Глава 7. Ника

В галерее стоит шум. Настоящий галдёж. Народ активно обсуждает мастер-класс, который закончился двадцать минут назад, пока я одна убираю инструменты и навожу порядок. Заканчиваю с рутиной и уже собираюсь уходить, как вдруг все резко замолкают. В помещении становится так тихо, что я слышу даже своё дыхание. Шаг. Ещё один. – Добрый вечер. – Здравствуйте. – Добро пожаловать. Лебезят коллеги. Таинственный некто медленно, словно вышагивая по подиуму, проходит всю галерею и останавливается прямо за моей спиной. Я с любопытством оборачиваюсь. – Дима? – Ника, – улыбается уголками губ и, не отрывая от меня взгляда, кладёт руки в карманы. Сердце колотится. Мне нужно какое-то время, чтобы прийти в себя. Абрамов выглядит потрясающе. В чёрном деловом костюме и белой рубашке, верхние пуговицы которой остались расстегнутыми. Еле сдерживаю себя, чтобы не ахнуть от восхищения. – Не ожидала тебя здесь… Не успеваю договорить фразу, как мои коллеги, толкаясь друг о друга, вываливаются на выход, оставляя нас одних. Что они там творят? – Я приезжал посмотреть торговый центр и решил заглянуть в вашу галерею. – Зачем? – Хочу купить новую картину для своего офиса. Покажешь, что у вас здесь есть? – Давай, – кладу вещи обратно на стол. – Все работы выставлены в главном зале. Пойдём за мной. Дима несколько минут ходит по залу и внимательно изучает каждую картину. – А какие из них твои? – В этом углу. Хмурится. – Почему они все чёрно-белые? В твоей палитре закончились другие краски? – Очень смешно, – складываю руки на груди. – А что ты хотел увидеть? Единорогов, бегающих по радуге? – Я ожидал увидеть розовые бутоны цветов, по форме напоминающие женские влагалища, – его губы изгибаются в полуулыбке. Он невозможен. Ну как тут не улыбнуться в ответ? – Прости, что разочаровала тебя. Мои картины олицетворяют страх. – Это я и так понял. Кроме страха, эти работы у меня больше ничего не вызывают. Я, пожалуй, куплю вот эту. Повешу её в столовой, чтобы она пугала сотрудников и они там долго не задерживались. Сколько она стоит? – Сто тысяч. – На ценнике сумма на один ноль меньше. – Новый владелец центра повысил нам аренду, поэтому срочно пришлось поменять цены. – Оформишь мне доставку до офиса? – Конечно. Завтра сама лично привезу. – Отлично. – Как ты предпочитаешь расплатиться: картой или наличными? – Я предпочитаю натурой. – Абрамов. – Почему ты вчера от меня сбежала? – меняет резко тему. – Потому что с тобой невозможно вести переговоры. – Ты и не начинала. Смотрю на наручные часы. – Слушай, мне пора ехать в клинику забирать Бориса. Дима открывает рот, чтобы что-то сказать, но я его резко перебиваю: – Ни слова о нём! Я тебя умоляю. – Как скажешь. Но ты знаешь, что я думаю о твоём Борисе. – Я привезу тебе картину завтра в офис. Это будет мой подарок. – Нет уж, спасибо. Если ты хочешь сделать мне подарок, то пусть это будет нечто приятное. – Нарисовать тебе розовый бутон? – Мне нравится ход твоих мыслей. – До завтра, – взглядом указываю ему на дверь. Но Дима не спешит уходить. Он смотрит на меня, серые глаза непроницаемы, и, как обычно, я совершенно не представляю, о чём он думает. Парень очень хорошо умеет прятать свои мысли и чувства. – До завтра, Ника, – его губы сжимаются в тонкую линию. Мысли бурлят в голове, стремясь прорваться сквозь пелену страха. Давай, Ника. Просто сделай это. Ты должна попробовать, чтобы перестать мучиться догадками. – Постой. – Да, – притормаживает. – Можно попросить тебя об одолжении? – Валяй. – Ты бы не мог, – еле-еле выговариваю я, побелев от ужаса, – ты бы не мог, пожалуйста, поцеловать меня? – Только поцелуй? – спрашивает с коварным блеском в глазах. – Один поцелуй, – киваю. – Без проблем. Подходит ко мне, кладёт руку на мою щеку и начинает медленно наклоняться. Я вздрагиваю и отпрыгиваю назад. Дима вопросительно приподнимает бровь. – Прости. Давай попробуем ещё раз? – делаю шаг навстречу. Соберись, тряпка. Ты сможешь! Абрамов железной хваткой обнимает меня за талию и притягивает к себе, не оставляя шанса на побег. Он как стена из железных мускулов, я не могу его сдвинуть. Его рука в моих волосах, он не дает мне отвернуться. Не успеваю моргнуть, как его губы завладевают моими, и мы сливаемся в страстном поцелуе.