Глава 13
– Посмотри, какая ты красавица! Мать ты чего?
Я подошла к зеркалу и замерла. Волосы собраны в высокий хвост. Глаза накрашены серебристо черными тенями. Подведены внизу черным карандашом, а сверху такой же угольной подводкой что делае их еще визуально больше. Ресницы накрашены и изогнуты, как у куклы. Сиреневое короткое платье очень красиво на мне сидит, а белые босоножки со стразами которые я так люблю. Красиво. Вероника, взяв большую кисточку, нанесла мне последние штрихи коричневые румяна и обняла.
– Ты самая красивая! Он упадет! Я тебе обещаю!
Я вздохнула. Если бы. Я сама не понимала для чего я еду и зачем…
Незаметно для Макара выпорхнув из квартиры чтобы он меня не видел в таком виде, уже у такси я посмотрела на Веронику.
– Ты думаешь мы все правильно делаем?
Вероника прищурилась.
– Мать ты сдурела? Его убьют на ринге, он совсем пацан! А такие люди, как твой Борзый… Он тебя девственности лишил, они это ценят! Мир больших денег, криминал он везде! Кто тебя защитит? Жених со стройки или сантехник? Нет конечно! А там деньги, там власть! Мать подумай!
Я молча сажусь в такси прижимая к себе дешевую сумку. Все равно это все неправильно, все… Я получается сама себя предлагаю. Получается ничем не отличаюсь от обычной шлюхи. Ничем…
Клуб сияет цветными огнями, а рядом с ним множество дорогих машин из другой жизни. Ночная жизнь кипит, так все ярко, краски и все кажется не тем. Серые будни куда то улетают, а мне кажется что здесь нет жизни все равно. С утра все расстаются и другая жизнь, я не хочу такую жизнь… Но и такую, как сейчас я тоже не хочу.
– Вы к кому?
От неожиданности вздрагиваю. На меня смотрит высокий красивый мужчина. Молодой. Представительный. Примерно ровесник Борзого.
Я его видела только где и при каких обстоятельствах помню очень смутно…
– Я без приглашения, простите! Мне бы Яна увидеть! Борзого!
Он внимательно смотрит на меня. В упор. Словно рентген. Больше я ничего не могу сделать. Никак. Просто провал какой то. Ноги дрожат. Кажется он знает причину, истинную цель зачем я сюда пришла.
– Я вас понял, пойдемте со мной!
Поворачивается и идет, а я следом. Кажется я попала. Как же стыдно, как…
Я иду за ним и мне кажется это все так нелепо. Глупо. Что я намазана мерцающим спреем это такая глупость и эти дешевые духи и косметика не лучшего качества. Все не так. Понятно почему Макар выбрал Аню, она другая, из другой жизни. Красивая. Не такая, как я и ему такая нужна, особенная. А я не особенная, может только от всех этих кукол отличаюсь дешевыми шмотками.
У знакомого кабинета останавливаемся. Я замираю. Хочется прижаться к стене. Мне страшно. Молодой мужчина открывает дверь.
– Ян к тебе пришла девушка! Хорошая! Давай без глупостей!
Он поворачивается ко мне, а мне кажется у меня сейчас сердце выпрыгнет из груди. Мне так страшно. До жути… Ноги дрожат и сама вся дрожу. Эмма стой. Хватит… А его черная рубашка расстегнутая на груди и видна массивная золотая цепь.
Я захожу и за мной захлопывается дверь. Все, как в каком то фильме про секс. Или сериал «Жизнь по вызову» где показана богатая, но такая страшная изнутри изощренная извращенная жизнь. Смотрю на него, наверное, с секунду. Тот же стол. Кресло в котором он сидит развалившись.
– Какие люди и без охраны! А ты что пришла? Врач нажаловался?
Я теряюсь. Он что ходил разбираться к Виктору Юрьевичу? Только этого не хватало.
Зачем… Для чего? Этот вопрос меня интересует больше всего. Зачем…
– Зачем ты к нему ходил?
Мой голос даже как-то по-другому рядом с ним звучит, предательски, дрожит. Он встает. Красивый. Он правда очень красивый. Краска заливает мое лицо. О чем ты думаешь, Эмма, о чем…
Нужно сказать. Я глупо себя веду. Что это за детский сад. Ты взрослая Эмма, ты ни в шахматы с ним пришла играть и ни в шашки. Скажи прямо…
– Мне нужны деньги… Очень нужны…
Опускаю глаза. Черт возьми… Я ведь сама к нему пришла. Зачем… Почему… Именно он… Дьявол в обличии человека, а человек ли он… Он ведь даже на имя свое уже не отзывается. Борзый, так его все называют.
– Я же говорил, девочка. Что все в нашей жизни покупается и продается! Что ты сама придешь, побитая и голодная! Несчастная моя девочка! Только у всех правильная цена и ты ее себе набила! Сколько ты хочешь?
Чувствую, как нижняя губа дрожит. Смотрю в его глаза и понимаю ненавижу, адски ненавижу…
Встает и вальяжной походкой подходит ко мне. Нагло берет за подбородок и смотрит мне в глаза.
– А помнишь, как я тебя трахал и, как ты кричала? Тебе же нравится жестко, девочка, так может повторим… И ты получишь свои деньги…
Усмехается. Сущий дьявол. Резко разворачивает меня к стене и буквально вдавливает в нее. Его пальцы до боли сжимают мои длинные волосы… Я должна его ненавидеть, я должна всем сердцем его презирать, только почему, почему, его горячее дыхание так дико обжигает кожу…
– Я буду много раз тебя трахать, девочка! – шепчет он мне в самое ухо. – Ебать так, как тебя никто больше так не отъебет… А еще открою тебе секрет, тебя никто не трахнет… Знаешь почему, девочка?
Потому что ты моя!!!
В мозгу все врывается, а в глазах темнеет. Я ничего не соображаю. Только его пальцы, горячие обжигающие пальцы оттягивающую резинку моих трусиков…
Моя… А ведь он не ошибается… Я действительно стала его…
Я хорошо это знаю что в этой жизни все покупается и продается. Урок усвоил с детства.
Как мать ушла когда было туго. Все бабы такие, шкуры… Бешеного одна бросила. Так он со второй. Дочь ему родила. Единственное что хорошее. Сама такая забитая была, а сейчас салоны красоты, здоровается сквозь зубы. Вот она пришла… А я ведь думал что она другая. Чистая… Почувствовала запах свободы. Что к врачу своему не полетела, либо женат, либо денег мало даст. А у него у Борзого они есть деньги эти проклятые, только руки по локоть в крови.
– Что не спрашиваешь сколько денег дам?
Толкаю ее, а сам смотрю в эти огромные глаза. Они такие чистые и наивные и сама она такой чистой и наивной кажется. Он же первый кто ее трахнул, только он знает кто она. Шкура и шмара.
Тяну за волосы словно побольше боли ей причинить. Тяну сильнее.
Сам не понимаю откуда у меня ненависть такая из-за Мансура или из-за того что она не просто так пришла, а ради денег… А ты что подумал? Что ей нужен ты? Да кому ты нужен, убийца, машина для выбивания долгов… Кому эта хренова любовь нужна в наше время, не было ее никогда и нет.
Толкаю сильно к креслу. Сейчас ты мне сука ответишь…
– Сколько тебе надо?
Дергается.
– Не так много! Но это не значит…
– Не значит что? Я покупаю я и трахаю! Будь добра замолчать!
Я отчаянно до жути до боли, чувствовал, как по моим венам бежит адреналин вперемешку с ненавистью. С дикой яростью и эта ярость выплескивалась все сильнее. Брат заступился, так надменно смотрела, а сейчас за деньгами приперлась… А может она девственница для прикрытия, а уже давно трахалась и в рот и в жопу… Глаза загорелись. Мне казалось я сейчас ее разорву.
Эта сука даже не дергалась, спокойно смотрела на меня. Испуганно, но спокойно. Держалась. Красивая сука. Ундина, как я мысленно называл ее про себя, а я ведь за нее Непобедимого покалечил, нашего лучшего бойца покалечил, за что и пошел конфликт с Бешеным. Да плевать…
Я грубо крепче сжал ее волосы, расстегивая свободной рукой ширинку. Сейчас я ее трахать буду. Посмотрим, какая она. Девственница, но так кричала, ей нравилось когда я ее драл. Смотрел в ее испуганные глаза. В них читался вызов. Настоящий вызов. Который эта девочка бросала мне.
Мне было плевать, что это жестко, плевать на все. Как же я ненавидел ее и в тоже время хотел. Хотел обладать ее красивым телом. Вставить ей и отодрать ее красивое тело.
Оттрахать ее.
Хотел разложить прямо на этом столу и трахать, трахать так чтобы она кричала мое имя.
В моих глазах потемнело, я больше не мог себя сдерживать, намотал ее волосы зная что ей больно, хотел унизить ее, причинить ей боль. Ей нравилось трахаться, так я покажу ей, как ебут настоящие мужики. Испуг сменился ужасом, дернулась, но я не отпустил.
– Подожди, девочка моя! Мы только начали! Обратной дороги нет! А денег я тебе дам предостаточно, ты будешь купаться у меня в деньгах, это я тебе обещаю!!!
Она вырывалась изо всех сил. Я видел, как ей страшно, но держал крепко вжимая своим телом в кресло. Ей будет хорошо, никаких романтических бабочек в животе, жесткий секс. Ему нравится грубо трахаться, никакой романтики, эту гребаную сопливую романтику я терпеть не могу. Жестко и грубо, ведь я Борзый, а не романтичный пидор.
Я открыл ящик стола и достал наручники. Адреналин все сильнее бежал по моей крови, мне нравилось подчинение. Этот дикий огонь сводящий с ума и этот испуганный затравленный взгляд. Да сучка, сейчас ты узнаешь что такое настоящий фейерверк.
Рывком поставив Эмму на колени, я сцепил на ее тонких запястьях браслеты, и посмотрел ей в глаза. Испуг пропал, словно не было никаких эмоций, словно она не сексом пришла заниматься и я не трахать ее сейчас буду, а убивать…
– Какая же ты интересная девочка, Ундина! – с усмешкой произнес я и грубо поднял ее и рванул платье на ней. Платье шлюхи, но ни оно мне было интересно, а ее тело, как я ее трахать буду.
Эмоции… Где эмоции этой шлюхи…
Платье слетело полностью обнажая красивую вздымающуюся грудь в черном кружевном лифчике. Фигура бомба. Сама тоненькая, худенькая, а сиськи просто пуля. Красивая…
Я стоял и смотрел на нее, сдернул рывком колготки и она осталась передо мной в одном черном кружевном белье. Такая тоненькая и такая соблазнительная. Усмехнувшись сделал к ней шаг, я ее сейчас трахать буду свою суку…
– Ты извращенец! Больной! – прошипела она. Сними с меня наручники и я уйду, не нужны мне твои деньги такой ценой!!! Я лишь усмехнулся, это лишь сильнее распаляло меня. Уйдет? А кто ее теперь отпустит… Член стоит, как каменный. Штопор.
Желание было такое что я даже так не хотел ее в первый раз. А сейчас просто крышу сносило от этой идеальной фигурки в кресле в наручниках которую я сейчас трахать буду.
Склонившись к ней я посмотрел ей в глаза. Красивые. Аквамариновые особенные. Такой красивой девочки я еще не встречал и в этом мог поклясться… – Я тебя сейчас так выебу сучка, как еще никого и никогда не ебал! Ты у меня на стенку полезешь! С силой пихнула меня ногой, что только сильнее раззадорило меня.
– Я тебя ненавижу! Не смей меня трогать! То, что я пришла это ошибкой было!
Усмехаюсь и стаскиваю с себя рубашку.
– Самой большой в твоей жизни, Ундина, это я могу тебе сто процентов заверить!!!