33

После больницы Артём стал… внимательнее. Нежнее. Словно заново учился быть рядом со мной.

Утром я просыпалась от запаха кофе и свежей выпечки. Артем вставал раньше всех и готовил завтрак для семьи — не просто бутерброды, а настоящие завтраки с блинчиками, омлетом, фруктами.

— Ты не обязан этого делать, — сказала я, спускаясь на кухню в первый такой день.

— Но я хочу, — ответил он просто. — Хочу заботиться о вас.

— А работа?

— Работа подождет.

Дети были в восторге. Лиза помогала папе переворачивать блинчики, Марк накрывал на стол. Мы завтракали все вместе, как настоящая семья, и это было… хорошо. Правильно.

Но что‑то внутри меня сопротивлялось.

Днем Артем приносил мне цветы. Не покупные — рвал в саду, собирал простые букетики из того, что росло вокруг дома. Полевые цветы, веточки сирени, даже одуванчики, которые нравились Лизе.

— Зачем? — спросила я, принимая очередной букет.

— Просто так. Потому что ты красивая сегодня.

— Я красивая каждый день.

— Именно поэтому и дарю цветы каждый день.

Вечером он предложил прогуляться по берегу — вдвоём, без детей.

— Аня, — сказал он, когда мы шли по песку, — хочешь пойти завтра на свидание?

— На свидание? — я рассмеялась. — Мы женаты.

— Поэтому и хочу пригласить жену на свидание.

— А дети?

— Найму няню.

Я колебалась. С одной стороны, идея была романтичной. С другой — что‑то смущало.

— Не знаю, — сказала я честно.

— Почему?

— Не привыкла к таким… ухаживаниям.

— А к каким привыкла?

— Ни к каким. Семь лет я была сама по себе.

Артем остановился и повернулся ко мне.

— Аня, я хочу ухаживать за тобой. Хочу дарить подарки, водить в театры и рестораны, покупать красивые платья. Хочу, чтобы ты чувствовала себя любимой женщиной, а не только матерью.

— А если мне не нужны театры и рестораны?

— Нужны, — уверенно сказал он. — Просто ты забыла, что они тебе нужны.

Может, он был прав. Может, я действительно забыла, каково это — быть не только мамой, но и женщиной.

— Хорошо, — согласилась я. — Попробуем.

На следующий вечер он повез меня в лучший ресторан города. Я надела единственное вечернее платье, которое привезла с собой — простое чёрное, купленное три года назад для чьей‑то свадьбы.

— Ты выглядишь потрясающе, — сказал Артем, когда я спустилась по лестнице.

— Это старое платье.

— На тебе оно выглядит как новое.

В ресторане он заказал шампанское, выбрал лучшие блюда, рассказывал о своих планах на будущее. Говорил о том, как хочет расширить бизнес, открыть новые отели, построить площадку у дома для детей.

— А что ты хочешь? — спросил он, когда официант принес десерт.

— В каком смысле?

— В любом. Чего хочешь ты, Аня? Не мать двоих детей, не моя жена. Ты сама.

Вопрос застал меня врасплох. Я так долго думала только о детях, что забыла о собственных желаниях.

— Не знаю, — честно ответила я. — Хочу, чтобы дети были счастливы.

— Это желание матери. А женщины Анны?

— Не помню, чего хочет женщина Анна.

— Тогда давай вспоминать, — он взял мою руку. — По кусочкам. День за днем.

Дома он подарил мне коробку с украшениями — серьги с жемчугом, тонкую цепочку, браслет.

— Артем, это слишком, — сказала я.

— Ничего не слишком для тебя.

— Но зачем столько сразу?

— У меня семь лет долгов перед тобой. Семь лет пропущенных подарков.

Я примерила серьги, посмотрела в зеркало. Они действительно были красивые.

— Спасибо, — сказала я. — Но больше не трать на меня столько денег.

— Почему?

— Потому что… я не привыкла.

На следующий день он повез меня в салон красоты.

— Зачем? — спросила я.

— Побалуй себя. Сделай маникюр, массаж, что захочешь.

— А дети?

— Дети с няней. Играют в саду.

В салоне мне сделали маникюр, педикюр, укладку. Потом Артем повез меня в бутик.

— Выбирай, что понравится, — сказал он.

— Мне ничего не нужно.

— Нужно. Ты красивая женщина, должна красиво одеваться.

Я выбрала простое платье и кардиган. Он настоял на том, чтобы я взяла ещё туфли, сумку и ещё одно платье.

— Артем, хватит, — сказала я, когда мы выходили из магазина с пакетами. — Это слишком.

— Что слишком?

— Все. Подарки, рестораны, покупки. Я чувствую себя… содержанкой.

Он остановился как вкопанный.

— Что?

— Ты покупаешь мне вещи, водишь в дорогие места, даришь украшения.

— Анна, ты даешь мне главное — себя. Детей. Семью.

— Но я хочу быть равной в отношениях. Не зависеть от тебя финансово.

— Чтобы было удобнее уйти? — холодно спросил он.

Отношение сразу поменялось. Теперь он смотрел подозрительно. Я только вздохнула.

— Ты когда-нибудь научишься мне доверять?

— Прости, Аня. Я просто… привык всё контролировать. И мне сложно.

Мы ехали домой в тишине. Я смотрела в окно и думала о том, что что‑то идет не так. Артем старался, заботился. Но я чувствовала себя… потерянной.

Дома дети встретили нас с восторгом.

— Мам, покажи, что купил папа! — попросила Лиза.

Я показала платье, туфли. Дети были в восторге, но я чувствовала себя неуютно.

Вечером, когда дети спали, я сидела на террасе и думала. Артем подошел с двумя чашками чая.

— О чем думаешь? — спросил он.

— О нас. О будущем.

— И какие выводы?

— Думаю, мне нужно какое-то время, чтобы понять, чего я хочу.

— Сколько времени?

— Не знаю. Может, лучше я пока поживу отдельно. Сниму квартиру, найду работу…

— Анна, нет. — Он сел рядом. — Не уходи.

— Не ухожу. Просто хочу почувствовать себя самостоятельной.

— А дети?

— Дети… — я вздохнула. — Не знаю.

В этот момент дверь террасы открылась, и появился Марк в пижаме.

— Мам, — сказал он сонно, — ты уезжаешь?

— Не уезжаю, малыш. Просто думаю о том, чтобы пожить отдельно.

— Зачем?

— Чтобы понять некоторые вещи.

Марк подошел и сел мне на колени.

— Мам, — сказал он серьёзно, — я не хочу, чтобы ты уезжала.

— Почему?

— Потому что здесь хорошо. Мы все вместе. У меня есть папа, у Лизы есть папа. У тебя есть… — он запнулся.

Из дома вышла Лиза, сонная и взлохмаченная.

— А что происходит? — спросила она, потирая глаза.

— Мама хочет жить отдельно, — объяснил Марк.

— НЕТ! — закричала Лиза. — Не хочу! Мы хотим жить с папой! И с тобой! Все вместе!

Она бросилась ко мне, обняла за шею.

— Мам, не уезжай! Пожалуйста!

— Лиза, я не уезжаю далеко…

— Но уезжаешь! — слёзы потёкли по её щекам. — А я не хочу! Мы же семья!

Марк тоже обнял меня.

— Мам, — сказал он тихо, — здесь хорошо. Папа добрый. Он нас любит. И тебя любит. Зачем уезжать?

Я посмотрела на Артема. Он сидел молча, но в его глазах я видела боль.

— Мам, — Лиза взяла меня за лицо своими маленькими ладошками, — ты же нас любишь?

— Больше жизни.

— И папу любишь?

Я посмотрела на Артема. Да, любила. Несмотря ни на что, любила.

— Да, — сказала я тихо.

— Тогда зачем уезжать? — просто спросила она.

Действительно, зачем? Из‑за страха? Из‑за гордости? Из‑за желания доказать самостоятельность?

Я встала, дошла до перил террасы, посмотрела на море. Волны накатывали на берег, бесконечные, вечные. Как любовь. Как семья.

Артём пошёл укладывать детей, а я осталась. Думала о нас, а нашей семье. Мы ведь все этого хотим.

Хлопнула дверь. Я повернулась к Артему.

— Да, — сказала я. — Давай попробуем. Но медленно.

— Медленно, — согласился он.

— И я не буду зависеть от тебя финансово. Найду работу, буду зарабатывать сама.

— Справедливо, — улыбнулся он.

— И никаких дорогих подарков просто так.

— Хорошо. Только по праздникам.

— И мы решаем все вместе. Семьёй.

— Обязательно.

Артём подошёл ближе, притянул меня к себе и поцеловал. Нежно, осторожно, но с таким тёплом, что я едва не растаяла в его объятиях. Впервые за семь лет я перестала чувствовать одиночество. Впервые я была дома.