Глава 18

Лилия Топоркова

Кафе, в котором Лилия сидела, было не из дешевых, чашка кофе стоила не меньше тысячи рублей. Когда-то ей было запрещено появляться в таких местах, не дай бог пересечется с Валентиной, усопшей женой ее Миши. Валя. До чего же мерзкое имя.

— Прости, что опоздала, пробки восемь баллов, еле вырвалась вообще из школы.

Новая подруга, личный помощник директора школы, в который ходила Алиса, села напротив Лили и обмахнула лицо рукой. Видно было, как спешила на встречу, вся запыхалась и вспотела. Шутка ли, как только устроилась на работу в элитную школу, сразу же обзавелась подругой из высшего общества. Элиты, которая обычно смотрела на таких, как она, свысока.

— Не страшно, Евгения, я выпила чашечку кофе, так что даже ругаться не хочу.

Женю коробило ее полное имя, но она не решалась возразить, заметив, что Лиля всех называла по паспорту и вела себя, как настоящая светская леди. Даже завидовала ей, чего греха таить — дом полная чаша, красавица-дочь и богатый муж. У женщины было всё, о чем могла мечтать любая другая.

— Я заказала тебе латте и легкие закуски, полезные для фигуры.

— Ты как всегда добра и внимательна, — улыбнулась Женя, а у самой голодом свело живот. Она посмотрела на соседний столик, где лежали бутерброды и сглотнула, захлебываясь слюной.

Сделала глоток воды и, наконец, отдышалась.

— Ты принесла мне информацию?

Женя кивнула и потянулась к замку сумки. Руки у нее тряслись, ведь фактически она шла на должностное преступление, оглашая закрытую информацию посторонним лицам. Утешало ее только то, что делала она это во благо. В конце концов, Лилия теперь входила в попечительский совет, а ее вторая дочь, точнее, падчерица, училась в их школе. Естественно, ее интересовали кандидаты на должность сурдолога.

— Только никому, Лиль, еще ничего не решено.

Воровато оглядываясь по сторонам, Женя протянула папку с файлами подруге. Топоркова внимательно пролистала документы и вдруг чему-то улыбнулась.

— Я слышала, директриса прислушивается к твоим советам, ты вроде как специализируешься на ин… на детях с проблемами слуха, и весьма успешно контактируешь с такими.

— Да, так и есть, — зарделась и засмущалась Женя, опуская голову. Ей льстило внимание к собственным заслугам.

— Моя Нина — особенный ребенок, и я не могу допустить, чтобы с ней работали халатные специалисты. Вот этот вызывает доверие. Он уже работал в интернате с глухими людьми, я в нем уверена.

— Окончательное решение примет директор, — замялась помощница, выкручивая немного собственные пальцы.

— Она прислушивается к твоим советам, дорогая, — тут же взяла девушку в оборот Лилия, схватила чужие руки в свои ладони и сжала их. — Думаю, в таком важном вопросе твое мнение и совет станут решающими.

— Мне кажется иногда, что ты общаешься со мной только ради выгоды, — заметила Женя, чувствуя себя неловко после этих слов.

— Глупости, — попыталась успокоить “подругу” Топоркова. — Ты же знаешь, что я сама из простой семьи, и все эти жены богачей мне не по душе, дочери таких же толстосумов. Им нас и наше детство не понять. Они никогда не знали безденежья, не в курсе, каково это — зашивать собственные капроновые колготки, потому что на новые денег нет.

Женя подняла глаза и улыбнулась сквозь слезы. Слова подруги отозвались у нее в душе, ведь буквально недавно, еще до устройства на работу в эту школу, так ее жизнь и проходила.

— Да, ты права, думаю, этого сурдолога и наймем, директриса как раз ждет от меня вердикта после собеседований, — успокоившись, Женя кивнула, а затем положила папку обратно в сумку. В ней находился конверт, и хоть ее немного коробило брать их, но она здраво рассудила, что ничего такого в этом нет, всего лишь помощь более удачливой подруги.

— А вот и еда. Слушай, как насчет похода в СПА? Не переживай, я приглашаю, а значит, плачу. Такая тяжелая неделя была, знаешь же, что Нина, эта негодяйка, выкинула. У Миши от ее выкрутасов давление поднялось, аж скорую вызывать пришлось. Я еле уговорила его не рубить с плеча и позволить ей остаться жить в общежитии.

Как только Женя услышала, как Лиля печется о падчерице, у нее отлегло от сердца. И ничего плохого она не делает, всего лишь протолкнет нужного человечка в штат, так все делают.

После СПА Лилия поехала сразу домой, чтобы успеть оказаться там как раз к приезду мужа. Но он уже был там и ходил сам не свой, злился и шпынял прислугу.

— Случилось что-то серьезное?

Муж не стал ничего говорить, развернулся и тяжелой походкой направился в свой кабинет. Лиля глянула на домработницу строгим и предупреждающим взглядом, затем пошла следом, прикрывая за собой дверь, чтобы никто не посмел греть уши.

— Выборы перенесли на пятнадцатое число.

Михаил налил себе воду в стакан и сделал внушительный глоток. Нервно сдернул галстук и шумно присел в кресло, ощущая, как от злости внутри всё кипит и рвет.

— Всего десять дней разницы, Миш. Чего так нервничаешь?

— Ты не понимаешь. Одиннадцатого день рождения Нины.

— И что?

— И то! — рявкнул, злобно сжимая челюсти.

Лиля поджала губы, но больше ничем не выказала раздражения. Ее беспокоили загадки, которыми порой говорил муж, но она была не в том положении, чтобы качать права.

— Я не совсем понимаю, почему ты так злишься, дорогой. Может, сделать тебе массаж?

Подошла ближе, вставая за его спиной и массируя твердые плечи.

— Массаж тут не поможет, — выдохнул Михаил, но закрыл глаза, чувствуя приятное покалывание в области шеи.

Он было хотел рассказать жене, как на самом деле обстояли дела, и наконец пояснить, почему позволял Нине такие большие траты в обход интересов жены и Алисы, но в последний момент прикусил язык. Не то чтобы он Лиле не доверял, но давно уяснил, что женщины не умеют держать язык за зубами.

А Нине вообще не стоило знать, кому на самом деле завещала бизнес и всё имущество Валентина. Как только ей стукнет восемнадцать, он восстановит справедливость, ведь всю жизнь положил на нелюбимую жену и ее семейку, в гробу им перевернуться.

Стыд Михаил не испытывал, всё же Нину, как свою дочь, несмотря на угрозы, он не обделит, после даже постарается найти ей мужа, который не обратит внимания на ее глухоту.

Раздражало, что частью активов он не мог пользоваться, надеялся, что удастся решить этот вопрос после выборов, когда у него будет больше власти, а теперь придется идти на поклон к Демидову.

А значит, нужно наплевать на прежние договоренности и ускорить брак Алисы и Глеба, чтобы у Ивана не было причин задавать лишних вопросов. Тот получит свои деньги и поможет ему с переоформлением активов.

***

Нина

Несмотря на окончание баскетбольного турнира, Глеб в школе до сих пор не появился, хотя прошло уже два дня. Убеждала себя, что мне до этого не было никакого дела, но то и дело поглядывала в коридор, словно проем из кабинета был для меня стеклом, сквозь который я смотрела на внешний мир.

Сергей несколько раз допытывался, что у меня произошло, почему я такая грустная, но откровенничать с ним не было никакого желания. Благо, он продолжал сидеть на своем привычном месте у окна и не докучал мне. Было немного стыдно перед ним, но косые взгляды и насмешки в чужих глазах ранили сильнее. Словно я мало того, что какая-то не такая, так еще и ветреная, запудрившая мозги двум парням. Не нужно читать мысли, чтобы понять, с каким посылом все смотрели на меня. Никто не мог понять, что во мне нашли два этих парня.

Спустя несколько дней в школе царил какой-то ажиотаж с утра пораньше. Ученики носились туда-сюда, оживленно болтали, жестикулируя, и наконец не обращали на меня внимания.

— Все в актовый зал, — произнес после пятого урока жестами староста класса, а после вышел, подхватывая свой рюкзак.

Где находился пресловутый зал, я не знала, так что собиралась учебники медленно, чтобы пойти вслед за одноклассниками. Сергей, как назло, по привычке поравнялся и попытался было закинуть руку на мое плечо, но я увернулась, уходя вбок.

Он стал излишне навязчивым, и меня это стало напрягать. Всю дорогу чувствовала на себе его взгляд, но головы не повернула, сосредоточившись на том, что происходило вокруг.

В суматохе не поняла, о чем говорили ученики, они двигались слишком быстро, чтобы я могла разобрать их речь по губам. А когда нас собрали в актовом зале, всё прояснилось.

Конкурс талантов. Обязали даже выставить кого-то из нашего коррекционного класса. Руки у меня похолодели, а коленки затряслись, когда наши стали переглядываться слишком уж оценивающе, некоторые даже кинули такие взгляды на меня. Спустилась на кресле чуть вниз, чтобы не привлекать к себе внимание, а затем, когда собрание еще не завершилось, быстро юркнула на выход.

На улице уже похолодало, так что первым делом побежала в гардеробную, где оставила пальто, но не я одна была такой умной, решившей сбежать раньше времени, чтобы не стоять в очередях.

Алекс. О нем я успела уже забыть.

Он сидел на подоконнике, одна нога была спущена вниз и болталась туда-сюда. Замедлила шаг на подходе к первому этажу, заметив парня. В холле больше никого не было, но единственный путь к гардеробной — через него.

Он не мог меня не заметить, его голова медленно повернулась в мою сторону, но он даже не улыбнулся. Вперился равнодушным взглядом, а затем отвернулся. Это был сигнал к тому, чтобы поспешить.

Быстро застегнулась на все пуговицы, подхватила рюкзак и побежала к выходу. Только вышла из-за поворота, как вдруг застыла, увидев около школьного стенда Сергея и Алису. Лицо парня мне было не видно, а вот сестру я видела отчетливо, во всех деталях. Они меня не заметили, увлеченные разговором, а вот я спряталась за угол, но не сдержала любопытства, считывая движения губ сводной.

— Свидание в кафе? Ты серьезно? Нас могут увидеть.

Прикусила губу, не понимая, что происходит.

— Мы так не договаривались, Сергей.

Пауза. Парень коснулся плеча Алисы, но она дернулась, недовольно кривя губы.

— Сделай всё, как мы договаривались, доведи до конца, и тогда я подумаю.

Моего плеча вдруг что-то коснулось, и я подпрыгнула. Мужская рука тут же закрыла мой рот, а затем меня резким движением притянули к себе, выбивая весь дух.

Не знаю, сколько прошло времени, но когда меня прижали спиной к стене и убрали руку, я судорожно глотнула ртом воздух.

Передо мной стоял Алекс.

— Кто бы мог подумать, что с твоим появлением вся школа перевернется вверх дном.

Закусила губу и заметалась взглядом по холлу, вот только мы были тут только вдвоем.

— Ты ведь по губам читаешь, Ни-на?

Настороженно кивнула.

— Я думал, у меня семья ненормальная, а твоя побила прям все рекорды.

Чужой палец коснулся моих волос и намотал на фалангу локон. Скосила глаза, но не дергалась, опасаясь сделать лишнее движение, которое привлечет его внимание.

Алекс меня пугал до дрожи в позвоночнике и холоду в животе.

— Ты ведь не слышала, что говорил Сергей, верно? — его губы изогнулись понимающей змеиной улыбкой. — Ну да, ты же вообще ничего не слышишь. Бедная Нина, даже не знает, какие змеи вокруг ее окружают.

Он ошибался, делая свои предположения, ведь я не заблуждалась насчет своей семьи. Знала, как они меня ненавидят и что хотят моего исчезновения. Вот только был прав в одном, Сергея я не слышала, но их разговор с Алисой не на шутку испугал.

— Хочешь узнать, что пообещал твой парнишка твоей сестре?

Тяжело задышала, ощущая нехватку кислорода в легких, но усмехнулась и отрицательно покачала головой.

— Удивила. Впрочем, я вижу интерес в твоих глазах. Сегодня в пять вечера подходи в Уют, знаешь ведь кафе на проспекте Мира? Я не попрошу много, ценная информация в обмен на ранний ужин. Не бойся, наши туда не ходят.

Алекс ушел, закинув руки в карманы брюк, и я еще несколько секунд стояла в ступоре, наблюдая за его уходом. Внутри меня бушевал ураган, я ощущала себя преданной и разбитой, но больше всего тревожил тот факт, что все мои и мамины вещи лежали в гараже Сергея.

Идти на встречу с Алексом желания не было, но беспокойство за сохранность ценностей пересилило тревогу. Вдруг Алиса пытается заполучить их любой ценой? Ей и ее матери лишь в радость портить мне жизнь.