30. Девушка

Как назло, остаться с Варей наедине совершенно не выходит. А моя фантазия, подогретая её бёдрами, аппетитно обтянутыми тёмно-синей тканью брюк, бунтует против такой несправедливости.

Злюсь на себя за то, что не могу держать себя в руках. Ухожу из домика, в котором мы празднуем свадьбу, и занимаюсь мангалом и шашлыком. Потому что мне невесело.

Да, вроде всё хорошо, праздник всё же. Но я сейчас был бы куда более счастлив остаться уже даже не наедине с Варей, а наедине с самим собой, потому что она не отходит от отца ни на шаг, будто специально игнорируя меня.

К счастью, ребята думают, что я психую из-за того, что полкан снарядил меня возить его туда-сюда, и мне это снова на руку.

Когда открывается дверь беседки, из которой слышится смех и музыка, я оборачиваюсь с надеждой, но выходит мой командир. Он останавливается возле костра и кивает мне:

– Иди, поешь.

– Я уже наелся, – отмахиваюсь.

– Давай я тебя у полкана отпрошу, найму ему трезвого водителя.

– Да не, нормально всё, – усмехаюсь и заинтересованно смотрю на Влада.

Он от знакомства со своей женой до свадьбы знал её всего чуть больше месяца и не побоялся пойти на такой ответственный шаг.

– А как ты понял, что вот эта женщина – твоё? – всё же уточняю из любопытства.

– Мне её глаза понравились, – не задумываясь, пожимает он плечами.

– И всё? – подозрительно хмурюсь, потому что помню о том, что, несмотря на удивившую меня фигуру Вари, её глаза привлекли меня куда сильнее.

– Ну, сначала да, – задумчиво смотрит на огонь Влад. – Шёл на свидание к другой, а увидел эту и захотел с первой секунды. Потом уже понял, что не могу с ней расстаться. Вот бесит сучка, убить готов, а уйти не могу. А что?

– Да нет, ничего, просто спросил, – делаю покерфейс и мешаю угли под шашлыком, потому что они начинают затухать.

Вообще, я надеялся, что Влад скажет мне что-то другое, а не опишет мои же чувства. Мне тоже хочется взбрыкнуть и послать всё в жопу, но стоит лишь подумать об этом, то тут же как магнитом притягивает обратно.

Следом за Владом из беседки вываливается толпа ребят. Скромник тянет Наташу, жену Влада, стрелять из ракетницы.

– Ветров! – окликает полковник Влада, почти выпадая из двери вслед за гостями. Он заметно перебрал, но взгляд как всегда ясный. – Иди сюда, бить буду!

– За что, товарищ полковник? – усмехается Влад, когда Анатолий Михайлович буквально повисает на нём, обнимая за плечи и хлопая по спине.

– Я вам подарок с Натальей подарил? – спрашивает полкан строго.

– Так точно! – улыбается Влад, придерживая его, чтобы тот не завалился.

– Щас ещё один подарю, – хмыкает он загадочно и начинает копаться во внутреннем кармане куртки, а потом вкладывает Владу в ладонь новые погоны.

Влад растерянно смотрит на них, затем медленно поднимает взгляд на Анатолия Михайловича. В его глазах мелькает недоверие.

За спиной у нас свистит выстрел из ракетницы и бахает, на миг освещая всё ночное небо алым заревом.

Замираю, боясь спугнуть это мгновение.

Влад собирался переводиться, потому что хотел повышения, но его документы завернули. Мне было искренне обидно за друга – кому как не мне знакома эта несправедливость?

– Я говорил, что скоро пойду на пенсию? Говорил, – пьяно усмехается полковник, глядя Владу прямо в глаза. – Кто-то же должен вместо меня этих бестолочей уму-разуму учить. – повышает он голос, глядя на меня. – Да, Емельянов?

– Так точно! — тут же отзываюсь я, широко улыбаясь. Если Влад получит повышение у нас, то ему не придется переводиться, и это не может не поднимать настроение. – Ребята! Ветер остаётся с нами! – ору я радостно, обернувшись к сослуживцам.

– Только это по секрету пока! – одновременно со мной произносит полковник, но тут же замолкает и сверлит меня хмурым взглядом. – А капитану Емельянову – два наряда вне очереди за разглашение служебной тайны.

– Да, блин, товарищ полковник! Никто не услышал даже! – пытаюсь я возмутиться, но понимаю, что это бесполезно.

– Ладно, живи. Сегодня я добрый, – отпускает Влада полкан и переключается уже на меня, тяжело опираясь на моё плечо. – Вот уйду на пенсию, выдохнешь. – криво усмехается он.

– Да я ещё, кажется, не вдыхал, – улыбаюсь широко.

– Ты – хороший мужик, Емельянов. Дурной только, необтёсанный. Прям как я в молодости. Глаз да глаз за тобой нужен, чтобы не убился.

Молча смотрю на Анатолия Михайловича и не верю своим ушам. Это он… типа оберегал меня все эти годы, что ли?

– Ты же говорил, что у тебя девушка есть? – щурится полковник.

– Есть, – вздыхаю обреченно. Ну, по факту ведь даже не вру уже.

– Жениться тебе пора. Вот дети появятся – тогда уже страшно будет хернёй страдать.

– Обязательно, товарищ полковник, – терпеливо соглашаюсь, одновременно ощущая, будто стою под дулом автомата.

Только через секунду замечаю, что на нас с крыльца пристально смотрит Варя. Хочется хлопнуть себя по лбу, потому что она, возможно, слышала наш разговор, а вот как она его интерпретирует – большой вопрос.

– Папа, пора ехать, – подходит она ближе. – Уже поздно.

– Вот что за бабы вредные?! – возмущается Анатолий Михайлович, оборачиваясь к ней и опасно кренясь. Подхватываю его под руку.

– У меня нога болит, – пристально смотрит на него Варя, а я понимаю – обманывает. И мне кажется, что полковник тоже понимает, но всё равно покорно кивает.

– Веревки из меня вьёт, – обиженно усмехается он, оборачиваясь ко мне в поиске поддержки, и я по-сыновьи похлопываю его по спине. – Ладно, поехали, Емельянов, отвезёшь нас до дома.

Приехав в город, довожу полковника до квартиры. Так как дом, в котором они живут, старый, лифт там достаточно маленький, поэтому помещаемся в него втроём: я, Анатолий Михайлович и его сестра. Варя остаётся внизу, и поедет после нас.

Когда тётя Вари открывает дверь, я завожу разомлевшего полковника в квартиру и провожаю до кровати, а сам прощаюсь и ухожу, захлопнув дверь ровно в тот самый момент, когда открываются двери лифта.

– Спасибо, Костя, – шагает Варя наружу, но я тесню её обратно. – С ума сошёл?

– Сошёл, – напираю на Варю грудью и вжимаю её спиной в стенку.

Двери закрываются.

– Ты сказал, у тебя девушка есть, – мычит Варя, уворачиваясь, потому что я набрасываюсь на её губы.

– Есть, – усмехаюсь, окончательно зажимая её в угол. – Варвара зовут, представляешь? Ревнивая такая.

– Дурак, – выдыхает она обречённо, а я, сломав сопротивление, набрасываюсь на неё жадными поцелуями и постанываю от удовольствия.

Слетев с катушек от длительной разлуки, закидываю одну ногу Вари себе на бедро и вжимаюсь твёрдым пахом между её ног. Меня всего аж потряхивает от напряжения.

– Костя! – ахает Варя возмущенно и цепляется за мои плечи.

– Хочу тебя. Поехали ко мне, – шепчу, вглядываясь в её мутные от желания глаза.

– Нет, – рвано выдыхает Варя.

– Тогда пошли в машину, – возбужденно поглаживаю её, раздвигая полы пуховика и забираясь ладонью под пиджак и блузку.

– Костя, нет, – возмущается она снова и отстраняет меня, когда я покрываю поцелуями её шею, согласный уже и на этот старый лифт.

– Да почему, блин?! – вспыхиваю. – Ты меня хочешь, я тебя хочу. В чем проблема, Варь?

– В том, что меня секс ради секса больше не интересует, – отводит она глаза, судорожно втягивая ртом воздух и заправляя за уши растрепавшиеся волосы. – Я буду заниматься любовью только с мужем.