Глава 19

Александр

Мы вышли в благоустроенном спальном районе, где в столь ранний утренний час, никого не было. Нас встречал просторный холл многоэтажки, за стойкой сидела консьержка, она поздравила нас с Новым годом и уточнила, в какую мы квартиру. Яра смущалась, прячась за моей спиной. Я нес её чемоданы, лифт поднял нас на седьмой этаж, где моей паре предстояло пожить какое-то время.

Я вставил в замок ключ и открыл дверь, пропуская её вперед и принюхиваясь. На моё счастье пахло моющей химией с ароматом лимона. За квартирой следили и уничтожали все запахи. Я догадывался, что мои стаевики проводили здесь время по-разному, вырвавшись из-под контроля стаи и рамок клана. Но я не мог их осуждать, с нашими самками нельзя было поступать неучтиво или фривольно. А свободных самок без предрассудков было очень мало. Поэтому все старались, как можно скорее создать пару.

Тут перед новым годом было вылизано всё. Яра осмотрелась и видимо ей понравилось. Свежий ремонт, новая техника, деревянные полы и мебель. Яра разулась, снимая куртку, двинулась изучать трехкомнатную студию.

— Пойдем покажу комнату, где ты будешь спать, — настоял я, неся вещи за собой.

В ту комнату вход был запрещен. Она была предназначена только для меня, когда я задерживался в городе по сложным вопросам. Все было строго и из натуральных материалов. Даже одну стену выложили дубовым паркетом насыщенного шоколадного цвета, стены выкрашены в приятный природный цвет зелени. Пол также был деревянный светлого дымчатого оттенка. Кровать белым пятном выделялась в окружении темных стен. Ярослава ахнула, дивясь этой комнате.

Я прошел и положил у кровати её вещи, подал ей руку. Она не задумываясь вложила свою, двигаясь за мной паровозиком, осматривала светло-серый потолок усеянный точечными светильниками разной формы, на манер звездного неба. Мы вошли в соседнюю комнату где располагались санузел и джакузи.

— Это все теперь в твоем полном распоряжении. Ставь всё как тебе нужно. Не убирай правда мои принадлежности далеко. Я не люблю ароматизированные средства.

— Я заметила. Ты постоянно принюхиваешься. Чуткое обоняние? — я ей кивнул, когда она вошла в ванную и начала поочередно проверять краны и наличие горячей холодной воды. — Мама рассказывала, что моя прабабка тоже обладала отменным нюхом. Говорит могла моего прадеда найти по запаху. Всех любовниц приструнила, да так что и пить с мужиками он перестал. Работа в руках спорилась у него. А как она готовила и в лес по ягоды ходила! Самые лучшие щи варила, самые огромные корзинки ягод приносила. Мама говорила, она всегда знала, когда она конфеты тайком ела, но никогда моей бабушке маму не закладывала.

— Хорошая прабабка была.

— Да, я её не застала, хотя говорят она до девяносто трех лет дожила, а вот моя бабушка уже намного меньше, около семидесяти пяти прожила, — результат её удовлетворил, Ярослава закрыла краны и вытерла руку о полотенце, что висело у зеркала. — Да, краше в гроб кладут, — Заметила она, приглаживая волосы.

— Ты все равно у меня самая красивая, — заметил я, притянув за талию в свои объятия, пока густой румянец набивал её щечки. — Волшебная моя, ты так очаровательно краснеешь.

— Потому что ты всегда глупости говоришь, — пробубнила она, вырисовывая на моей куртке круги пальчиком.

Перехватил руку и прикусил палец, когда настроение между нами сразу подняло градус к запретной черте, где Волк уже рвался предъявить права на неё. Яра сама разорвала контакт и отошла от меня. Зверь внутри заскулил, взывая к ней.

— Я что-то не так сделал? — спросил я, сокращая расстояние и кладя ладони на её хрупкие плечи.

— Ничего. Просто я сама себя не узнаю. Раньше я такого непостоянства за собой не замечала. Чуть больше суток прошло, как я узнала о предательстве близкого мне человека, почти замуж за него не вышла. А сейчас стоит тебе ко мне подойти и обо всем плохом забываю, будто не переживала сутки назад леденящий ужас, не разрывала отношения. Всё меркнет перед тем, как ты влияешь на меня. Это быстро, слишком быстро.

— Зря расстраиваешься, это дано нам с тобою свыше. Люди мечтают о таком забвении, чтобы не чувствовать горечь разлуки. Он не был тебя достоин. Никто кр-роме меня не достоин, — зверь внутри меня вторил моему голосу, пока я успокаивал себя, вдыхая её аромат, прижавшись губами к её макушке.

— Разве у тебя никого нет? — спросила она меня вдруг, поворачиваясь ко мне и глядя прямо в душу, там, где заскулил мой Волк.

— Сейчас у меня только ТЫ, — нашёл я нужные слова. — Я живу настоящим, ты тоже отпусти прошлое. Сегодня начнется новая жизнь рядом со мной.

— Настоящее приводит меня в ужас. Я ведь им не управляю, — возмутилась она.

— Тебе достаточно довериться мне. Я — твой мужчина, все твои проблемы мы переживём, — обнял её и нежно поцеловал в губы. — Степан, скоро приедет. Он привез много готовых блюд и продуктов из ресторана.

Предугадывая мои слова, дверь открыли ключом и вошли.

— Александр Николаевич, я прибыл! — раздался голос моего подчиненного.

— Уже идём! — я взял за руку и повел к выходу.

— Приглядишь за ней. Из квартиры не выпускать. К ней на два метра не подходить. Пор-рву, — зарычал я сверкнул желтыми глазами, Степан опустил глаза.

— Вас понял.

— Чуть что, звони мне. Как я закончу, вернусь сюда, — я обнял Яру и чмокнул её в нос. — До скорой встречи, Снежинка. Я буду скучать.

С тяжелым сердцем я покинул в дом, в котором находилась половина моей души. Я ненавидел себя за те секреты, что хранил от неё, но я поклялся уберечь её от любой боли, даже если эту боль можем принести ей мы.