Глава 32

Екатерина

— Умеешь же ты, Катька, вляпаться. Нинку даже из себя вывела!

— Ты её защищаешь? Она мне чуть ли щёку не отгрызла, — я держала у щеки окровавленную бинтовую повязку. — Увези меня отсюда, не ровен час она ко мне ночью заявится.

— Слушай, мне может тебя в дом альфы отвезти?! Или прямиком ко мне? — ерничал Кузьма.

Я нервно сглотнула, понимая на какую опасную дорожку встала.

— Тогда отпускай, уеду я, — сорвалась я с места.

— Не велено! Не зарывайся, Луна, пока что наша Луна.

— Да, подавитесь Вы этим местом!

— Обязательно, Катя, подавимся, второй год давимся, да от соседей отбиваемся. Это, знаешь ли, слабость, когда Альфу Луна бросает, да не просто, а ради Охотника. Ты думаешь, мы тут праздновали? — он встал и всплеснул руками. — Плясали тут, когда ты хвостом махнула?!

— Я не выбирала, мой Зверь выбрал! Почему ты только со своей стороны смотришь?!

— Я вижу результат твоего выбор, он краше слов, девка.

— Как ты смеешь?! — зарычала я на него.

— Что предательница зубы показывает? — усмехнулся Кузьма, встав близко ко мне, дыша мне прямо в висок. — Много ли у тебя здесь друзей, аль защитников? Что станет с тобой, когда я выйду и хлопну дверью?

— Где Саша? — спросила я. — Он обещал мне помочь.

— Условия помнишь? — злорадно проговорил Бета.

— Никогда не забудешь их. Ты бы забыл, что тебя приговаривают к мучительной агонии?

— Так не лезла бы к власти. Что же ты Нинку изувечила, сук построила, — говорил мне Кузьма, нависая надо мной, но брезгуя прикоснуться. — Пусть бы Нинка и дальше с ним трахалась, да ходила бы и дальше хвостиком. Того гляди к моменту встречи истинной, он бы в таком дерьме не извалялся бы, м? Чего молчишь, Луна? Ты ведь не пожалела Сашу.

— А какой у меня был выбор?! Курганов бы меня не отпустил, — порезы от когтей, жгли нещадно щёку, тем сильнее пальцы прижимали ткань.

Скоро полнолуние, раны затянуться быстро, но именно сейчас у меня болела каждая клеточка и нерв в теле.

— Выбор есть всегда, есть обряд, что по Закону.

— Охотник вне закона. Саша его просто бы убил!

— Обрекая тебя на верную смерть?! — разразился гневом Кузьма. — Таким ты его видела? Ты думала, он настолько бессердечен? Он хоть раз обидел тебя? Хоть раз позволил унизить? Да, ты как сыр в масле каталась!

— Саша, хм, причём тут Саша, Вадим говорил со мной накануне побега.

— Жданов тут причем?! Что раскрыл твою интрижку? — отмахнулся Кузьма, встав ко мне спиной.

— Вы всегда его покрывали, Вадим сказал, что убьёт Лёшу на территории стаи, что он знает, где лагерь охотников, — теперь уже я сама подошла к нему. — Вадим не боится делать грязные дела с Сашей. Это у тебя Кузьма ручки белые и пуховые.

— Скажешь тоже мне, я всегда в курсе всех дел.

— Так ли это, Бета? Твоя должность ему не привлекательна, так правая рука, да всё время на побегушках, а Маршаллом лучше, сидишь себе тихо и делаешь дела потихоньку. Вадиму нужна власть, он от неё пьянеет, словно кот от валерьянки. Бог уберег от такого Альфы, — вздохнула я. — Поэтому-то я и сбежала, он меня спровоцировал, а так, возможно, ему этот переполох только на руку, да видать пошатнулся столб, да не упал. Саша выстоял без меня, пока Курганов у власти, всё будет в порядке.

— Всё-то тебе просто…

Нашу перепалку разбил звонок телефона. Кузьма взял трубку и слушал собеседника. Звонил Вадим, его голос из тысячи узнаю, сиплый и размеренный, даже в страшной ситуации Жданов холоден как глыба.

— Как?! В смысле сбежал?! В Звере ушел? — Кузьма заходил из стороны в сторону. — Когда это случилось? И только сейчас мне звонишь?! За ним кто-то пошёл?

Только сейчас он выдохнул.

— Фу, хорошо, держи меня в курсе, — он посмотрел на меня слишком строго. — Я — остаюсь за главного…