Глава 12

Рубашка Загорского прожигает кожу пальцев, но я продолжаю комкать его вещь в руках.

– Ну всё-всё, поняла, хватит уже бухтеть, – раздается приближающийся голос тети Гали, а затем мама ей что-то отвечает.

Я не вслушиваюсь в их разговор, в панике мечусь по комнате, пытаясь спрятать рубашку до того, как они войдут. Если мать увидит, устроит мне выволочку с подробным разъяснением, что это недопустимо, и как она разочарована моей безответственностью. Не нашла ничего лучше, чем запихнуть одежду Загорского в рюкзак, скомкав, словно половую тряпку. Ну ничего, гладильщицей к нему не нанималась, и мятая ему сойдет.

– Ну, проводила? – сразу же задала вопрос родительница, как только они с тетей Галей переступили порог спальни.

– Да, – кивнула, подходя к окну.

– Мальчик ничего такой, симпатичный, – подала голос тетя.

– Я бы сказала, слишком красивый, – фыркнула мама. – Не про нашу Кристинку.

– Тебе бы, сестра, очки не мешало бы снять.

– Ой всё, не начинай, – раздражение так и витало в воздухе. – И не дури голову моей дочери несбыточными мечтами, принцы обращают внимание только на принцесс.

– Какая чушь несусветная, – цокнула тетя Галя и тяжело вздохнула, капитулируя.

Она и без меня знала, как тяжело переубедить свою сестру.

– И больше не вздумай приглашать его к нам в дом, еще не хватало так позориться, – почувствовала себя главной мама и нахорохорилась.

Я всё это время стояла сама не своя, ожидая выволочки, но ее всё не было, а в конце я удостоилась лишь предостерегающего и предупреждающего взгляда. Да, мама, я всё поняла и без твоих слов.

– О чем ты хотела поговорить? – спросила ее перед сном.

– Что?

– Ты написала мне сообщение о серьезном разговоре.

Наши взгляды встретились, и в этот момент я впервые за все эти годы ощутила ее слабость. Показалось на секунду, что мы не чужие, и нас объединяет что-то общее.

– Я… Забудь, просто будь благоразумной, хорошо? – спустя несколько минут тишины ответила хриплым голосом.

Услышать подобное и в таком тоне было настолько непривычно, что я лишилась дара речи и полночи не могла уснуть, пытаясь переварить произошедшее в последние дни.

А утром как ни в чем не бывало вышла из дома первой, совершенно забыв о том, кто проживает со мной теперь в одном подъезде. Дамир стоял на том же месте, что и вчера, только взгляд на этот раз был более агрессивный.

– Нашел повод со мной увидеться? – выпалила, находясь в прекрасном расположении духа.

Опустила взгляд, доставая из рюкзака небрежно сложенную рубашку, и протянула ему.

– Склероз одолел, – хмыкнул Загорский и схватился за свою собственность, соприкасаясь при этом с моей кистью.

Отдернула руку и сделала шаг назад.

– Ты не вызвал лифт, – сказала с недовольством и шагнула ближе к кнопке, нажимая на ту и гипнотизируя взглядом.

Всем телом ощущала присутствие рядом Дамира и старательно игнорировала, поражаясь собственной смелости. Но те часы, когда я полночи думала о своем будущем, сломали что-то во мне, а может, наоборот, починили, расставив всё на свои места. “Научись говорить нет”, – шептала сама себе мысленно слова соседки Алены, которая видела всё со стороны.

– Уж больно ты смелая с утра, Ти-на, – незаметно подкрался парень ко мне сзади и дунул на оголенный участок шеи.

Стиснула челюсти и промолчала, не поддаваясь на его провокации. Ему это не нравилось, вон как запыхтел, от него повеяло раздражением.

– Игнорируешь меня? – усмехнулся, отодвинулся от меня, но продолжал гипнотизировать мою спину.

Лифт, как назло, всё не ехал, но когда кабина, наконец, оказалась на нашем этаже, а створки распахнулись, я шагнула вперед и напряглась, не подумала, что в замкнутом пространстве мы останемся наедине. Только вдвоем. Как же тесно внутри, не протолкнуться.

– Преследуешь парня лучшей подруги, ай-яй-яй, Завгородняя, какая ты нехорошая девочка, – тут же накинулся на меня с обвинениями, ничем необоснованными и оттого бесящими.

– Хочешь сказать, это я сняла квартиру в твоем доме, оставляю у тебя свои вещи и пристаю? – не выдержала и подняла на него взгляд. Это стало роковой ошибкой, я утонула в его глазах, сама того не подозревая.

– Игнорировать силенок не хватает, правда? – по мужским губам скользнула довольная улыбка.

– Чего ты от меня хочешь? – устало выдохнула, плечи опустились в расстройстве, хорошее настроение улетучилось так споро, словно его и не было.

– Это ты в меня влюблена, не я в тебя, так что сама и ответь, чего, – пожал плечами этот наглец и вдруг нажал на кнопку остановки лифта.

– Ты что наделал? – кинулась к панели, но его тело перегородило мне дорогу, так что дотянуться до вожделенной кнопки первого этажа не удалось. Дыхание участилось, ладошки вспотели, и я нервно поправила лямку рюкзака на плече. – Отойди, Загорский, ты слишком высокого мнения о себе, я опаздываю на пары.

– Обоснованного, не так ли?

Парень сделал шаг вперед, заставив меня отскочить и упереться спиной в стенку лифта.

– Ч-что? Не подходи ближе!

Он и не думал отступать, не собирался слушать мой истеричный вопль. Наклонился, его губы коснулись моего виска, затем пальцы подняли мой подбородок, прошлись подушечками пальцев по чувствительной коже шеи.

В этот момент лифт снова тронулся, направляясь вниз, но спокойствия мне это не принесло.

– Испугалась? Думала, что-то плохое с тобой наедине сделаю?

Сглотнула ком и промолчала, ответ он и без меня знал. Ехали мы в полной тишине, после чего створки лифта снова открылись, а передо мной замаячил благословенный выход.

– Я ухожу, – вопреки словам продолжала оставаться на своем месте, напротив Загорского и под его внимательным взглядом.

– Я тебя не держу, ты сама хочешь остаться, – губы изогнулись в странной улыбке, но я была не способна сейчас расшифровывать ее значение.

– Не хочу, – заупрямилась, раздражаясь всё больше.

– Так иди, – отстранился, кивнул в сторону выхода, нажал на кнопку, когда створки стали закрываться, и уставился на меня в ожидании. В его глазах горел вызов и насмешка.

Будь я героиней фильма, из ушей бы повалил пар, но всё, что я могла, так это гордо задрать подбородок и пройти равнодушно мимо. Хотя кого я обманывала, сердце колотилось в бешеном темпе, пульс зашкаливал, угрожая мне перманентной тахикардией, а спиной я ощущала его издевательскую усмешку. Чертов идиот с расстройством сознания. То отталкивает, то лезет в мою жизнь, как в свою, что ему надо, в конце концов?!

Стоило мне выйти из подъезда, как глаза ослепило от солнца. Я прищурилась и прикрыла их рукой, а в этот момент произошло непредвиденное.

– Крис, ты долго.

Черт, совсем забыла про Витю. Сзади хлопнула подъездная дверь, и я нутром ощутила, что мужские взгляды встретились, воцарилась тишина.

– А этот что здесь делает? – голос у моего парня стал злым и напряженным.

Я прикусила губу и, наконец, смогла разглядеть его получше. Сзади чувствовала дыхание Дамира, предвидя надвигающиеся неприятности.

– Хорошо, что ты тут, Вить, – подскочила и практически побежала в сторону его машины. – Мы опаздываем, поехали?

Надеялась, что они не станут на ровном месте устраивать разборки, хотя и повода, казалось, не было, но зная отвратительный характер Загорского и его способность ляпнуть что-то против меня, переживала.

– Хм, – послышался знакомый полусмех, стиснула кулаки и не стала оборачиваться, чтобы не видеть его самодовольную рожу.

К счастью, буря миновала, и Ланковский галантно усадил меня на пассажирское сиденье, после чего сел сам и тронулся с места. Вот только в салоне витало необычное напряжение, которое заставляло меня нервничать.

– Ты непривычно молчалив.

С ним было довольно легко, и пусть встречались мы всего ничего, но за последние дни произошло столько всего, что это совершенно не ощущалось.

– Что он там делал? – процедил Витя, игнорируя меня и не глядя мне в лицо. Скулы его были стиснуты, пальцы впились в баранку руля.

Спрашивать, о ком он, и включать дурочку не стала, не хотела унижать ни себя, ни его, да и скрывать было по факту нечего.

– Мы живем в одном подъезде.

– С каких это пор? – впервые повысил голос и глянул на меня бешеным взглядом.

Тело охватило оцепенение, сама я застыла с выпрямленной спиной.

– Почему ты на меня кричишь? – поджала губы. Несмотря на мою слабохарактерность, когда на меня повышали голос, что-то во мне включалось, заставляя защищать себя. – Сбавь скорость, мы разобьемся.

Страх липкой патокой растекся по венам, но я пока держала себя в руках, с испугом наблюдая, как спидометр начинает зашкаливать.

– Прости, – после некоторой паузы Витя качнул головой и перестал так бешено гнать.

Адреналин в крови постепенно утихал, а вот я сидела напряженной, как струна, ни на каплю не успокоившись.

– И с каких пор Загорский живет с тобой в одном подъезде?

На этот раз вопрос был задан не грубо, но по нетерпению, сквозившему в мужском голосе, я понимала, насколько тяжело ему было себя контролировать.

– Недавно вроде как, – пожала плечами.

– Недавно, – медленно повторил за мной, растягивая гласные.

Промолчала, мне нечего сказать.

– И как часто вы видитесь вот так по утрам? – снова поинтересовался. – Может, по вечерам тоже?

– Глупости, – произнесла слишком резко, поздно спохватилась, но Витя был так поглощен злостью, что ничего не заметил. – То есть… Мы просто соседи по подъезду, откуда бы нам видеться. Сегодня просто столкнулись утром.

– Хорошо. Прости еще раз за мою вспыльчивость, – извинился передо мной Витя, но эта вспышка гнева насторожила.

Встряхнула головой, прогоняя от себя тревожные мысли, списала происходящее на обыкновенную ревность по отношению к сопернику.

– Тебе не о чем переживать, Дамир… – горло перехватило спазмом, когда я произнесла его имя вслух. – Он последний парень, о котором тебе стоит беспокоиться. Это уж, скорее, мне нужно нервничать, это ведь ты у нас мечта студенток.

Мужские губы изогнулись в понимающей усмешке уверенного в своей привлекательности самца. Кожа покрылась мурашками, но в этот момент прозвучал сильный гудок слева. Первым в глаза бросился яркий синий цвет, а уже после надменное лицо.

– Что ему надо, – прошипел сквозь зубы Ланковский, после чего опустил стекло, встречаясь глазами с Дамиром.

Они сверлили друг друга непроницаемыми взглядами, не обменявшись ни единым словом, а затем кивнули друг другу. Зазвучал визг шин, гул мотора на пределе мощностей и стук моего испуганного сердца. Если действия Вити я понимала, то вот Загорского – нет. Понимала лишь одно, он хочет окончательно испортить не только мою жизнь, но и первые отношения.