Глава 48

Глава 48

Лия

Давид перестаёт отвечать на сообщения, видимо, сильно занят на работе. Быть может, наконец стали появляться какие-то подвижки по этому чудовищному делу?

Мы с Лясей заканчиваем печь блинчики и доченька даже помогает мне убраться. Она и правда понарассыпала муку в каждом уголке кухни. И как это у неё вообще получилось?

-Давай сначала все подметем веником, а остатки уже будем убирать тряпкой, - объясняю я дочке. - Иначе у нас с тобой весь пол будет в белых разводах,- смеюсь я.

-Ладно!- улыбается Лясенька, орудуя веником. Получается у неё не очень хорошо, но ее можно похвалить уже хотя бы за старание помочь убраться после всего этого бедлама.

Кажется, что жизнь моя начинает понемногу налаживаться. Со Зверевым у нас все… хорошо. В его квартире я себя чувствую в полнейшей безопасности. Между нами не осталось больше обид или претензий. К тому же, даже с отцом наши взаимоотношения начали понемногу возвращаться в прежнее русло. Конечно, до конца простить его за то, что он сделал мне все ещё сложно, но, тем не менее, мы общаемся, а это уже огромный плюс. Да и не могу я уж совсем в прах разругаться с ним, ведь он так сильно любит свою внучку. Да и меня он тоже любит. Я это понимаю. Конечно, тогда он хотел сделать, как лучше. Пусть и в своей упёртой манере, пусть все ещё думая, что я маленький ребёнок и не могу решать за себя, но он просто пытался уберечь меня от проблем и ошибок в будущем. Не могу я злиться на него за это. Просто не могу.

А с Давидом я себя чувствую в полнейшей безопасности. Да и Лясеньке он тоже очень нравится. Она вообще в восторге от своего нашедшегося папы. Вот только теперь она буквально заваливает меня вопросами «А когда папа придёт? А папа скоро придёт?», когда он на работе. Но это такие несущественные мелочи. С этим можно мириться.

Убравшись в кухне и оставив блины на столе, мы с Лясей возвращаемся в гостиную.

-Мамочка! Я хочу нарисовать что-нибудь папе!- вдруг говорит дочка, так что мы садимся рисовать. После недолгих обсуждений, мы решаем, что будем рисовать ему открытку к его возвращению домой. Пока Лясенька сидит за столом и тщательно вырисовывает на чистом листе неуклюжего медвежонка, прикусив язык, я расчёсываю ей волосы.

Хорошо, что мы приготовили Звереву ужин на вечер. Все же Давид работает как проклятый в этом полицейском отеле. Вечером вернётся небось голодный как зверь. Зверев зверь. Это милое совпадение заставляет меня улыбнуться.

«Вот черт, я уже размышляю как какая-то жена - домохозяйка»,- думаю я про себя.

Отвлекает меня от мыслей телефон, трезвонящий где-то на кухне. Может быть, это Давид? Может быть, что-то стало известно или у него появилась свободная минутка?

-Лясь, я сейчас, - говорю я ей.- Ты рисуй пока.

-Ага!- улыбается дочка.

Я иду на кухню и нахожу телефон рядом с раковиной. На экране высвечивается какой-то незнакомый номер.

«Странно…»

Почему-то мне становится сразу неуютно и тревожно.

Подняв телефон, я принимаю вызов и прикладываю его к уху.

-Слушаю?- спрашиваю я настороженно.

-Лия? Лиечка, это ты?- раздаётся в трубке женский голос. Я сразу же его узнаю. - Это Маша. Помнишь меня? Одноклассница твоя. Учились мы с тобой вместе! Вы ещё ко мне приезжали со Зверевым. Помнишь?

Я выдыхаю. Эта пришибленная звонит.

«Откуда у неё вообще мой номер телефона? Не Давид же дал ей его?»

По крайней мере, тревога сразу отступает.

-А, Маша. Да, здравствуй. Конечно, помню. Как твои дела?- спрашиваю я максимально ровным тоном.

-Ой, да ничего! Я чего звоню-то тебе! У меня тут кое-какая информация есть! Очень важная! Я бы очень хотела ее с тобой обсудить!- тараторит Мария мне в трубку. - Это по поводу одной одноклассницы! Ты обязательно должна это вспомнить! Я тут кое-какие альбомы нашла! Мне обязательно нужно это тебе показать!

-Я думаю, что тебе лучше отнести это в полицию и показать следователю, или даже Звереву,- говорю я Маше. Как-то не особо мне хочется встречаться с ней. Она ещё в прошлый раз оставила о себе не очень приятное впечатление.

-Да, понятное дело, надо! Вот только я до него дозвониться не могу! Может быть он занят, кто знает! А дело срочное!- наседает Мария, кажется, не собираясь сдаваться. - Может быть я передам тебе эти альбомы, а ты передашь ему? Мне кажется, что это ну очень важно!

-Не думаю, что это хорошая идея. Отвези их лучше сразу в участок, так будет надёжнее,- говорю я, вздыхая.

-У меня не так много времени, а там сейчас начнётся, пока зарегистрируют, пока ещё раз допросят, давай я, может быть, завезу их к тебе домой? Ты же все там же живешь?- спрашивает она.

-Нет, я сейчас живу в другом месте,- отвечаю я Маше, присаживаясь на табуретку.

-Да ладно? А где? А то я помню, где твой отец жил, думала, что ты все там же пока, или ты решила отдельно от папы пожить? Квартиру небось снимаешь?- тараторит Мария. - А я твой двор хорошо помню. Мы же после школы с одноклассницами вместе всегда гуляли! И к тебе тоже заходили! У тебя в квартире всегда так здорово было, когда мы у тебя бывали! Ох, ты наверное и не помнишь уже!- смеётся Маша.

-Ну, всего то не упомнишь. Со школы я вообще многое забыла, словно это в другой жизни было,- бормочу я устало в трубку. Ее дребезжащий голос меня изматывает. - Ладно, - вдруг соглашаюсь я, глянув на висящие на стене часы. - Я сброшу тебе адрес, заезжай, завози альбомы. Расскажешь, что ты там нарыла, а я Звереву все передам, когда он освободится.

-Вот и чудненько!- восклицает Мария.- Сбрасывай адрес, а я скоро буду!

-Хорошо, до встречи,- сухо бормочу я и сбрасываю. После чего, подумав немного, сразу же набираю номер Зверева.

Давид почему-то не отвечает.

«Черт, неужели, занят?»

Я вздыхаю и решаю написать ему сообщение.

«Та шизнутая, моя бывшая одноклассница, которая Маша, что-то раскопала в своих старых альбомах. Она сейчас звонила мне. Ей кажется, что она нашла что-то важное. Позвони, как сможешь».

Отправив Звереву сообщение, я сбрасываю Маше свой новый адрес и устало прикрываю глаза. Не знаю, что она там нашла, но, если это и правда поможет делу, то можно и потерпеть немного ее визгливую натуру.

Встав с табуретки, я ставлю чайник, чтобы вскипятить воду. Наверное, нужно напоить Машу чаем, когда она приедет.