Глава 21

Попов всегда обладал сильной интуицией. И именно сейчас она кричала, что Соня в опасности. Подходя к кабинету, мужчина напрягся. Прямо рядом с дверью стояла женщина. Высокая, статная, на вид лет пятидесяти. Подтянутое тело, на котором великолепно сидело белоснежное платье-футляр, строгий пучок, белые туфли и лакированная сумочка. Она смерила Дмитрия высокомерным взглядом, но в глазах мелькнуло что-то еще. Кстати, Попов отметил, что некоторые черты лица напоминают любимую подчиненную. Ее мать пришла к нему лично?

– Дмитрий Сергеевич Попов, – отчеканила, даже не поздоровавшись, – рада увидеть воочию. Того, кто совращает мою дочь.

– Хотите устроить скандал в коридоре? – серьезно спросил Дмитрий, – или зайдете в кабинет?

Пройдя мимо женщины, продолжавшей испепелять его взглядом, Попов спокойно и невозмутимо открыл кабинет, пропуская даму вперед. Однако мать Сони так и осталась стоять, скрестив руки на груди. Пожав плечами, босс вошел первым, затем приоткрыл окно и включил компьютер. За эти несколько минут оба не произнесли ни слова.

– Ваше поведение противоречит нормам морали, – прорычала женщина, – оставьте мою дочь в покое. У нее блестящее будущее, а вы ее просто используете.

Попов лишь вздохнул.

– Не нужно корчить из себя заботливую мать. Поздно, – после рассказа Сони обо всех издевательствах, которые девушке пришлось вытерпеть, с трудом держал себя в руках.

– Это не ваше дело, – высокомерно произнесла, осматривая кабинет, – Соня – результат грамотного строгого воспитания. Она многого добьется в жизни, если прекратит отвлекаться на мелочи.

– Соня – человек, – отрезал босс, – и теперь она со мной. Ставьте эксперименты на других. Кстати, что Вам здесь нужно? Пришли вернуть вещи дочери?

– Не нужно мне грубить, Дмитрий, – сказала она, – я Вас предупредила.

С этими словами женщина вальяжно выплыла из кабинета. Задержавшись в дверях, Зоя Алексеевна развернулась.

– А Соня вам не рассказывала о своих психологических проблемах? И о случае в университете на четвертом курсе?

Попов удивленно вскинул брови. Мать Сони удовлетворительно покачала головой.

– Значит, не рассказывала. А Вы спросите. До встречи, Дмитрий Сергеевич.

Босс устало откинулся в кресле, затем взглянул в окно. Почему родная мать так ведет себя по отношению к дочери? И о каком случае в университете она упомянула? Спустя десять минут в кабинет влетела Соня. Попов удивленно уставился на нее, до этого девушка всегда соблюдала осторожность.

– Мама была здесь? – голос звучал тревожно.

– Соня, присядь, – спокойно произнес Дмитрий.

Руки девушки дрожали, она была на грани истерики. Босс налил в стакан холодной воды и вложил в тонкие пальчики. Сильно хотелось прижать к себе милую подчиненную, успокоить и укрыть от страданий. Попов поднялся, закрыл дверь на замок, затем подошел и обнял Соню, приник к ее дрожащим губам.

– Не бойся, – шептал в перерыве между поцелуями, – они тебя не тронут.

Между ними за секунду вспыхнуло пламя, которое невозможно было сдержать. Соня оттолкнула Попова и одним движением стянула летнее платье, затем сорвала с себя кружевное белье. От ее поведения у босса внизу все ожило. Он пожирал девушку затуманенным взглядом, вдыхал запах ее кожи, который сводил с ума.

– Нагнись, – приказал, не сдерживая похотливой улыбки.

Соня послушно облокотилась на стол, выставив круглую попку и влажную киску на обозрение наглого босса. Слегка коснулся, и она вздрогнула, а с губ сорвался возбужденный стон. Сжав мягкую ягодицу, мужчина стянул пиджак и рубашку, затем опустился на колени, намереваясь снова попробовать на вкус милую подчиненную. А она этого ждала, слегка расставив ножки и подавшись к нему. Аромат манил Попова, вынуждал сдерживаться, чтобы не наброситься на Соню, как животное. Но долго терпеть не смог, приник губами к горячей киске. Девушка вздрогнула, хватаясь за прохладное дерево пальцами.

Соне нравилось то, что происходило в тот момент. Наглый босс то аккуратно облизывал ее губки, то дерзко покусывал, вынуждая почти кричать. Прямо с утра, в офисе, где в любой момент их могли застать. Однако у обоих чувства лишь обострялись.

– Задери ножку, – прорычал Дмитрий, – покажи больше, Соня.

Она подчинилась, открывая всю себя. Ему страшно хотелось видеть киску девушки полностью раскрытой. Совершенно не знал, откуда такие похабные навязчивые мысли, но желал наслаждаться ей бесконечно. Закрыв глаза, мужчина раз за разом проникал языком внутрь: сначала аккуратно и нежно, затем грубо и глубоко. Попову нравилось контролировать ситуацию, хотел позволить девушке расслабиться, получать ту любовь, которую заслуживает. И не забывал про себя. Ее вкус сводил с ума, полностью уничтожал все сомнения, разрушал барьеры. Прямо здесь, на рабочем месте начальник бесстыдно ублажал свою подчиненную. От их мыслей стояк лишь усиливался.

Отстранившись, снова залюбовался ее узкой дырочкой, аккуратными половыми губами, которые так жаждали его. Влажные, горячие и податливые.

– Дима, – шептала Соня, – я хочу тебя.

– Потерпи, маленькая, – ввел внутрь два пальца, затем три, вызывая жаркий стон девушки, – я еще не закончил.

Попову хотелось увидеть, как его девушка кончает. И лишь затем проникнуть в мокрую промежность и заставить кончить еще. И еще. Удовлетворение милой подчиненной было пунктиком дотошного босса. Ритмичные движения пальцев быстро привели Соню в исступление. Она извивалась, стонала и все сильнее раздвигала бедра. Стремительно сжимающаяся киска выталкивала мужские пальцы, но он не менял ритм. Толчок, еще один и девушка вскрикнула. Затем развернулась к нему. В полуоткрытых глазах Попов увидел еще большее желание. Да, ей нужен был его член, причем немедленно.

Притянув ее к себе, Дмитрий впился губами в сладкий ротик. Такая податливая, нежная и открытая Соня соблазняла босса одним своим видом. Аромат ее тела вызывал настоящую бурю эмоций, не позволяя боссу вернуться в реальность. Руки ласкали круглую грудь, аккуратно гладили сосочки, опускались к животу, затем сжимали покрытые смазкой бедра. Она тяжело дышала, постепенно отходя от предыдущего оргазма.

– Хочешь его? – Попов дразнил девушку, взяв ее руку и прижав к своему паху.

– Да, – прошептала, сжимая готовый разорваться от возбуждения орган.

– Скажи это. Попроси, – прижав девушку к столу, целовал ее ключицы, опустился к груди и долго ласкал языком твердые соски.

Было плевать на работу, на коллег, на совещания. Они хотели друг друга до отчаяния.

– Возьми меня, – уже увереннее попросила Соня, откидываясь и наслаждаясь языком своего босса.

– Грубее, – прорычал Попов.

– Трахни меня, – выпалила девушка и густо покраснела.

– Умница, – с трудом отрываясь от сладкой груди, он снял брюки и сел в кресло, затем похлопал ладонью по ноге, – иди ко мне, маленькая.

* * *

Соня подошла и развернулась попкой. Больше не боялась, ведь доверяла наглому боссу. Он руками развел худенькие бедра девушки, затем притянул, прижимая к себе. Влажная киска дразнила его, манила и вынуждала яростно сдерживаться. Аккуратно коснувшись его головки мягкими губками, подчиненная села сверху, позволяя мужчине войти в себя полностью. Каждый раз он словно разрывал ее, стимулировал разгоряченные стеночки, вынуждал сходить с ума от глубины проникновения. Попов же был на грани.

Сама ситуация сильно заводила, а мягкое лоно Сони принимало его, с трудом раскрываясь и сильно сдавливая.

– Ты такая узенькая, Соня, – шептал ей на ухо, активнее двигаясь и проникая внутрь любимой девушки.

Она же откинулась, полностью расслабившись и тихонько стонала, пока босс с силой вводил свой член в податливую киску. Каждый толчок вынуждал ее сжиматься, тем самым проверяя выдержку Дмитрия. Он с трудом осознавал, что вообще происходит. Значение имел лишь возбуждающий аромат Сони, ее мягкая кожа и чувствительное влагалище. А еще голос, который становился все громче.

– Нас услышат, – вдруг спохватилась, целуя шершавую щеку Попова.

– Не бойся, – успокоил он, – пока все еще в столовой чаи гоняют. Да и в этом крыле редко кто с утра бывает.

Девушка приподнялась, садясь ровно и выгибая спину. Дмитрий схватил ее попку, сжимая и вынуждая садиться еще глубже.

– Хочу проникнуть в тебя до упора, – прошептал, сильно сжимая пальцы и оставляя алые следы на коже.

Оба ощущали полную свободу, хотя в любой момент могли попасться. Их тела жаждали друг друга даже несмотря на рабочие условности и запреты. Попов начал наращивать темп, когда почувствовал приближении оргазма Сони. Она всегда была лучшим индикатором, когда ему можно и самому расслабиться. Ведь босс постоянно сдерживался, давая шанс подчиненной насладиться процессом в полной мере. Толчки внутри девушки стали резкими, прерывистыми и жадными. До неприличия похабные хлюпающие звуки разносили в пух и прах весь самоконтроль. И снова навязчивое желание заполнить ее. Нет, не сегодня. Один раз подверг опасности и неизвестно, во что выльется та его слабость.

Когда Соня сжалась так сильно, что сдерживаться не было сил, вытащил член и кончил на ее живот. Девушка же, дрожа, повалилась спиной на своего босса. Так они провалялись некоторое время, пока тишину кабинета не сотряс навязчивый телефонный звонок. Отдышавшись, Дмитрий взял трубку.

– Ну что, ты все еще не передумал брать Левашова за яйца? – голос его руководителя звучал весьма бодро.

– Все в силе, – сказал Попов, пытаясь успокоиться, глядя на голенькое тело Сони.

– Тогда жду у себя через пять минут.

Гудки.

– Соня, – взял ее за руку и нежно погладил, – все в порядке?

– Дима, наверное, нам не следовало… – она стерла с себя следы похоти, затем аккуратно надела белье и платье, – а если кто-то услышал?

– Не бойся. Никто ничего не услышал. – сказал Дмитрий, затем встал и оделся.

Соня задумчиво глядела в окно, словно не решаясь заговорить. Подошел сзади и обнял девушку, зарываясь лицом в мягкие каштановые волосы. Несмотря на их игры, ее тело было напряжено, как струна.

– О чем ты задумалась? – голос звучал мягко, успокаивающе.

Только так можно было общаться с Соней – ласково, ненавязчиво и с любовью. Любовь? Впервые Попов задумался о том, насколько серьезны его чувства. Любит ли он эту девушку? А она его?

– Ты не оставишь меня? – вдруг спросила, сжимая тонкими пальчиками ладонь босса.

– Ни за что. Теперь ты моя. – сказал Попов с улыбкой, – и только моя. Сегодня же поедем за твоими вещами.

Но что-то было не так. Он чувствовал, что есть то, что терзает его милую подчиненную. И рассказать сможет лишь тогда, когда будет готова. А пока нужно набраться терпения. Его руководитель ждал в кабинете в круглом зале.

– Вот и ты, – с улыбкой произнес Евгений Станиславович, – ну что, подумал над моими словами?

– Левашова нужно убрать, – сухо отчеканил Попов.

– Ясно. Запала тебе в душу наша Соня, да?

Но Дмитрий строго глядел на лысого. Он знал, если хоть кто-то прознает про их с Соней связь, это навредит девушке.

– Она прекрасный работник. И нужна компании, – мягко произнес, садясь напротив босса.

– Схемы, которые проворачивает Левашов, непрозрачны. Доказательства найти тяжело, но возможно. – сказал Евгений Станиславович, – однако сегодня до меня дошли любопытные слухи. Что он обрабатывает наше руководство перейти на услуги негосударственного пенсионного фонда.

Брови Попова попозли вверх. Что за чертовщина?

– Зачем?

– Думаю, это непростой фонд, – сказал лысый, – возможно, Левашов готовит отходные пути. У нашей компании большие проблемы.

Далее Евгений Станиславович поведал Дмитрию, что их фирма в плачевном состоянии. Долги, сомнительные контракты, отсутствие прибыли.

– Но пытаются состроить хорошую мину при плохой игре.

– Если Вы в курсе, почему ничего не сделали? – не понял Попов.

– Они считают меня лопухом, – вздохнул лысый босс, – но я специально настоял на кандидатуре со стороны. Мог взять Агафонову, но в ней нет нужного стержня, плюс сейчас открываются новые обстоятельства. Левашов – рак этой компании. И его нужно вырезать.

– И все-таки, почему не сами?

– Стар я уже для таких игр. А вот ты… молод, амбициозен, умен. И мотивирован, уж прости, задержаться на этом месте.

– И каков план? – Попов приготовился слушать.