28

Кирилл

— Провожать меня не надо, ладно? Остаётся не так много времени до конца регистрации, я не хочу растягивать прощание.

Киваю. Я не звонил ей два дня. Думал. Блин, сколько я думал. В жизни столько не размышлял о взаимоотношениях двоих людей. Анализировал наше прошлое, в сотый раз прокручивая в голове сделанные ошибки, за которые сейчас расплачиваюсь.

Не имею права требовать от Даши взаимности, если она не готова дать её сама. Слова, сказанные у неё на квартире в то утро, задели за живое. Перевернули всё, что я представлял себе о наших непродолжительных близких отношениях. Я всего лишь временная замена. Шаг для её излечения от трагедии и боли после потери немца. Могу ли я её осуждать? Уже один раз осудил. И не только Дашу. Отца своего осудил за то, как быстро он забыл маму и кинулся в пучину чувств с новой женщиной. Теперь я его понимаю, спасибо Засимовой.

— Как скажешь, — стараюсь говорить ровно, но внутри всё кипит и бунтует. — Всё взяла?

Вот она — моя женщина. Я выбрал её сам, теперь сам и мучаюсь. По сравнению с ней другие бывшие в моей жизни померкли разом. Словно и не было никого. Только я и она. Всегда.

— Да. Если забыла, вышлешь почтой? — спрашивает, кусая губы.

Говорит, что спешит, а сама оттягивает уход. Вижу как мечется ее глаза, как нервно подергивает ногой. Мы расстаемся не навсегда, родная. Чтобы ты там не думала в своей темноволосой головке. Знаю, сомневаешься. Но я не перестану бороться. Просто нам нужна эта передышка. Взвесить все составляющие и оценить по достоинству.

— Конечно. Могу сам привезти, — стараюсь улыбнуться. — Правда, не знаю, когда у меня будет отпуск.

На новую работу предлагают выйти уже в ближайшее время. Не могу упустить эту возможность и просрать собственную карьеру. Разорваться тоже не могу. Грёбаные обстоятельства сжимают как тиски, не оставляя выбора.

Еще сестра... напоминаю себе, что я не один и несу ответственность и за неё тоже.

— Буду ждать. Ты пиши мне, ладно? Как устроишься, и всё такое... буду ждать.

Киваю.

Даша сидит на расстоянии вытянутой руки и теребит лямку своего рюкзака. Билеты, как насмешка, торчат из его бокового кармана. Всё-таки улетает. Не передумает. Хоть я в лепешку разобьюсь, не передумает.  По решимости в глазах вижу — ничего её не остановит. Ни жаркие признания, ни слëзная мольба. Она так решила. За нас всё решила. Меня даже не спрашивала. Права голоса у меня нет, мне его просто не давали.

С тяжелым сердцем признаю свое поражение.

Тягаться с призраком, живущим в её душе, было сложно, но мне казалось, я хоть немного смог выбить место и для себя. Потеснить его и заполнить часть собой. Жалкие мысли неудачника.

Последние дни мы общались натянуто. Я приходил к ней сам, как и раньше. Мы садились на диван, заказывали еды, смотрели сериалы. Секса больше не было. Просто обнимались. Иногда вместе засыпали. Дашка, уткнувшись мне в плечо, сладко сопела, а я любовался ей. Прощались друг с другом так, как могли и хотели.

Сглатываю ком в горле и смотрю на неё. Она ловит мой взгляд и слегка улыбается в ответ. Мне хочется верить, что для неё это тоже непросто.

— Всего хорошего, Дашка, — трогаю ее за руку и тяну на себя. Не сопротивляется, но прячет лицо, опуская голову. — Будь счастлива, девочка моя.

— И ты, Кирилл. — бормочет хрипло, уткнувшись в мою грудь носом. — Спасибо тебе за все. Просто...спасибо. Я напишу, как приземлюсь. Или позвоню. Можно я позвоню?

— Конечно. Я всегда тебе рад.

Даша поднимает лицо и быстро целует меня в щёку, скользит губами по коже. Я задерживаю дыхание и прикрываю глаза, сжимая ее в объятиях. Она не просто так дала нам шанс. Ей просто нужно подумать, успокаиваю себя мысленно.

Мягко выпутывается из моих рук и шмыгает носом.

— Эй, давай, не реви.

— Ладно. — вытирает нос и пытается опять улыбнуться.

Мы вместе выходим из машины. Молча достаю багаж и передаю ей. Помогаю надеть рюкзак и подталкиваю чемодан ближе.

Вот и все.

Мнемся рядом, пока Дашка первая не решает прекратить это. Порывисто обнимает и уходит.

Я давно не мальчик: не верю в сказки и не питаю грëбаных иллюзий. Привык бороться с трудностями и доводить дело до логического конца. Неудачи в моей жизни тоже были, но ни одна из них не оставляла после себя такое пекло в груди.

Чёртово чувство надежды.

Чёртово чувство счастья.

Без них жить намного проще, но не имеет никакого смысла.

Новые чувства разрывали изнутри, когда я находился рядом с Дашей. Мир заиграл яркими красками. Впереди маячили новые возможности. Хотел Дашку позвать с собой в Москву. Видел её там рядом. Только есть ли смысл, если она постоянно бежит от меня?

Попользовалась в удовольствие и выбросила за ненадобностью при первой возможности. Отомстила за прошлое? Не верю в это. Она не такая. Даша чистая, светлая девочка. Только она смогла прочно прорасти корнями внутри меня. И безжалостно вырвала с мясом сердце.

Увезла его с собой в Германию и даже не подозревает об этом.

Сама боится того, что происходит между нами? С совестью договориться никак не может?

Вспоминаю её заостренное лицо, на него опять начали возвращаться пухлые щёки, которые так ей шли. Карие глаза всегда смотрели мягко и тепло, согревая лёд в моей душе. Всегда рядом. Полжизни её знаю. Отталкивал, издевался и в итоге влюбился...

Влюбился.

Хреново любить безответно. Понимаю теперь на собственной шкуре.

Обыграла меня девочка, от которой меньше всего ждал удара судьбы.

Кармический бумеранг штука такая — не знаешь откуда прилетит.

Выругавшись, дергаю ручку на двери машины, как чувствую тепло нежных ладоней на шее.

В губы впивается требовательный рот. Захлопываю дверь и впечатываю Дашку в нее.

Целуемся, словно больше никогда не встретимся. Плевать на невольных свидетелей. Пожираем друг друга. Я со стонами, она с тихими всхлипами.

Моя.Моя.Моя.

Я отпускаю тебя на чуть-чуть. Чтобы подумала, взвесила все за и против.  Все у нас впереди.

Отрываюсь от нее первый и прижимаюсь своим лбом к ее, пытаясь собрать мысли в кучу и усмирить сбившееся дыхание.

— Не смогла просто так уйти. Какой же ты, Морозов… - шепчет и покрывает мое лицо поцелуями.

— Какой? Мерзкий?

— Въедливый…

Тихо смеюсь и целую ее в ответ.

— На рейс опоздаешь. Я приеду к тебе. Дела все утрясу и приеду. Обещаю.

— Ждать буду...но если передумаешь, напиши, ладно? Предупреди, чтобы не маялась неизвестностью. Я боюсь...вот этого всего. Тебя и себя. Нас.

Запечатываю ее губы напоследок поцелуем и провожаю до стойки регистрации.

Понимаю все ее страхи и разделяю их с ней.

Я тебя больше не обижу…

Я залижу все твои раны…

Я стану тебе другом, любовником, кем угодно…

Сажусь в машину и сжимаю до побелевших костяшек руль.

В груди печёт, словно разрастается огромный огненный шар. Я не готов к такому окончанию наших отношений, но должен отпустить. В очередной раз.

Прекращаю заниматься самобичеванием и завожу машину. Пусть отдохнет дома, стряхнëт пыль со старых воспоминаний и сравнит с новыми. Ей нужно отпустить прошлое. Дам ей на это время. Немного. Пару недель. До мифического отпуска ждать не собираюсь.

Пока возвращаюсь в город, загружаю приложение с авиабилетами, прикидывая, когда в ближайшее время смогу вырваться. Оля в лагерь уезжает через пару недель. Вот тогда и сорвусь. Даже предупреждать Дашку не буду.

Да. Так и сделаю. Никуда ты не денешься от меня, Засимова. Мы на всю жизнь повязаны лентой, сотканной из различных чувств. Безразличие, дружба, симпатия, ненависть, жалость, страх, опять ненависть и, наконец, любовь. С тех самых пор, как схлестнулись взглядами в школе. С её тринадцати лет. С моих пятнадцати.

Десять лет прошло.

Слишком много для пустого сожаления.

Улыбаюсь, нажимая на экране “оплатить билет”.

Телефон неожиданно вылетает из руки. Чувствую толчок в бочину машины.

Матерюсь и возвращаю взгляд на трассу, хватаясь за руль.