Эпилог

Паковать вещи в многочисленные коробки дело утомительное. Хотя, когда сбегала, вроде и брала всё только самое ценное и необходимое.

Тяжело вздыхаю и осматриваю свою комнату, к которой успела сильно прикипеть душой. В квартире с Грейс, хотя и жила там значительно дольше, и всегда называла домом, всё равно было куда меньше различных безделушек. Дэни же меня баловала вечно и подбадривала мелкими подарками и, конечно же, рисунками-эскизами своих тату.

И для меня тоже одно придумала. Весьма банально, но мне пришлось по душе — изящное, слегка изогнутое перо, которое словно распадается на мелкие кусочки, а те в свою очередь превращаются в улетающих вдаль птиц.

Сразу же смотрю на эту красоту на левой руке и улыбаюсь. Теперь у меня было аж два тату, которые отображали меня.

Попытка уговорить Тайлер просто время от времени встречаться и поддерживать отношения на расстоянии, была с треском провалена (но я на это в тайне надеялась). Гейт заявил, что я должна быть рядом. И тут либо я переезжаю к нему, либо он ко мне. Но тогда ему пришлось бы поменять команду, ну или вечно кататься на тренировку по несколько часов туда и назад. А я так поступить с ним не могла.

Поэтому пришлось уступить, хотя свою соседку покидать жутко не хотелось. Она же только с улыбкой меня обняла и пообещала звонить и писать как можно чаще. А ещё назвала Тайлер Гейта маньячиной, ибо два года выжидать — это далеко не каждый нормальный человек может. И я была с ней частично согласна — это слегка пугало, но каждое его движение, слово, взгляд и прикосновение были наполнены такой лаской, что опасаться его лично мне не было никакого смысла, как бы абсурдно это для кого-то и не звучало. Да и он не следил за мной напрямую, не сталкерил, а терпеливо ждал возможности встретиться.

Предложи мне капитан просто вернуться в город, дабы видеться каждый день, но пока что не жить вместе, это было бы более затруднительно, по той простой причине, что возвращаться к Грейс мне пока что не хотелось. И не только из-за её эгоистичности, но и просто делить жилплощадь с чужим человеком… Это было выше моих сил и страхов. Ведь когда-то сестра тоже привела в дом своего парня «пожить недельку-вторую», а в итоге он однажды ночью оказался в моей комнате с не самым пристойным предложением.

Да и примирение совершенно не способствовала не только моя обида, на которую я пыталась наступить и пойти на контакт, но и сама Родригес. Она на меня взъелась, ибо моя трусливая персона (по её словам) не поступала так, как хочет того она. Она не хотела даже пытаться понять меня. И хотя раньше на это я закрывала глаза, то сейчас не собиралась.

И, кажется, нрав у неё стал ещё хуже, ибо она плевалась ядом даже в сообщениях. Поэтому идею вернуть дружбу не стала даже откладывать на потом, а выкинула из головы. Нет так нет, заставлять и себя, и её, смысла нет. Теперь у неё муж, пусть он и возится с ней и её вечными капризами.

— Драгоценность моя, — в проеме появилась синяя макушка Дэни, отчего тут же невольно улыбаюсь. — Там паста готова. Как ты любишь, с курочкой и соевым соусом, — и задорно подмигнула.

Очередное отличие моих соседок. Первая хоть и знала, что я люблю, а что нет, всё равно всегда заказывала или просила готовить то, что ей угодно. А я, привыкшая подчиняться и не открывать свой рот зазря, молча всё выполняла и не выёживалась. Лишь со временем стала понимать, что это не совсем нормально, но отмахивалась. Ибо боялась. Боялась потерять первого единственного человека, не вешавшего на меня ярлыки, и который не поменял своего отношения, даже когда частично, но узнал моё прошлое.

Вторая же всегда спрашивала моё мнение и делала наши отношения равными. Я ей — она мне.

И после такого Грейс становилась в моих глазах ещё хуже. Но и давнюю привязанность к ней не могу отпустить окончательно. Вообще удивительно, что я смогла первой разорвать наше общение и в грубой и эгоистичной форме противостоять ей. Раньше на такое была не способна. Но, скорей всего, я не осознавала, что негатив во мне копился слишком долго, вот она и долила последние капли, прорвашие плотину.

Поднимаюсь с пола и топаю на кухню, где пахнет просто восхитительно. Линда мне даже присылала скрины переписок, где её драгоценный сынуля спрашивает как готовить то или иное блюдо. И призналась, что Тайлер приревновал меня к Дэни, и решил её во что бы то ни стало превзойти, дабы вся моя любовь и восхищение были направлены только в его сторону.

Тату-мастер это тоже видела (я показала) и долго, не очень женственно, ржала, едва не падая с дивана. И изъявила желание как-нибудь здоровяка подразнить, понаблюдать за мимикой и повеселиться. Я бы, наверное, тоже была не против, да вот больше склонялась к мысли о том, что заставлять человека ревновать, дабы увидеть его настоящие чувства, дело не самое красивое и правильное. Намеренно причинять боль — слишком жестоко.

К тому же, он меня не подгонял, поводов переживать не давал и всегда внимательно слушал всё, что я говорю. Даже когда я ворчала себе под нос, что он чёртов соблазнитель.

Выйдя на кухню и сразу усаживаясь за стол, где было уже всё накрыто, мысленно порадовалась, что встретила Дэни. Эта девушка была настоящим ангелом, и, казалось, стала первой настоящей подругой, о которой я и мечтать не смела.

Пока я уплетала за две щеки, ведь соседка и готовила божественно, она рассказывала о том, как один брутальный мужчина пришел к ней делать тату с пафосным видом альфы-самца, а в итоге уже через час, не выдержав, уходил горько плача и шмыгая носом. Болевой порог у него оказался слишком маленьким, чтобы выдержать. Но зато в салоне он всем запомнился и явно войдет в список историй, над которыми можно посмеяться от души.

После трапезы я сразу принялась всё убирать и мыть, ведь наша договорённость — одна готовит, вторая убирает — всё ещё была в силе. Тайлер же, услышав об этом, сразу, как мальчишка, заявил, что сам готов мне готовить и всё потом убирать — лишь бы я согласилась жить с ним. Я тогда только глаза закатила, помня, что это говорил тот же мужчина, у которого для всего были люди — менеджер, помощница, тренер, повар и, как однажды выяснилось, экономка.

Но по итогу я согласилась. Согласилась быть рядом с ним. Жить вместе. Строить будущее, о котором никогда не задумывалась, просто плывя по течению. Да, я уделяла внимание накоплениям на всякий случай, строила планы по заказам на работе, но на этом всё.

Слова «семья» я страшилась, боялась и избегала.

А теперь ожидала со сладко-волнующим трепетом.

Гейт, когда только услышал мои слова, был готов сразу увезти с собой, но быстро опомнился, поцеловал в лоб и пообещал, что готов подождать столько, сколько мне потребуется. Попросил лишь выбрать день, когда и у него будет выходной, чтобы он сам лично помогал мне, и дорогу назад мы ехали вместе. Я же против не была и обняла его в знак благодарности. Потому что даже мысль о поспешных сборах, как при моём побеге, вызывала дрожь и холодок вдоль позвоночника.

Так что собирала и паковала всё спокойно, ведь спешить было некуда. Тайлер начинал подготовку к новому сезону игр, так что тренировок с командой стало больше, а значит — он меньше времени проводил дома.

Но он всё равно мне постоянно писал при любой возможности, а вечерами звонил, даже когда был уставшим и почти засыпал, но всё равно сонно бормотал о том, что мой голос хотя бы раз в сутки ему жизненно необходимо слышать, чтобы функционировать.

Я только фыркала с его мелких капризов, но не спрашивала, хотя и жутко хотелось — как же он тогда жил раньше. Хотя и было любопытно, но он мог ляпнуть что-то откровенное и смущающее, а я не хотела ему проигрывать. Да и сама только недавно, задумавшись, осознала, что тоже уже без него не могу. Я стала зависима, буквально одержима им, и уже не представляла жизни, где не будет его.

И, как только призналась в этом себе, на душе стало спокойно. Возможно, та тревога и тяжесть, которые медленно душили меня, были как раз из-за того, что я сбежала, попытавшись вычеркнуть его из своего сердца.

Звонок мобильного вывел из раздумий. На экране высветилось — ББ. Улыбаюсь себе под нос и спешу ответить. Нельзя заставлять его ждать, а то будет потом Букой ходить. Да, забавный, но потом-то может отыграться.

— Как дела, котёнок? — слышу шум и понимаю, что он едет в машине. Голос у него вроде как обычно, но в гласных проскользнуло что-то такое странное…

— Всё собрала, — отчитываюсь, довольная собой и снова обвожу взглядом комнату, что теперь была заставлена коробками.

— Умница, — урчит как котяра, и я прямо вижу его улыбку. Хотя, если вспомнить, при нашей первой встрече он казался мне холодным роботом, а его улыбки — миражом. Да и это его обращение снова и снова навевало воспоминания. — Значит, завтра с утреца я за тобой заеду, — слышу, как он включает поворотник, и пытаюсь понять, что не так, хотя мозг отказывается работать после его похвалы.

— Можно и позже, чтобы ты с утра мог выспаться, — предлагаю, хотя примерно догадываюсь его ответ.

— Нет, котёнок, я хочу заполучить тебя в свои лапы как можно скорее.

Да, я догадывалась, что он откажется от моего предложения, но не думала, что заявит такое. Чувствую, как щёки начинают пылать, и я снова улыбаюсь, как влюблённая дура, от уха до уха.

Снова слышу поворотник, и тут до меня доходит. Его на тренировки возила Грейс. Но сейчас он явно был за рулём сам. Без неё.

— Что-то случилось? — осторожно интересуюсь и слышу, как он вздыхает. И как же приятно, что со мной он открыто выражает эмоции и мне не надо играть в гадалку, чтобы понять его.

— Быстро заметила, — я молчу, ожидая объяснений. Неужели фурия опять что-то выкинула или сбежала? — Я её уволил, — выдал он слегка раздражённо, а у меня чуть челюсть не отвисла.

— Почему? — выдавила из себя кое-как, ведь чувства были смешанными. С одной стороны, порадовалась, ведь теперь точно с ней пересекаться не буду и неловких встреч не возникнет, а с другой ощутила укол совести, хотя напрямую своему мужчине не говорила о неприязни к ней, но лишь уведомила, что мы больше не подруги.

— Она и так была не лучшим работником, а в последнее время много злословила о тебе. Лепетала о том, что её мнение должно быть для меня в приоритете и прочую… ересь, — кажется, капитан решил сдержаться, чтобы не выругаться грубо. А я же нахмурилась. Значит, рыжая бестия не угомонилась и дальше считала, что я её прощу? Но ещё было до жути приятно, что Тайлер встал на мою сторону и не стал слушать её бредни.

Я закусила губу, борясь с желанием заявить, что не стоило лишь из-за меня так поступать.

— Кэтти, я говорил тебе когда-то, что тебя не должно волновать мнение других, и тем более причинять боль. А ещё обещал защищать тебя. Так скажи на милость, почему я должен волноваться о той, кто о тебе сквернословит и уже боль причинил? — его тон был ровным, но в гласных скользил холод. От этого приятного, всепоглощающего тёплого чувства, что обо мне так заботятся и держат слово, данное мне, я смогла вытеснить неприятное покалывание совести и улыбнулась.

— Спасибо, — выдохнула, закрывая на миг глаза. Да, благодаря ему я учусь ценить и беречь в первую очередь себя. И уже за это готова отдать ему всю себя.

— А ещё Родригес заявила, что раз «подсунула» тебя мне, словно ты кусок мяса, — он даже недовольно фыркнул, — то я обязан выдать ей премию.

Ого, вот это её перемкнуло знатно. Раньше ведь жадной до денег не была, да и в целом… да, она была не сахар, но начиная с внезапной поездки с парнем, становилась всё хуже и хуже. Хотя знала нрав Тайлера Гейта и сама рассказывала о его строгости, но, видимо, совсем обнаглела и решила, что теперь ей всё дозволено?

К тому же, как оказалось, это Тайлер выжидал момента, а не она нашла ему пару. Грейс не знала всей правды — и это было хорошо. Даже забавно, что она столько почестей себе придумала на ровном месте и требовала большего, чем уже имела.

Я не знала, что сказать. Не то, что не находила слов… просто была растеряна, но в то же время ощущала, что какой-то груз полностью спал с плеч. Теперь точно и окончательно Грейс Родригес была вычеркнута из нашей жизни. И это было правильно. Я благодарна за светлые моменты в прошлом, но прощать всё, цепляясь лишь за них, — глупо. Тайлер вместе с Дэни научили меня ценить себя, и если некомфортно, значит, надо это отрезать.

И тут-то меня отпустило окончательно. Она сама себе вырыла могилу и теперь пожинает плоды своих действий и слов.

— Ты в порядке? — после паузы спросил капитан, на что я лишь улыбнулась себе под нос и угукнула.

— Что ты хочешь завтра на ужин? — я решила сменить тему. Не потому что мне было неприятно или ещё что, нет. Просто я больше не хотела уделять внимание той, кто этого не заслуживала. — Может, снова испечь яблочный пирог? Или закажем пиццу? — стала предлагать варианты, хотя внутри была взволнована от одной только мысли, что мы теперь будем жить вместе.

— Тебя.

Вот так вот просто, коротко и лаконично.

Низкий баритон защекотал мне нервы хрипотцой, заставив замереть. Снова произошло зависание системы, как при первых днях знакомства, когда он вводил меня в ступор раз за разом.

— Я — не еда, — попыталась отшутиться, но Гейт молчал. Эта тишина была так красноречива, что я лишь вспыхнула сильнее.

— Я слышу, как ты смущаешься, — хохотнул Тайлер, а я только спрятала лицо в ладонях, радуясь, что он меня не видит. Чёртов соблазнитель.

Но внутри загорелся огонёк, и я вдруг воспылала глупой храбростью.

— Послезавтра тебе надо будет утром на тренировку? — протянула как бы между прочим, хотя сердце колотилось в бешеном ритме.

— Да, а что такое? — мужчина заинтересовался. Услышав, что он уже остановился и заглушил машину, я коварно оскалилась.

— Жаль, — вздохнула драматично-печально, хотя игривость щекотала рёбра.

— Кэтти?

— Я просто хотела попробовать утренний секс, но раз ты занят… — да, такое я могла ляпнуть лишь потому, что он был далеко и точно не сможет довести меня до истомы. А к моменту нашей встречи он уже и остынет немного… Я надеюсь.

— Ты решила играть с огнём, Кэтрин Грей?

Я ехидно и совершенно беззастенчиво хрюкнула. Да, вспомнила нашу игру «Доведи до…». Не удержалась, но ни о чём не жалела, ведь его ответ явно будет сладким. Во всех смыслах.

Тайлер смеялся, словно урчал огромный кот. У меня же от этого звука внутри всё сжималось.

— Хочешь, я приеду к тебе прямо сейчас? — от этого вопроса я закусила губу, бесполезно стараясь сдержать улыбку.

— Нет, Дэни дома, — качаю головой, а потом падаю на кровать.

— Не хочешь ей мешать? — Тайлер вздохнул, и я услышала, как он наконец-то выходит из машины.

— Не хочу сдерживаться, — призналась откровенно, и тут же в трубке раздалось ругательство, хотя обычно он подобных высказываний при мне не позволял.

Боги, я не могла перестать улыбаться. Каждое его слово и действие делали меня счастливой. Даже страх прошлого мерк на фоне уверенности, что рядом с ним я смогу жить свободно, ни на кого не оглядываясь и не подстраиваясь. Настроение, которое хорошим бывало редко, теперь стало таким почти постоянно.

— Можно я приеду к тебе? — снова вопрос, полный надежды, но я лишь смешок выдала.

— Нет.

— Я смогу просто полежать рядом и ничего не делать, — добавил он чуть более жалобно.

— А я не смогу, — нагло призналась я и снова услышала шипящее ругательство.

— Кэтрин Грей, ты совсем страх потеряла? — хоть он и тяжело вздохнул, но в голосе я уловила весёлые нотки. Он не злился — он принимал.

А я же открыто ликовала, что, кажется, этот раунд игры точно за мной.

Тайлер оказался на моём пороге ранним утром. Видя его уставшим и явно мало спавшим, я ощутила укол совести, но лишь чмокнула его в нос и обняла, уткнувшись в грудь.

— Неужели котёнок соскучился? — я подняла голову, растянула губы в улыбке и довольно кивнула. Тайлер хохотнул, целомудренно чмокнул в лоб, и его объятия стали крепче.

— Я тоже скучал, — выдохнул он измученно мне в волосы, хотя не виделись мы всего-ничего.

— Всё собрано, нужно только погрузить, — объявила я гордо, уперев руки в бока.

— Где она? — Тайлер, хоть и не сильно, но явно ревновал к Дэни, и это было для меня забавно.

— Ночью звонил её парень, он съел что-то не то, чувствовал себя плохо, вот она и уехала к нему.

— Значит, я мог бы спать с тобой, — как бы между прочим заметил Гейт, на что я лишь закатила глаза. Но промолчать не смогла:

— Нет, не спал бы.

Мужчина так громко втянул и выдохнул воздух, что я глянула на него и едва не пискнула. Ой.

— Нет, — сделала шаг назад и выставила руку, хотя Гейт стоял неподвижной скалой. — Давай у нас дома.

— Это тоже дом, — в приподнятых уголках губ я заметила игривость, из-за чего смогла лишь тяжело сглотнуть.

— Нет, — повторила, стараясь придать голосу строгость, даже нахмурилась для пущего вида! Но Гейт только усмехнулся сексуально и в миг, оказавшись рядом, притянул меня к себе.

— Ты была такой храброй, дразня меня вчера, а теперь что, решила струсить? Почему «нет»?

Его руки поглаживали спину, жар тела плавил мозги.

— Скажу, когда будем ехать домой, — пискнула первое, что пришло в голову.

И он… куснул меня за нос!

— Мне нравится, что ты место, где мы будем жить вместе, уже называешь нашим домом, — заурчал довольно, хотя я ощущала, как сильно напряжено его тело. Видимо, он прикладывал максимум усилий для самоконтроля.

Но всё же, как и всегда, он прислушался ко мне и не стал давить. Поэтому быстро стал переносить коробки в багажник, а мне запретил поднимать хоть что-то. Я, не желая и дальше испытывать его терпение, решила напоследок всё убрать, а заодно и написать письмо с благодарностями для Дэни. Да, мы не прощались навсегда и договорились поддерживать связь. Но в лицо сказать все тёплые слова я стеснялась, поэтому решила выплеснуть их на бумагу.

Когда всё было завершено, я напоследок оглядела квартиру и вышла за Тайлером. Он открыл мне дверцу машины со стороны пассажира. Я даже рот открыть не успела, чтобы предложить сесть за руль, как по его взгляду поняла, что можно даже не пытаться.

Как только я уселась, он закрыл дверцу, обошёл машину и устроился за рулём. Первое время мы ехали молча, а я уже бесстыдно пялилась на него, любуясь. Теперь этот мистер Совершенство — мой. И эта улыбка с дьявольскими ямочками — тоже моя.

— Может, теперь скажешь, почему ты увиливала, как киса, и не давала себя потискать или нормально поцеловать? — его вопрос вывел меня из любования и вернул в реальность.

— Потому что одних поцелуев мне было бы мало, — отвернувшись, чтобы скрыть пылающие щёки, ответила я честно. Но украдкой косилась в его сторону, желая увидеть хоть частично его реакцию. Кажется, у меня окончательно сорвало тормоза.

Длинные пальцы сжали руль до скрипа, он, кажется, перестал дышать. Думаю, не едь мы по трассе, где много машин, он бы остановился у обочины.

— Что ж ты творишь… — прошептал он сквозь плотно сжатые зубы.

— Держусь из последних сил, — и чмокнула его в щёку, не сумев справиться с порывом.

— Дома я тебя накажу, — заявил капитан, бросив на меня лишь мимолётный взгляд. Я заметила, что в его штанах стало тесно. И да, это подняло моё эго — я возбуждала такого красавчика.

Хотела ответить, что жду, но язык прикусила, чтобы уж точно не пересекать черту и не играть на его нервах так нагло.

Гейт же, остановившись на светофоре, взял моей рукой его и… поцеловал костяшки пальцев, на миг закрыв глаза.

— Безопасность превыше всего, да? — он коварно улыбнулся, и мой извращённый мозг воспринял эти слова двояко.

— Конечно. За рулём нужно смотреть только на дорогу, — кивнула я, но пытаться вырвать свою лапку из его горячей ладони не стала. Его тепло было манящим и успокаивающим.

Мужчина хмыкнул, ещё раз поцеловал руку и лишь спустя время отпустил — как раз перед тем, как нужно было поворачивать. Дальше ехали в блаженной тишине. И мне было комфортно.

Только вот, когда мы завернули в смутно знакомый район, я растерялась: это был не тот квартал, где жил капитан. Но как только припарковались возле большого дома, я подвисла.

— Это тот дом, который ты выбирал для покупки? — неверяще протянула я. Это как далеко вперёд он просчитывал свои ходы?

— Да, — гордо улыбнулся он. — Правда, если бы ты не согласилась быть со мной, я бы отказался от него, — заявил буднично, а у меня челюсть чуть не отпала.

— Так ты из-за этого так упорно спрашивал, какой дом именно мне нравится? — я смотрела на него с шоком. Тогда я даже подумать о таком не смела, а он так мастерски пытался сделать так, чтобы я была довольна.

— Конечно, — вышел из машины, открыл мне дверь и, взяв за талию, вытянул из кабины. — Так что теперь это наш дом. Новое начало. Как тебе? — хотя говорил спокойно, я видела, как в глубине голубых глаз колышется страх и неуверенность. Он всё ещё осторожничал и боялся давить, чтобы я снова не сбежала.

Но я решила быть иной, больше не убегать от себя, своих желаний и чувств. Поэтому просто обвила его шею посильнее и довольно угукнула.

Передо мной был дом мечты, а сама я — в объятиях самого прекрасного мужчины, которого когда-либо знала.

С прошлым, в котором я выживала, подстраивалась под других, было покончено.

Сталкер испарился и больше не беспокоил.

Родственники, которые требовали деньги за молчание, иначе расскажут всему миру, что у нас с Тайлером роман, тоже испарились. По взгляду Тайлера, когда он уверенно заявил, что со всеми разобрался и меня больше не будут тревожить, я поняла, что у него связи куда страшнее, чем я могла представить.

Да и вообще, всё так легко разрешилось благодаря ему, что мой побег и попытка защитить его репутацию казались нелепыми и глупыми. Но я не жалела: тогда я действительно считала это правильным решением.

К тому же, недавно капитан дал интервью, где прямо заявил, что у него появилась дама сердца, поэтому просил его не беспокоить и дать спокойно строить семейную жизнь. Конечно, вся пресса и новостные каналы об этом гудели, но, к счастью, моё лицо или имя нигде не всплывало.

И хотя я волновалась, теперь я была уверена, что рядом с ним моё будущее будет светлым и прекрасным. Ведь ему я могла доверять полностью, потому что точно знала: он будет любить меня любую, будет делать меня счастливой и никому не даст в обиду. А я сама, хотя и не знала точно как, собиралась отвечать ему тем же столько, сколько смогу.

— Что же, теперь, — он занёс меня в дом, где пахло сладкой выпечкой, — можем не сдерживаться, верно? — чувственный поцелуй в шею вызвал табун возбуждённых мурашек. Я же, давая волю своим желаниям, сама прильнула к его губам, без слов пытаясь передать всё, что думала и чувствовала.

И да, он ответил с той страстью, от которой я плавилась и превращалась в счастливую котяру, которая больше не переживала о будущем и знала, что есть место, которое можно назвать домом. И человек, который станет её настоящей, любящей семьёй.

КОНЕЦ