Эпилог
Саша
Держась за руки, мы идём вдоль небольшого поселкового пляжа. Ноги утопают в прохладном иле, и после нас на берегу остаются следы, которые быстро заполняются водой. Солнце играет с едва заметной рябью на реке. На зеркальной поверхности отражается синее небо и густая листва склонившегося к воде дерева.
Нам как раз сюда, в щадящую тень. Ставим в траву два рюкзака. Зорин с коварной улыбочкой прижимает меня к мощному шершавому стволу. На его загорелом лице голубые глаза кажутся ещё ярче. Волосы успели выгореть за первый месяц лета. На него и раньше-то облизывался противоположный пол, а сейчас… Сейчас он весь мой. Нагло целует, пробираясь пальцами под футболку. Получает по ним, смеётся прямо мне в губы, отходит и раздевается по пояс. Над сползшей резинкой пляжных шорт виднеется белая полоска кожи – граница между загорелой спиной и бледной задницей.
Раскладываем плед, закуски, прохладный сок. Рядом Клим раскладывает меня, нависая сверху и зацеловывая лицо. Щекочет. Наш смех эхом разлетается над водой. С меня слетает футболка, следом шорты. Свои Клим роняет туда же и тянет меня за руку к воде.
– Схх, ай-яй, – покрываюсь мурашками. Вода кажется такой холодной после тридцати пяти на берегу.
– Надо сразу нырять, – умничает Зорин.
– Ты уверен, что здесь есть куда нырять? – смеюсь я.
– Уверен. Мне это место Салахов подсказал. Они здесь иногда отдыхают с Юлей.
Ладно, поверим на слово Тайсону. Причин для обратного пока вроде нет.
Клим разбегается и ныряет первым. Выбирается из воды, проводит ладонью по мокрым волосам.
– Иди сюда, – манит меня пальцем. – Вода классная, Саш.
Выдохнув, разбегаюсь и тоже ныряю. Встряхнувшись, остаюсь в воде по плечи. Клим притягивает меня к себе. Трёмся носами, улыбаемся друг другу. Сверху печёт солнце и моментально высушивает капли на коже.
– Я хотел сказать тебе спасибо, – тихо говорит Клим, глядя исключительно мне в глаза.
– За что?
– За то, что дала шанс, за то, что веришь в меня, за то, что ездила со мной на чемпионат и была рядом. С тех пор как мы познакомились, я ни разу не пожалел, что у нас с семьёй случился этот переезд. Нас ведь могло унести куда угодно, но мы оказались здесь, я познакомился со Стасей и перевёлся именно в тот лицей, где нашёл тебя, моя самая близкая, самая родная девочка.
Он целует, а я никак не могу перестать улыбаться. У меня передозировка счастья. Это страшно приятно до дрожи в пальцах.
Да и не за что ему отсыпать мне столько «спасибо». Серебро на чемпионате мира в своей весовой он бы взял, даже если бы я с ним не поехала. Это была честная медаль, он ради неё очень много работал. Потом обязательно будет золото. Я верила в Клима, даже когда мы перестали общаться. Не лечится…
Зорин кусает меня за нижнюю губу и я, всё же перестав улыбаться, отвечаю на его поцелуй, становящийся всё откровеннее. Упираюсь ладонями в его плечи. Перехватив за бёдра, Клим поднимает меня выше, заставляя обхватить его ногами. Скрестив их у него на пояснице, оказываюсь интимно прижата к напряжённому животу.
В голубых глазах Клима распалённое желание. Он двигает мой купальник в бок и осторожно опускает на себя. На контрасте с водой, внутри становится очень жарко. Каждый удар его члена обжигает, плеск вокруг страшно смущает, но я лишь прижимаюсь к нему теснее и сама целую.
Зорин скрипит зубами, прикрывает веки от удовольствия.
– Так хорошо с тобой, – дышит мне в ухо и прикусывает мочку.
А я кусаю губы и впиваюсь ногтями ему в плечи. Шипит, морщится и входит в меня резче.
– За-щи-ты, – отрывисто дышу, – нет.
– Я помню. Не бойся, – хрипло отвечает он.
Верю. Клим в этом плане осторожен в постели. У нас редко бывает что-то без контрацепции. Сейчас хорошо именно так. Прохлада воды, горячие тела, рваное дыхание и пьяные от удовольствия взгляды друг на друга. Остро от того, что нас могут увидеть. И плевать потому, что люблю и мне хорошо.
До боли закусив губу, ловлю яркий оргазм, так и глядя Климу в глаза. Он через мгновенье догоняет, спермой обжигая кожу внизу моего живота. Прижимаемся друг к другу, медленно целуемся, даже не пытаясь нормально дышать.
– Голова кружится, – тихо смеюсь.
– Это от чистого воздуха, – немного самодовольно улыбается Зорин.
– Да-да, конечно. Именно от него. Я кушать хочу. Пойдём на берег.
Он отпускает меня, набирает в лёгкие побольше воздуха и ныряет. Выныривает, стряхивает воду с волос, ловит мою руку и тянет за собой, по дороге поправляя плавки.
Полотенца не нужны. Пара минут на солнышке, и мы сухие. Выгоревшая трава щекочет ступни. По бедру бежит откуда-то взявшийся муравей. Сгоняю его и иду к пледу. Вместе с Климом разбираем лотки с закусками. Его мама постаралась на славу, еды хватит на пару дней, а мы тут всего лишь до вечера.
А завтра в пять утра у него автобус в военный лагерь. Ещё и поэтому я столько всего ему разрешаю. Клим уедет на весь июль. Дядя Яша оказался непреклонен и всё же наказал сына за выходку с машиной. Мы будем созваниваться, а вот ездить мне туда запретили, иначе, опять же по словам дяди Яши, это уже не наказание, а практически курорт.
Первым делом мы съедаем все ягоды и сильно растаявшее мороженое.
Купаемся, целуемся. Снова бессовестно занимаемся любовью, в этот раз на берегу, завернувшись во второй плед.
– Зорин, я сгорю от смущения раньше, чем от жары, – заявляю ему, удобно устроившись на его плече.
– Здесь никого нет, Саш. Только птицы, насекомые и мы. Ну, рыбки ещё наверняка какие-то, – лениво рисует пальцем вдоль моего позвоночника. – За квартиру я заплатил до конца года. Если надумаешь перебраться, пока меня не будет… – чуть отодвинувшись, заглядывает мне в глаза.
– Перебьёшься, – показываю ему язык. – Мне нравится ходить с тобой на свидания.
– Одно другому не мешает, – ворчит он.
– Я подумаю, – обрисовав его пупок по кругу, «шагаю» пальцами по твёрдому прессу. Мышцы под кожей подрагивают, Клим тянет в себя раскалённый летний воздух через сжатые зубы.
Подумать, на самом деле, есть о чём. В конце июля у мамы последняя операция, и если всё пройдёт удачно, то к сентябрю папа должен привезти её домой. Всё дальнейшее лечение смогут проводить уже у нас. Сейчас именно этот факт является для меня стопором при принятии решения о переезде к Климу.
А может, и не только он…
Мне немножечко страшно делать такой важный шаг. Знаю, парни из его команды уже давно практикуют жизнь вместе со своими девушками. Матвей вообще женат и примерно через месяц станет отцом, у Тайсона с Юлей свадьба в сентябре. Они долго к этому шли. Я, наверное, солидарна с Юлей. Не готова…
Впереди учёба в новом вузе, получение прав, гоночный сезон. А вот потом посмотрим.
– Кстати! – перевернувшись на живот, смотрю на Клима. – Ты решил, куда будешь поступать? Дядя Яша же просил определиться с универом.
– Решил, – двигается и чмокает меня в кончик носа, – ты же из-за меня тогда в спортивный поступила…
– Кто тебе сказал? – делаю возмущённо-удивлённый вид.
– Не дурак, сам догадался. А я тебя бросил, получается. Так что теперь моя очередь поступать туда, куда идёшь ты, – с абсолютно серьёзным выражением лица говорит он. – Тем более это пацанская специальность. Кто-то должен от тебя всяких утырков отгонять.
– Ты серьёзно?
Он смеётся и снова меня целует.
– Почти, – подмигивает мне. – Утырков отгонять точно буду, а вот учиться… Мне, как ни крути, Санёчек, а прямая дорога в наш спортивный. На тренерский пойду. Я люблю тачки, но если выставлять приоритеты, то они только на втором месте. Вот здесь, – он стучит пальцами по своему виску, – я боксёр. Купаться идём?
– Нет… – хитро улыбнувшись, первая поднимаюсь с пледа. – Бежим! – с визгом разворачиваюсь и уношусь в воду.
– Зараза, – смеётся Зорин.
Разбегается и бомбочкой ныряет рядом, раскидывая брызги во все стороны. Хватает меня за ногу, дёргает на себя. Падаю, вскинув руки в воздух. Оказываюсь поймана и прижата к крепкому мокрому телу.
– Родная… – Клим едва касается моих губ.
– Больше не поступай так со мной, ладно? – прошу его в последний раз, чтобы уже никогда не поднимать эту тему.
– Обещаю.
Конец
13.12.2023
ДРУГИЕ КНИГИ ЦИКЛА:
«Рафаэль. Я разобью твое сердце» – история Рафаэля Соколова, «Падшего» близнеца.
«Тайсон. Победить или влюбиться» – история Тайсона Салахова
«Сводные. Игра на желание» – история Кирилла Толмачева
«Никому не скажем» – история Захара Шолохова
«Все было не так» – история Гордея Калужского
«140 ударов в минуту» – история Саркиса.
«Дочь тренера. Бой без правил» – история Матвея Загорского