

— А ты шустрый, Сазон, — ухмыляется, а меня забавляет, как из ее уст звучит мое обычное прозвище. — Учеба все равно не начнется раньше первого сентября.

— Ты права, я шустрый. Если уже о чем-то подумал, то всё. Меня не остановить.

— И о чем же ты думаешь сейчас?

Честно ей сказать? Я думаю о том, чтобы ее поцеловать, но боюсь, что это жесткий перегиб, который отпугнет Евдокимову. Я итак примчался без предупреждения, с подарком, который она не просила, неожиданно позвал ее гулять, а если еще и с поцелуем полезть.

Я шустрый, но не тупой.

— Садись, Варвара, отвезу тебя.

— Так о чем ты думал?

— Потом узнаешь, — пытаюсь не палиться, включая улыбку заговорщика. — Я расскажу и покажу.