Глава 9

Мы сидели напротив друг друга и молчали.

— Ты мне напоминаешь мою кошку. Такая же хмурая и злобная.

От этих слов и усмешки, которая проступила на лице, мне хотелось его стукнуть, я еле сдержалась, продолжая сидеть на месте.

— Наверное, ты просто плохой хозяин, Кирилл, — выдавила из себя и пожала плечами.

Сам факт того, что у него было домашнее животное, удивил. У моей мамы аллергия на шерсть, и в доме у нас питомцев не было. За исключением рыбок, которых мне подсунули подростком, но тех не погладить, да и пузико не почесать. Впрочем, я ведь не пыталась, с ухмылкой подумала про себя, представив эту сюрреалистичную картину.

— Алиса у меня деликатесами питается, я внимательно слежу. Никаких консервантов и ГМО, — возмутился Соловьев, а затем добавил, пока я не успела и слова вставить: — Как я почешу ее за ухо и накормлю вкусностями, она сразу становится покладистая и подставляет пузико.

Только я хотела сказать, что с людьми такое не работает, особенно когда увидела его намекающее на подобные же мысли лицо, как он меня снова перебил:

— Жаль, что с тобой это не сработало. Думал, покушаешь и станешь добрее, — наклонил голову набок, казалось, пытаясь разгадать меня. — Что ж, Кирилл Соловьев любит трудности.

По тому, что он говорил о себе в третьем лице, несложно было догадаться, каков он был на самом деле — имел завышенную самооценку и полностью не обладал самокритикой.

— Не думала, что у такого, как ты, может быть кошка, — не удержалась и фыркнула.

— Алиса у меня уже несколько лет, она тебе понравится, — не стал воспринимать близко к сердцу мои слова, либо просто сделал вид, что не услышал.

Я прикусила губу и отвела взгляд. Мне показалось, или это был намек на приглашение посетить его квартиру? Щеки мои невольно покраснели, и мне стало стыдно. Да за кого он меня принимает?!

Я повернула к нему голову, открыла рот, но ничего не произнесла. До сознания опозданием дошло, что он конкретно сказал. Имя кошки — Алиса.

— Ты назвал байк в честь своей кошки? — этим вопросом дала ему возможность ответить так, чтобы нам обоим не было неловко, ведь я понимала, что Алисой звали его бывшую девушку, которая сейчас сидела неподалеку и со своей подружкой вместе сверлила наш столик злобным взглядом.

В голове царил сумбур, я нервно начала хрустеть пальцами, стараясь не смотреть в ту сторону, но не чувствовать чужую агрессию не могла, ощущать ее было неприятно.

— Долгая история, — ответил всё же Кирилл и посмотрел в окно, даже не глянув мне в глаза.

Он не знал, что я обо всем в курсе, и я поняла, не встреться я в уборной с Алисой и ее подружкой, оставалась бы сейчас в неведении. Он всего лишь ушел от ответа, но тем самым еще раз подтвердил мои догадки, что и кошку, и мотоцикл он назвал в честь своей бывшей девушки.

И чего, спрашивается, вынудил прийти на свидание, если неравнодушно дышал в сторону этой блондинки Алисы? Цвет ее волос не удивил, обыденный типаж Кирилла, которого и в университете я видела лишь с блондинками. Даже Карина была светловолосой арийкой.

В этот момент раздался стук входной двери в кофейню. Я невольно бросила взгляд туда и застыла, чувствуя, как неожиданно ухнуло сердце. Карина.

Не успела я прийти в себя, как ее взгляд тут же устремился к нам, и она зацокала высокими каблуками к нашему столику.

— Видимо, часто водишь своих девушек сюда? И что, они ведутся? — ехидно спросила Кирилла, а он, еще не видя свою знакомую, непонимающе вздернул бровь, глядя на меня вопросительно.

Вспомнились мужские слова про раффлезию, но отвечать на его молчаливый вопрос я ничего не стала, просто кивнула в сторону приближающейся девушки. Он сразу обернулся и мимолетно поморщился, приняв затем равнодушное выражение лица, но я успела заметить истинную неподдельную эмоцию.

— Я разберусь, — бросил мне и резко встал, идя наперерез Карине.

На Соловьева я не претендовала, поэтому спокойно откинулась на спинку стула и приготовилась наблюдать за разворачивающимся представлением. А оно явно будет, особенно после того, как Кирилл заметил Алису, также вставшую из-за стола и принявшую выгодную позу, которая подчеркивала ее пышную грудь.

Девушки были неуловимо чем-то похожи друг на друга: обе блондинки, фигуристые, в коротких платьях и на высоких каблуках. Яркая и правдивая демонстрация настоящих предпочтений Кирилла Соловьева. В груди неприятно екнуло, но я задвинула эмоции вглубь. Неужели он, действительно, думал, что после этого я поверю в его симпатию ко мне? Даже полуслепому было видно, что я абсолютная противоположность Карины и Алисы. Не спорю, симпатичная, не уродина, но разница между двумя фифами и мной колоссальная.

— Ну наконец-то, Кирилл, ты подошел, твой игнор перешел уже все границы, тебе долго придется передо мной извиняться, — первой начала говорить Алиса, пока не заметив Карину.

В помещении воцарилась полная тишина, все застыли в ожидании перепалки и не хотели пропустить ни слова.

— Я вас только увидел, — прозвучал растерянный голос Кирилла, когда взгляд скользнул по их столику.

— Привет, Кирюш, знала, что встречу тебя здесь. Мне парни сказали, — улыбнулась Карина, подошла и чмокнула его в щеку, хотя по глазам было видно, что с удовольствием коснулась бы лучше губ.

— А ты еще кто такая? — гневно спросила Алиса и уперла руки в бока, оценивающим взглядом проходясь по Карине.

Та же только после чужого женского возгласа посмотрела на вторую блондинку и демонстративно презрительно поморщилась, отчего та от злости покраснела.

— Спасибо, что встретил, Кирюш, угостишь латте? — проигнорировала чужой вопрос Карина и игриво обратилась к Соловьеву, даже двинулась ближе и положила на его грудь ладошку.

Я даже более чем уверена, что на кофе напросилась она специально, желая уязвить соперницу и показать, кто сейчас занимает ее место. Мне же было смешно наблюдать за борьбой двух самок, иначе никак не назвать, за одного самца. Даже плечи Кирилла расслабились и опустились, он с удовольствием наблюдал за представлением. И это мне не нравилось, как бы я ни отгоняла крамольные мысли подальше.

— Ты не видишь, что мы разговариваем? Пришла кофе хлебать, так иди к стойке и нам не мешай! — процедила сквозь зубы Алиса, надувая при этом щеки.

— Да-да, иди давай отседова, — поддакнула ей подруга, сидевшая до этого на стуле молча.

— Что это такое, Кирюша? Твой питомец? Оно еще и разговаривает? — задрала Карина подбородок, а от ее слов прыснул весь зал, даже я не удержалась. В чем, в чем, а в оскорблениях она была хороша, с ней стоит вести себя осторожнее, на этом минном поле я плохой игрок.

А вот затем напряглась уже я. Ее взгляд неожиданно скользнул по мне, но вопреки моим предположениям, ее губа всего лишь дернулась, и она отвернулась обратно к Алисе. У меня сложилось впечатление, словно она знала что-то, чего не знала я, и поэтому не восприняла мое присутствие около Кирилла всерьез. Я встряхнула головой, убеждая себя, что мне до этого нет никакого дела. И вполне успешно.

— Кирилл, скажи этой лахудре крашеной, кто я такая! — топнула злобно ногой и выпятила вдруг грудь Алиса, и все взгляды обратились к Соловьеву, который вальяжно облокотился рукой о спинку стула.

— Да, Кирюша, объяснись. Мне сказали, что ты со страшилкой узкоглазой сидишь. А у тебя тут мымра какая-то еще нарисовалась, что это такое?! — парировала и не осталась в стороне Карина, сложила руки на груди, ожидая ответа.

— И с каких пор ты позволяешь кому-то обращаться к себе Кирюша? Помнится, на меня ты всегда ругался, — раздался возмущенный тон Алисы, у нее от злости и обиды аж лицо и шея покраснели аки помидор.

У меня вырвался смешок, но я была рада, что никто в этот момент даже не посмотрел на меня: ни Кирилл, ни Алиса, ни Карина, ни другие посетители кофейни. Мне казалось, что к щекам прилила кровь, ведь слова про узкоглазую явно касались меня. Я не в первый раз слышала такое в свой адрес, но именно сейчас мне было неприятно до стиснутых кулаков. Раздался треск. Лопнула последняя капля моего терпения.

Встала из-за стола и резкими шагами пошла к выходу. Мне нечего волноваться, я свое обещание выполнила и в кофейню пришла, а вот всё, что было после, не моя проблема, пусть сам разбирается со своим цветником, садовничек.

Никто не обратил на мой отход внимания, в этот момент началась потасовка между девушками. Одна схватила другую за волосы и потянула кулаком вниз, а вторая вдруг завизжала на ультразвуке, оглушая наши барабанные перепонки.

— Делай ее, Алиска! — кричала ее подружка, а парень за стойкой застыл, переводя взгляд с одной на другую и не зная, что делать.

Только Кирилл, кажется, равнодушно смотрел на разборки за его руку и сердце, так сказать, как вдруг мужской взгляд наткнулся на меня, когда я проходила мимо.

— Ты куда собралась? — нахмурился он, а я проигнорировала вопрос.

Вот только далеко уйти мне не удалось, его рука вдруг крепко схватила меня за локоть, и он притянул мое тельце к себе.

— Идем, милая, нам здесь больше делать нечего, — объявил это на весь зал, а после потащил меня к выходу на буксире.

Я и не предполагала, что после его слов воцарится полная тишина, даже разборки на этом фоне прекратились.

— Не поняла, — вопросительный растерянный голос Алисы.

Дальше начались какие-то возгласы, но в этот момент мы ступили на тротуар, дверь за нами захлопнулась, и я сама не заметила, как мы вдруг оказались возле мотоцикла. Он натянул на себя шлем, дал мне второй, а я растерянно приняла его в свои руки.

— Быстро надевай и поехали, пока они не очухались, — поторопил резким тоном Кирилл.

Я даже переварить ничего не успела, в эту секунду резко открылась дверь кофейни, оттуда вывалилась толпа во главе с двумя блондинками. Соловьев споро сел на байк, завел мотор, и я при виде разъяренных женских лиц быстро надела шлем и села сзади него, совершенно не думая о последствиях.

Мы резко стартанули с места, я слышала только гудение мотора, а в ушах стоял гул. Спустя несколько минут, когда мы проезжали очередной светофор, до меня дошло, что теперь в университете мне жизни не будет. Карина всем разболтает, чему стала свидетельницей, да и сама она наверняка захочет мстить, считая меня соперницей. Черт, надо вечером узнать у Милы, насколько вредный характер у этой светловолосой.

А всё из-за легкомысленного Соловьева, возомнившего себя великим садовником всея земли. Я стиснула челюсти и впилась пальцами в торс Кирилла, который обхватила руками, желая причинить ему боль за то, что так гнусно меня подставил.

В какой-то момент мы завернули направо, и он остановился у тротуара. И когда нога Кирилла коснулась земли, я резко подорвалась, вскакивая с байка, сняла шлем, кинув на сиденье, и гневно уставилась на Соловьева.

— Ты что, дебил?! Из-за тебя у меня будут проблемы! — начала кричать, чувствуя, как пульсирует на лбу жилка.

Ожидала, что он хотя бы что-нибудь ответит или оправдается, но он всего лишь вальяжно снял шлем, тряхнул своей шевелюрой, посмотрел на меня и просто подмигнул. Обошел свой мотоцикл, подтолкнул меня под поясницу и повел к зданию, несмотря на мое яростное сопротивление.

— Всё, отпусти меня, я поехала домой. Больше я тебе ничего не должна, понял? — процедила сквозь зубы и попыталась вырваться из его хватки.

Вот только он оплел рукой меня за талию, да так сильно, что я не могла и на шаг двинуться от него.

— Ты что, глухой? Я тебе сказала, быстро отпусти!

— Со слухом у меня проблем нет, а насчет девушек… — пожал плечами, посмотрел мне внимательно в глаза. — В этом разве есть моя вина? Думаешь, я знал, что они там появятся? Не переживай, они — прошлое, а ты — мое будущее. А теперь помолчи, женщина, у меня от тебя голова раскалывается.

С этими словами открыл дверь, подтолкнул к входу, отчего я по инерции шагнула внутрь. Что за дурацкий пикап? У меня от злости аж щеки покраснели, но я прикусила язык, дабы не разразиться бранью, так как в этот момент из-за стойки подняла голову девушка-продавец.

Ну держись, Соловьев, как только мы выйдем, я устрою тебе разнос, ты не представляешь, какая я в гневе. А пока я могла лишь молча осматриваться по сторонам. Кирилл привел меня в зоомагазин.