Глава 13

Глава 13

Лия

Я беру одну фотографию со стола, внимательно смотря на изображенную на ней девушку. В голове сразу возникает огромное количество образов и моментов в жизни, когда мы с ней пересекались. Длинные светлые волосы, мягкая добрая улыбка.

- Но… Подожди, Давид, - я медленно поднимаю на него свой полный непонимания взгляд. – Что она…

- Так тебе знакома эта девушка? – прерывает он мои слова, подтягивая к себе папку и что-то в ней помечая.

- Да, это моя очень – очень давняя знакомая. Моя бывшая одноклассница. Мы не близкие подруги, но мы периодически поддерживали с ней связь, иногда общались. Чаще, конечно, в социальных сетях. Почти никогда не созванивались… - произношу я, припоминая все случаи, когда мы с ней общались.

- А вживую вы с ней встречались? Ну, я имею в виду, уже после того, как выпустились из школы? - Зверев делает несколько пометок в деле, и почему-то у меня на душе становится немного неспокойно. В голову закладываются неприятные подозрения. И, чем больше я думаю, тем страннее я себя ощущаю внутри. Мое богатое воображение рисует мне слишком много различных вариантов происходящего, но, наилучшим вариантом сейчас остается именно выслушать Давида и задать ему все интересующие меня вопросы.

- Мы встречались иногда, не очень часто. Всё-таки, городок то у нас маленький. Бывало, просто случайно пересекались. Было несколько раз, когда я сама звонила ей, или она узнавала, что я в городе и предлагала мне встретиться. Ну, знаешь, обычные встречи двух знакомых, которых объединяет общее прошлое. Просто разговаривали о школе, о том, кто чем сейчас занимается. Да и всё на этом. Я даже толком ничего о ней не знаю сейчас. Ни о личной жизни… Мы совсем не близки с ней, так что я даже не знаю, что еще сказать… У меня о ней куда больше школьных воспоминаний, а из ее нынешней жизни… Я почти ничего и не знаю…- отвечаю я, вспоминая нашу с ней последнюю встречу. Почему-то это вводит меня в легкий ступор, но Давид возвращает меня в реальность еще одним вопросом.

- А когда вы с ней виделись в последний раз? Можешь вспомнить? – он поднимает на меня внимательный взгляд, вертя в руках шариковую ручку.

- В последний раз? – эхом отзываюсь я на его очередной вопрос. И тут же отвечаю ему, коротко кивнув. – Ну, да, помню. Может, пару месяцев назад. Да, думаю, что примерно так. Я тогда как раз приезжала к отцу в гости. Ну и, вышла ненадолго прогуляться. Ничего такого, это даже не была запланированная встреча. Я случайно столкнулась с ней на улице, когда ходила в магазин. Прямо как с тобой вышло. – я улыбаюсь, но, улыбка моя выходит какой-то нервной, даже, я бы сказала, напряженной. И очень быстро моя улыбка сходит на нет. Всё это начинает меня немного напрягать. Я, конечно, понимаю, что для расследования им необходимы все мои контакты. Но, почему фотография моей бывшей одноклассницы прикреплена к материалам дела? Неужели, она как-то может быть связана со всем этим?

По моей спине пробегает холодок.

«Поверить в это не могу. Они ведь не подозревают ее в преступлении? Она ведь такая чудесная девушка. Добрая, отзывчивая. Да нет, я не верю. Не может она быть с этим связана. Наверное, они просто проверяют всех, вот и всё.»

Тем не менее, нехорошие мысли, забравшиеся мне в голову, заставляют меня начать сомневаться во всем. Такое ведь бывает очень часто. Думаешь, что знаешь человека, как свои пять пальцев, а в итоге, оказывается, что он таит в себе множество секретов, о которых ты даже не подозревал!

Все эти сомнения и рассуждения заставляют меня начать очень сильно нервничать. Стискивая ручку своей сумки, возвращая ее к себе на колени, я поднимаю на Зверева взгляд.

- Давид… Я не могу не спросить… Почему у вас ее фотографии? Почему они вообще прикреплены к делу? - начинаю я осторожно. – Вы ведь… Вы ведь не подозреваете ее, правда? Это ведь, ну, невозможно, она не такая, да тебе стоит хотя бы пару минут пообщаться с ней, чтобы это понять. Она просто не способна на такое. Она очень добрый и мягкий человек, она…

Я замолкаю, потому что Зверев смотрит на меня очень странно. В его взгляде я вижу какую-то тяжесть.

«Не понимаю, он не верит мне? Или что?»

Почему-то его взгляд заставляет меня занервничать еще сильнее. Помимо тяжести я вижу в нем какую-то грусть. И… Сожаление?

- Нет… - тихо выдыхаю я, начиная отрицательно мотать головой из стороны в сторону. Корябая ногтями ручку сумки из-за стрессовой ситуации, я пытаюсь разглядеть в глазах Зверева что-то еще. Но там глухо.

- Не может быть… - произношу я полушепотом. И прикрываю рот рукой. Осознание произошедшего скатывается на меня тяжелым грузом еще до того, как я получаю от Давида подтверждение своей страшной догадки. – Так это… Это ее убили?...

- Именно так, - произносит коротко Зверев. И вздыхает. – Значит, говоришь, что ты с ней почти никак не связана? – снова уточняет он, постукивая стержнем ручки по бумажному листу. Этот стук отдается у меня в ушах звуков удара молото о наковальню. Немыслимо представить, что все это происходит на самом деле. Я все еще с трудом пытаюсь осознать всё это: весь этот кошмар.

- Нет… Говорю же, мы просто… Мы были просто знакомыми у которых было общее прошлое… - сдавленно произношу я, вцепившись взглядом в фотографию девушки у себя в руке. Мне становится так жутко и некомфортно, что я кладу ее фотографию обратно на стол Давида.

- Ну, а когда пересекались, она тебе ничего странного не рассказывала? – Зверев все еще пытается найти хоть какую-то зацепку, которая помогла бы делу. – Может быть она говорила, что за ней кто-то следил? Или, к примеру, она ощущала что-то странное, как будто за ней кто-то следует? Любая мелочь бы помогла, - Зверев смотрит на меня с надеждой, а я понимаю, что абсолютно бесполезна, и совершенно ничем не могу ему помочь.

- Нет… - говорю я тихо. – Ничего… Совсем ничего. Я же говорю, мы и не общались толком… Когда мы с ней столкнулись в последний раз, мы вообще даже толком и не поговорили. Она очень спешила куда-то. Так что, весь наш разговор с ней был из разряда «привет – привет, пока - пока».

- Ясно… - Зверев закрывает папку с делом, перед этим собрав все разложенные передо мной фотографии и прикрепив их обратно к делу скрепкой. По его поведению становится совершенно ясно, что мои ответы вообще никак ему не помогли.

- Если ты вдруг что-то вспомнишь, обязательно дай мне знать. Сама понимаешь, насколько это важно и как сильно этоь может помочь сдвинуть дело с мертвой точки, - говорит мне Давид.

- Да, да, конечно! – отвечаю я, нервно кивая.

- Давай, я продиктую тебе свой номер, запишешь себе. И, если что, да и вообще, по любому поводу, в любое время дня или ночи, если что-то понадобится или будут проблемы, смело звони. Поняла меня? – Зверев поднимает на меня свой взгляд.

- Угу… Да, то есть… Спасибо, Давид… - я торопливо пытаюсь открыть сумочку, чтобы достать свой телефон. На фоне стресса мои пальцы вообще никак меня не слушаются. Я кое-как справляюсь с собой. Спасибо Давиду за то, что терпеливо ждет. Он продиктовывает мне свой номер телефона. Я записываю его себе, добавляю в телефонную книгу новый контакт: «Давид Зверев». И убираю телефон.

Мне совсем нехорошо.

Я обхватываю свои плечи руками, чувствуя, как по телу распространяется неприятная холодная дрожь. Мне ужасно не по себе. Довольно жутко сейчас осознавать, что я смотрела на фотографию свой бывшей одноклассницы, которую постигла такая страшная участь. Мне даже в голову не приходит, кто вообще мог совершить подобное? И почему? И зачем вообще человек совершает подобные злодеяния? Это ведь… Просто ужасно. Конечно, я очень много изучала об этом, читала психологию, криминалистику, для того, чтобы писать свои детективы, я довольно глубоко погрузилась в тему психологического портрета убийцы. Но, это ведь совсем разные вещи. Одно дело, когда ты просто читаешь об этом, особенно литературу, написанную научным холодным языком фактов, и совсем иное, когда ты сталкиваешься с этим лицом к лицу. Я никогда не задумывалась об этом со стороны реальности. Ведь я никогда сама через такое не проходила.

Давид просит меня оставить мои контакты. Я оставляю все нужные ему данные, но, пока все это делаю, мои мысли далеко отсюда. Я все еще не могу переварить случившееся. И испытываю жуткий, просто леденящий страх.

Зверев говорить, что я могу не дожидаться Мазлова, потому что он еще не скоро вернется, и велит мне ехать домой и быть осторожной. Поблагодарив его, я киваю, говорю ему «до свидания» и покиваю кабинет.

Когда меня отпускают, я выхожу на улицу, попрощавшись с дежурным на выходе. Я даже не уследила за тем, сколько времени я провела у них в отделе уголовного розыска. Однако, на улице уже давно стемнело. И, из-за этого еще и похолодало.

Я думала, что когда я выйду наружу, мне станет легче. Но, увы, все работает в другую сторону. Мне становится ужасно страшно. Я вижу свою стоящую на парковке машину, но дойти до нее, выйдя из-под козырька освещенного фонарем крыльца, кажется мне просто невыполнимой задачей.

Несколько минут я просто стою, потому что никак не могу решиться сделать шаг. А когда делаю его, то, практически, бегу к машине, чувствуя, как мое сердце колотится, как у маленького зверька, бегущего от хищника.

Пулей долетев до машины, я запрыгиваю на заднее сидение, запираюсь внутри и еще несколько минут просто сижу, пытаясь отдышаться и привести в порядок нервы. Я слышу тихий шорох справа и резко оборачиваюсь. Душа уходит в пятки. Оказывается, это стоящая рядом с моей машина медленно откатывается с парковки. Я выдыхаю. «Господи…»

Каждый шорох отзывается тревогой в моем сердце. Я включаю свет в салоне, и, на всякий случай, оглядываю его, потому что сейчас я уже готова к чему угодно. Даже к тому, что кто-то может прятаться на заднем сидении.

Все тщательно проверив и немного уняв дрожь в своих коленях, я завожу мотор. «Всё. Спокойно. Ничего страшного. Со мной все в порядке. Я у себя в машине. Двери закрыты. Кроме меня внутри никого нет. И я сейчас еду домой.»

Дорога до дома совсем не остается в памяти. Хоть я и пытаюсь себя успокоить, прихожу более менее в себя я только на парковке во дворе родного дома.

Встав на свободное местечко, я выхожу из машины, перед этим тщательно осмотревшись по сторонам. Несмотря на то, что волнение никуда не делось, во дворе я всё же чувствую себя немного спокойнее.

Поставив автомобиль на сигнализацию, проверив, плотно ли закрылись все двери, я убираю ключи в сумку, достаю ключи от квартиры, крепко зажимаю их в своей ладони и направляюсь к подъезду.

Когда я выходила, мне казалось, что во дворе никого нет. Но я, вдруг, замечаю, что за мной кто-то следует. Страх моментально сковывает. Я слегка оборачиваюсь, стараясь сделать это незаметно. Прямо за мной идет высокий мужчина в капюшоне.

«Ну, нельзя же подозревать всех и каждого, правильно? Просто человек идет по своим делам…» - так я думаю. А на деле я тут же ускоряю шаг, стараясь идти быстрее. Позади себя я слышу, что и преследующий меня мужчина тоже ускорился. Паника накрывает меня с головой.

Я вдруг резко срываюсь с места и бегом пускаюсь к подъезду. Как же хорошо, что я сразу достала ключи!

Открыв подъездную дверь, я влетаю внутрь и тут же закрываю ее и бросаюсь в сторону лифта. Двери моментально открываются, и вот, я уже внутри. Нажав на нужный мне этаж, я вжимаюсь спиной в стенку лифта, тяжело дыша. Как же сильно я испугалась.

На негнущихся ногах я, наконец, попадаю в квартиру. Заперев дверь на все замки, я прижимаюсь к двери, едва не сорвавшись на слёзы. Руки дрожат. Сердце так бьётся, что того и гляди вырвется наружу и ускачет в самый дальний угол.

«С таким нервным напряжением я долго не выдержу… Поскорее бы этого убийцу уже поймали…»