ГЛАВА 32

Юля с Кондратом вернулись через несколько минут к гостям, решив сходу объявить о грядущей свадьбе. Хотя уже ни для кого это не стало неожиданностью, все тут же кинулись их поздравлять, поднимая бесконечные тосты. Юлька сидела на коленях у Кондрата, и беспрестанно целовала его, по просьбе зрителей, стараясь делать это скромнее. Чего увлекаться на потеху публике…

Дети бегали вокруг возбужденные и радостные, растроганная Зина всплакнула, хотя первая узнала о грядущих переменах, еще несколько дней назад. Нина произнесла целую вдохновленную речь за будущую счастливую жизнь двух любящих сердец, нашедших друг друга во тьме и сумраке современного мира. Все были впечатлены ораторскими способностями Ниночки. Каждый из друзей Кондрата, похлопал по плечу будущего молодожёна, не упустив возможности поерничать с умным видом и на эту тему.

Данька на радостях облился соком, и Юле пришлось идти в дом, чтобы взять ему переодеться новую футболку. Она уже прикрывала дверь детской комнаты, собираясь спуститься на первый этаж, когда чье-то резкое и неожиданно движение буквально припечатало ее тело к стене.

— Ты это серьезно? Ты не передумаешь? — Андрей буквально навалился на ее всем телом, готовый смять под собой. Тон был серьезный, без всей язвительности и саркастичности, что он сегодня активно практиковал. Взгляд исподлобья упрямый и жесткий, с намереньем вытрясти из нее все ответы или клятвы, если потребуется.

— Ты, что рехнулся? Ты, что себе позволяешь? — Юля попыталась вывернуться из его стальной хватки, но разве ей под силу бороться с этой тушкой, которая раздавит ее в два щелчка. И еще она удивилась, как он неслышно пробрался вслед за ней. Вот и случилось то, чего она так напряженно ждала весь день, его основного рывка нападающего. Если хотел бы, они могли мирно обсудить все волнующие вопросы, но ему надо было обязательно запугать.

— Я хочу быть полностью уверен, что эта сопливая идиллия мне не мерещится. — Андрей выжидал момент с ней поговорить наедине, но Юльку все время окружали ненужные свидетели. Он не собирался нападать на нее, все случилось спонтанно. Но такая тактика была вернее, чем вести с ней благонравный разговорчик. И вот, нахалка, в глазах страха совсем нет, скорее злость и раздражение, за вторжение на свою личную территорию. Ничего, переживет…

— Мне на Библии поклясться? И отпусти, задушишь меня, и не состоится «сопливой идиллии», как ты говоришь. Трупик мой придется тебе потом за банькой прикапывать. — Юля была в бешенстве от его нападения, готовая сейчас рвать и кусать его. Да, как он посмел нападать на нее в такой бандитской манере? В собственном доме, где за стеной, на лужайке веселятся гости, тостуют за них Кондратом, будущую семейную жизнь.

— Обойдемся без дурацких ритуалов. — он ослабил хватку, давая ей вздохнуть свободнее. Конечно, умертвлять ее, не входило в его планы. — Я просто хочу быть уверенным, что ты осознаешь, во что ввязалась, что не испугаешься, не предашь его. Твоя биография не внушает мне доверия, знаешь ли…

— Ты меня за дуру совсем держишь, я не пойму? — она ткнула пальцем в его железобетонную грудь, чуть не сломав запястье, и приходя от этого в еще более жгучую, неконтролируемую ярость. Сжимала кулаки, с трудом сдерживаясь, чтобы не настучать ему по тупой башке. Но постаралась не кричать, хотя голос дрожал, готовый сорваться. — Весь такой справедливый и безупречный, претензии предъявляешь! Да, ты кто такой?! Ты хоть знаешь меня?! В какие игры ты играешь? У тебя нет права! И если тебя кто-то в жизни обидел, выплескивай свои комплексы не на мне, понял?!

— Я имею право знать! — зарычал он так же, не повышая голоса. — Я тот, кто уже десяток раз вытаскивал его из петли, утешал его рыдающую мать, пытался вправить мозги, заставить жить дальше. Я хочу быть уверен, что этого больше не повторится! Теперь тебе понятно?

— Мне понятно, что ты сбрендил! Вот, что мне понятно! Ты думаешь, что я с Кондратом поиграюсь в любовь и сольюсь под звуки несостоявшегося Мендельсона?! У тебя кретинское представление мира, если ты не веришь в любовь… Тебе, какие гарантии нужны? — она понимала его мотив, и даже готова была найти ему оправдание, когда-нибудь потом… Когда ее отпустит ярость и злость на этого болвана. Но не таким же кровожадным способом люди проясняют свои сомнения?

— Отпусти ее. — сзади раздался спокойный, но приказной голос Лешки. Он сразу заподозрил неладное, когда вслед за Юлей, незаметно для веселящихся гостей исчез и Андрей. Этот импровизатор прет напролом, как бы его не предупреждали не лезть и не вмешиваться. Леша встал между Юлей и Андреем, оттесняя того к дальней стене. — Чечен, твою за ногу, ты соображаешь, что ты делаешь? Это будущая жена твоего друга, и я теперь не знаю, простит ли она тебя за эту выходку…

— Если с Кондратом будет все хорошо, мне ее прощение не вперлось ни в глаз, ни в бок. — Андрей чуть отступил, но сдавать так просто свои позиции не собирался.

— Тебе чего не хватило? — Леша все мог понять, но поведение Андрея в данный момент выходило за рамки разумного. Ему хотелось встряхнуть Андрюху, дать пару раз в пятак, чтоб мозги встали на место. — Я поручился за нее перед тобой! Я просил тебя не лезть, придурок. И я теперь не удивлюсь, если она тебя выгонит из своего дома, к чертям собачим. А я тебе пинка для ускорения дам. А ты подумал, что будет, если Кондрат об этом узнает? Он же верит тебе! А ты позволил себе обидеть его любимую женщину, свинья неблагодарная…

— Не выгоню… И не узнает… — тихо и печально ответила Юля на предположения Леши. Вся злость на Андрея начала испарятся, накатило жуткое сожаление, что этот друг Кондрата, оправдал ее самые скверные подозрения. — И Кондрата я не хочу расстраивать… Он сейчас такой счастливый…

— Юлька, иди ко мне. — Леша протянул ей руку, Юля доверчиво вложила свою маленькую ладошку в его крупную загорелую лапищу. Он приобнял ее, поставив впереди себя, эта мелкая подружка и до плеча ему не доставала. Поцеловал в макушку, испытывая сейчас к ее мудрости благодарность, и добавил специально для Андрея. — Она под моей защитой, понял? Только тронь ее. И, вообще, герр Штирлиц, отрабатывай свои гестаповские штучки на ком-нибудь другом.

— Леша, ты не в курсе, он же теперь месье из предместий «Парижу», как он вашу деревеньку обозначил? — к Юльке стало возвращаться ее нахально-насмешливое настроение, с привкусом горечи и обиды. Леша рядом, он защитит, хотя и не сказать, что Андрея она сильно испугалась. Но выбесил он ее сильнее некуда.

— Да, у него столько масок, что он и сам забыл, какой он настоящий. — с горечью произнес Леха, понимая, что в очередной раз простит этого придурка и Юльку будет уговаривать о прощении для него. Что не сможет отказаться от друга по имени Андрей, хотя тот раз за разом перегибает палку. Они любили жестко прикалываться друг над другом, и часто не лишали себя этого удовольствия, не уступая ни на грамм. Но Лешка знал одно, любимых женщин своих друзей надо беречь. Тем более, любой женщине Кондрата нужна их поддержка, и не проверки на вшивость. — Он же может быть нормальным, так нет, ему подавай весь этот балаган с оркестром. Меру надо знать.

— Ты, конечно, тут можешь выступать в роли благородного рыцаря, я ничего против не имею. — Андрей был безбрежно спокоен, словно и не он несколько минут рычал, придавливая Юльку к стене. Она только удивлялась таким переменам, что еще раз подтверждало правоту Лехи о «масках и играх». — Но хочу заметить, что Кнопочка мне понравилась, и я ее одобрил. А встряска пошла ей только на пользу. Так что, извинятся мне особо не за что…

— Ну, очень специфически ты высказал мне свою симпатию! Я даже представлять не хочу, как ты ненавидишь… — Юле оставалось только восхититься его непробиваемой наглости. — И нафиг мне твои извиняшки нужны?! — она равнодушно пожала плечами, и, повернувшись к Лешке, хитро подмигнула, предложив тому интересную идею. — Леш, а давай, ему финку в бок и закапаем в огороде, а?

— Ох, какая ты кровожадная женщина, Юлечка. — засмеялся Лешка. — Но я знаю наказание для него похуже. Давай лучше, Нинке пожалуемся на его поведение. Пойдем, Юль…

— Эй, Лех, подожди! — встрепенулся Андрея, проигрывая в голове разные варианты своего искупления, выбирая меньшее из зол. Гнев Нины он еще раз не хотел на себе испытывать, видеть в ее глазах презрение было худшим для него наказанием. И Леха об этом прекрасно знает, гаденыш, и сейчас пользуется его единственной слабостью. — Ну, чего сразу Нинке-то жаловаться? Давай обсудим финку в бок, а? Мне эта идея больше нравится…

***

Юля вернулась к гостям чуть позже Андрея и Лешки, ей было необходимо минут пять-десять, чтобы прийти в себя и с приклеенной улыбкой возвратиться обратно. Увидела Кондрата, смеющегося над шуткой Андрея, и поняла, что вряд ли сможет ему рассказать про безобразное поведение друга. Значит, останутся только трое свидетелей, если только не исполнит свою угрозу Леха и не нажалуется Ниночке. Хотя Юля была уверенна, что он оставит этот эпизод в тайне, используя его потом для небольшого шантажа Андрея. У ее любимого нет других друзей, и ей придется смириться с тем же Андреем, как с неприятным бонусом в ее будущем с Кондратом.

Как он сможет жить без этих ребят, что заменили ему в жизни братьев? Они иногда так и обращались друг к другу «брат». Очень важные события в военном прошлом объединили их в настоящем и вряд ли разлучат в будущем. Они будут друг за друга рвать, будут даже друг с другом бодаться, как сегодня Лешка и Андрей сцепились из-за нее, но они никогда не предадут, не бросят. Его уже бросили доармейские друзья, и она не посмеет любимого человека лишить общества этих грубоватых мужиков. Такая дружба, как у них, дорого в жизни стоит. Ее нельзя купить или продать, кажется, ее даже трудно заслужить, в такие отношения врастаешь намертво, до последнего вздоха.

Она только жалела, что у нее нет таких друзей… Хотя сегодня Ника шокировала ее, и они как-будто снова вернулись в те школьные годы, когда были неразлучны и словно не было этих долгих лет друг без друга. И Юля верила, что теперь Ника больше не пропадет из ее жизни. С Максимом она снова будет учиться дружить, уже в качестве совместных родителей. А Колька Земцов, он никогда о ней и не забывал, всегда звонил, интересовался ее делами. Это она избегала всех своих школьных товарищей, опасаясь разоблачения после рождения Стаса, а потом и Дани.

Оставь все сомнения и иди, веселись вместе со всеми, уговаривала она себя. Юля шагнула в круг света, подошла к Кондрату, обняла его, не стесняясь никого, поцеловала и прошептала тихо, только для него:

— Скучала очень… люблю тебя…

— Я тоже скучал… Где ты так долго ходила? — он в ответ усадил к себе на колени, не собираясь выпускать до конца вечера. Несмотря на то, что рядом ему составляли компанию его лучшие друзья, его названные братья, он все время искал ее глазами. Видел, даже если вдалеке и тут же становилось тепло и хорошо на душе.

Юля хотела ответить, но не успела, увидев, что Руслан привлекает к себе внимание всех собравшихся. В руках у него была гитара, которую где-то у соседей раздобыла Васька.

— Я хочу небольшой отрывок одной известной песни посвятить девчонке, которая поразила меня до глубины души… — он посмотрел на Юлю, кивнул ей ободряющее. — Она смогла сделать то, чего оказалось не под силу трем мужикам… Хотя эту песню можно посвятить всем хорошим девчонкам, независимо от возраста, которые рядом с нами несмотря ни на что или даже вопреки всему… — Руслан несколько раз перебрал струны гитары, настраивая ее по себя.

— Моцарт, ну когда ты настроишь рояль? — не выдержал ожидающей тишины Андрей.

— А тебя сейчас удалим из зрительного зала. — хмыкнул Лешка, обнимая сидящую рядом Нику.

Юля заметила странность, наблюдая за сладкой парочкой Леши и Никой. Не сводя друг с друга поглощающих взглядов, они не смотрели друг другу в глаза, кто-то из них сразу отводил глаза. Но искры от них невидимыми нитями расплескивались вокруг них, заражая атмосферой томной страсти. Юля даже улыбнулась свои предположениям, что от них сейчас можно подзаряжать батарейки, настолько выплескивалась их неуемная энергетика во вне. Они были не в силах сдержать рвущиеся наружу чувства и мысли, обращенные друг к другу.

Сколько интересно, они будут искрить, пока не притрутся друг к другу, перестанут задевать мелкими подколками и показывать «высокие отношения»? Как Ника сегодня, ругалась с ним все утро, а потом показывала средний палец спине любимого мужчины. Или они никогда не угомонятся, и будут всю оставшеюся жизнь испытывать друг друга на прочность?

Ее размышления прервал красивый голос Руслана, затянувшего песню, кстати, посвященную немного ей. Юлю очень тронули слова Руслана о «хороших девчонках», к которым он причислил и ее.

«Когда эта девочка рядом со мной,

Мне нет под солнцем страха и нет под луной.

Когда эта девочка мне смотрит в глаза,

Я не чувствую боли, не чувствую зла!

Когда с этой девочкой я бегу во ржи,

К обману равнодушен, равнодушен ко лжи,

Когда эта девочка улыбнется мне,

Расцветут цветочки в газонах на окне»

Это было неожиданно для всех, что Руслан выберет именно эту песню достаточно стебной группы «Ляпис Трубецкой», но он спел ее с другими интонациями, с особенной нежностью и тоской.

Юля, вслушиваясь в слова, обняла еще крепче Кондрата и поцеловала его в висок. Он спрятался в ее волосах и так сидел затихший, слушая песню.

— Это и правда про тебя… — тихо прошептал он ей в ухо. — Ты именно такая девочка, самая лучшая… С которой и правда не чувствуешь больше боли… не испытываешь страха…

***

Дети несказанно радовались гостям, давно у них не было так весело. Известие о скорой свадьбе мамы и дяди Кондрата больше всего обрадовала Даню. Он внимательно разглядывал взрослых, желая вычислить самого авторитетного в вопросе, который Дане не давал покоя весь вечер. А когда можно будет дядю Кондрата «папой» называть? Можно ли не ждать свадьбы, ведь потом он все равно будет им папой?

Зато Стас на данный момент был очарован импровизированным концертом, и, не удержавшись, восхищенно воскликнул:

— Дядя Руслан, а ты поешь даже круче дяди Максима!

— Стасик, надеюсь, дяде Максу ты об этом не будешь говорить? — со смешком спросил Лешка, даже боясь представить себе реакцию поющего папашки Станислава.

— Нет, он, наверное, обидеться… — понимающе вздохнул Стас. — Но у него песни такие… для девчонок! А у дяди Руслана песни круче!

— Вот если бы это услышал Максим, да еще и из уст Стаса. Инфаркт был бы гарантирован. — проворчала еле слышно Ника, немного обижаясь за дорого друга. Она уже успела поговорить с Максом о поездке к Юле на дачу, и обещала ему посодействовать в завоевании симпатий сынишки. А тут такая конкуренция за симпатии мальчишек.

***

Кадык чувствовал себя очень неуютно в компании друзей Кондрата, и все время одергивал Василиску, которая пыталась в каждый разговор вставить свои пять копеек. Он аж весь сам вспотел рядом с суетливой Васькой, шипевшей на его опережающие тычки в бок. Он, за секунду до того, как Васька собиралась открыть рот, щипал или толкал ее в бок. Это не дачные соседи или свои люди в доску, как Юлька с Кондратом. От мужиков он чувствовал угрозу и опасность, и активно мешал Ваське озвучивать разные глупости. Перед такими опозоришься, всю жизнь высмеивать будут.

Васька сидела рядом с ним раскрасневшиеся и жутко недовольная, но послушно прикрывала рот, громко вздыхала, обращая много внимания на свой обиженный вид. Но Кадык мужик тертый и эти бабские штучки просчитывал на раз-два.

Видимо мужики давно не виделись в таком расширенном составе, и будут сидеть долго. Кадык выполнил свою скромную миссию, посидел в компании друзей Кондрата, как тот и просил, но пора и честь знать. Он отозвал Кондрата попрощаться:

— Ты, чего так рано? — удивился Кондрат, глядя на хмурого Кадыка. — Что-то случилось? — забеспокоился Кондрат. Мужики могли и что-то обидное сказать по поводу прошлого Кадыка, хотя Кондрат настоятельно попросил, особенно Андрюху, воздержаться от резких высказываний. Рассказал им, как Кадык помогал им с Юлькой отваживать беспутного Витьку. И вообще, он мужик хороший, хоть и с мутным прошлым.

— Извини, Кондрат, но мне как-то неуютно с твоими друзьями. — глядя в глаза новому другу, ответил Кадык.

— Почему? Они тебе что-то сказали? — заволновался Кондрат.

— Да не, не парься. Но твои ребятки мусорки. А мы с ними в разных песочницах играем.

— Кадык, в милиции работает только Леха, но никто и не делал из этого секрета. Я тебе говорил… — разочарованно выдохнул Кондрат. Вот, что у человека за жизненные установки? Тем более, Леха только усмехнулся, когда Кондрат рассказывал ему о друге, бывшем уголовнике. И попросил вести себя деликатно, и не бравировать майорскими погонами.

— Моя жо… чуйка. — хмыкнул Кадык. — Чувствует легавых за версту. Кондрат, это внутри меня уже не вытравить. Они все с погонами, причем в приличных чинах.

— Кадык, Руслан и Андрюха сейчас в отставке. Да, они бывшие военные офицеры, воевали в Чечне. Федералы, так еще их называют… — попытался пояснить Кондрат, даже получалось, что он пытается оправдать своих друзей из «другой песочницы». Но делится с Кадыком сомнениями по поводу «службы» Андрея и Руслана, не собирался.

— Ну-ну, пусть так и будет… — пожал плечами Кадык, оставаясь при своем мнении. — Но этот мент, майор, с которым ты служил, я бы на него последнего подумал, что он легавый…

— И почему? — Кондрату было сложно понять логику бывшего зека.

— Знаешь, он самый мутный из всех. Не пойму я, какой черт в нем сидит. А те двое, точно мусорки, я это прокурорское око нутром чую… Хотя твой слоняра Чечен и пытается паясничать, как шут гороховый…