ГЛАВА 5

Юлька посмотрела на Кондрата, тот ошарашенно слушал ее, не выпуская из своих рук ее ладонь, успокаивающе поглаживал. Может, ей всю жизнь не хватало этого простого желания выговориться? Быть понятой, не осмеянной и не осужденной…?

— Мы недолго встречались с Максом… Я на долго и не рассчитывала… Он меня не любил… А его своей любовью давила, не давала свободно вздохнуть… Он так и не решился переспать со мной, хотя я говорила ему, что не против… Не то, что я сильно хотела секса, меня угнетало, что моим единственным разом было с Яриком… Уже прошло больше года, после той дискотеки, мы учились в десятом классе… Когда, я поняла, что у него кто-то есть на стороне, и причем давно и не единственном экземпляре… Девчонки ему прохода не давали, а меня бросить он боялся… Вот так и встречались мы… Потом я его отпустила… Знаешь, во мне словно все перегорело…

— Юль, вы сейчас общаетесь с Максом?

— Нет. Я из всех одноклассников только с Колькой изредка перезваниваюсь. Я всегда думала, что в нашей компашке лидер Макс, он нас объединяет, и Ника еще… Все парни были в нее влюблены, и Макс и Колька, и в классе наши переростки слюни пускали… Но оказалось, что сила, которая нас всегда удерживала вместе, был Колька… Он к дружбе по особенному относится, трепетно, дорожит каждым, помнит о днях рождениях, всегда найдет время позвонить, поздравить…

— Понимаю… Лешка его уважает очень. Ну, знаешь, Леха он не будет говорить, вот как я люблю своего друга по работе Кольку, но поступки говорят сами за себя. Они жестко прикалываются, ругаются часто. Леха почти такой же псих, как я, только умело это скрывает от людей…

— У меня ощущение, что он вообще ненавидит людей… — недобро усмехнулась Юлька, уверенная в своей правоте. — Есть избранный круг общения у него, а остальной мир пусть катиться к черту. Вот сегодня с тобой…

— Я постараюсь больше не обвинять его в том, в чем он не виноват… Знаешь, мы всегда ищем на кого бы нам свалить свои неудачи. Мне потом всегда стыдно. И мама причитает, она на него молится… Ну, ты сама увидишь…

— Кондрат, если сможешь… расскажи, как это с тобой случилось… — она неуверенно кивнула на его ноги. — Я пойму, если не ты откажешься…

— Юль, ты знаешь, как мы с Лехой познакомились?

— Если бы ты знал! Как Леха много о тебе рассказал. Дословно: вместе служили, попали на войну, тебя ранили, потом вот это… Тебе тридцать пять, и ты больше не откликаешься на свое имя Олег… И все это почти под пытками я выведала.

— Юль, он сам никогда не расскажет, я его знаю. Но о нем писали в газетах, у него награды… Что ты об этом знаешь? — Кондрату хотелось рассказать ей все-все, он понимал, что ничего не скроет от Юльки, просто собирался с духом.

— Очень смутно… Он был в плену у чеченцев, у него изуродована спина…

Юля содрогнулась, вспомнив уродующие шрамы вдоль спины, сама она их видела один раз. А вот тетка Алевтина постоянно заводила разговоры о соседе, и все заканчивалось выводами, что Алексей продал душу, чтобы выжить на войне, а грубые шрамы на спине, результат договора с дьяволом. Тетка всегда уточняла, что никто не знает подробностей, как он выжил в плену, о чем договорился с боевиками, почему его отпустили? Променял Родину на жизнь?

Юля была уверенна, что тетка от нехватки информации сильно фантазирует. Военные не дураки, и никто не позволил бы Лехе дослужится до майора милиции, если бы он был под подозрением.

Она долго всматривалась в лицо Кондрата, не нарушая паузы, пока он собирался с духом, пока ее не осенило чудовищной догадкой. Вспомнила слова же Кондрата: «Зря ты меня вытащил тогда, я же просил тебя, брось меня, брось меня... Почему ты мне не дал сдохнуть?».

— Ты был с ним в плену, да…? Как это случилось? — тихо спросила она, перехватив у него инициативу, сама взяла в ладони его огромную руку, почти медвежью лапу.

— Да, Юль… выжили только мы с ним… — так же тихо ответил он. — Мы передвигались небольшой колонной… На нас напали, мы пытались отбиться… Силы неравные, а опыта боевого у нас почти не было… Кого не убили сразу, поволокли в лагерь в лесу… Они ненавидели нас… федералов…

***

От того, что начал рассказывать Кондрат, у нее волосы дыбом встали. Яма для пленных, издевательства, избиения, унижения в течении нескольких дней. Жуткие пытки офицеров, из которых вытрясли все необходимые сведения, подвергли бесчеловечным унижениям, отрезали головы, с которыми чеченские наемники играли в футбол.

Кондрат большое время плена провел без сознания после избиения, и рассказывал больше со слов Лешки. Как начался обстрел, как отползали в лес, как Лешка, завернув друга в брезент и обмотав веревками, тащил через лес несколько километров. Кондрат несколько раз приходил в себя, просил оставить здесь, в лесу, считал, что уже не жилец. Было очень больно, началась гангрена, поражающая ноги, и счет пошел на часы.

Были эпизоды плена, которые Кондрат помнил сам, особенно первый день. Сначала пытали офицеров, солдаты слышали их нечеловеческие крики, тряслись от страха, пытались закрыть глаза, но их заставляли смотреть. Обессиленным командирам, с издевкой предложили себе продлить жизнь самым глумливым и унизительным способом, до которого только можно было додуматься. Один, лейтенант, совсем молоденький парень, только после учебки, сразу отказался, ему перерезали горло и кинули тут же на поляне.

Боевики выстроили солдат в шеренгу, их осталось чуть больше десяти, поставили на колени командира, майора, они его уважали, нормальный мужик был лет сорока, и велели ублажать подчиненных. Заставили всех снять штаны, внимательно осмотрели мужские достоинства, перебрасываясь шуточками. Первым вытолкнули из шеренги Леху, назвав его вполне симпатичным для этого дела.

Леха пытался дернуться, вырваться, понимая, что сейчас предстоит, но ему представили нож к горлу, а на остальных ребят наставили автоматы, заставив сделать выбор. Раз не жалко своей жизни, то гибель твоих сослуживцев будет на твоей совести. Офицеру, чтоб был более сговорчивый, тоже пригрозили немедленным расстрелом всех пленных.

Лешка сдался, сломался в тот момент. Он не мог остановить слез, когда к нему подтащили избитого командира, заставив ублажать солдата противоестественным способом. Пригрозили, что если не сможет возбудить одного солдата, то умрет тут же. Майор выл, хрипел, стоя на коленях, пытаясь что-то сделать руками и разбитым ртом, в котором почти не осталось зубов, все выбили.

Лешка плакал, не скрывая своих слез, его плечи тряслись, но стоял смирно, видя автоматы, направленные на друзей, нож у горла его уже перестал пугать. Как жить дальше после того, что происходит сейчас? Вряд ли их оставят живыми, им просто продлевают мучения, сделали игрушками своей глумливой прихоти.

Он подвел своего офицера, у того не получилось возбудить солдата. Лешку отпихнули обратно к ребятами, выбрали другого парня, поставили на карачки, придумывая другую унизительную забаву для майора. Долго потешались, улюлюкали, хлопали в ладоши, пока офицер, находящий в шоке, пытался совершить противоестественный акт в задний проход. Ничего не вышло…

Майора казнили тут же, на поляне, он даже не сопротивлялся, скорее за благо принимая смерть. Один из пацанов не выдержал, забился в истерике, его поставили как мишень, и метали в грудь ножи. Обезумевший солдат еще долго корчился в предсмертных муках, получив с десяток ножевых ранений.

— Я думал сойду с ума… И нас всех пустят по кругу… — продолжил Кондрат. — До меня очередь не дошла… Им вскоре надоело… Из меня они сделали мишень, стреляли по ногам специально, чтобы не убить… После третьего выстрела я упал… Меня избили, и я потерял сознание…

***

— Мамочки родные! — шептала Юлька в ужасе, не сдерживая слез. Ее охватил страх, чтобы самой не лишиться рассудка после его рассказа. — Как? За что? Они не люди… хуже зверья…

— Знаешь, Юль там были чеченцы, среди боевиков, но больше наемники из разных стран, арабы, даже пара русских были… И я по разговору их понял, что с Украины… До этого я думал, мы славяне, одной крови… Я их всех ненавижу… Понимаю, что нужно было прекратить войну, договариваться с ними… Вряд ли ты поймешь, как я их ненавижу… Там дети нам в лицо улыбались, а в спины стреляли… Лешка тоже их ненавидит, люто ненавидит… Может он никогда об этом не скажет… Ему положено скрывать… Служба…

— Почему ты думаешь, что я не понимаю? — она пересела к нему на кровать и обняла крепко. Кондрат судорожно выдохнул и почти задушил ее в ответных объятиях. — Как наши деды ненавидели фашистов? Да?

— Наверное, как фашистов… Если бы у меня была возможность… Я бы сделал с ними тоже самое… Я представлял даже, как это буду делать…

— Ты никогда их не простишь… Я понимаю… Мы здесь жили в Москве, нас война краем коснулась, теракты… Но люди не хотят знать таких подробностей.

— Никогда не обсуждай с Лешкой эту тему, он убьет за это… — Кондрат сомневался, нужны ли эти подробности о друге, но все-таки решился говорить все до конца.

— Кондрат, я же не совсем сошла с ума.

— Чтобы потом не было, Юль… Я благодарен, что ты сегодня со мной осталась… — с неким благоговеньем произнес он. Совсем размяк от ее сочувствия. Юля сейчас была трогательно жалостливая, не унижая его достоинства, находила верные слова поддержки.

***

— Расскажи, почему ты больше не откликаешься на свое имя?

— Женщины… Не смейся только… Хотел любить и быть любимым… Но они не принимают меня калекой…

— Мне совсем не смешно! — чуть не обиделась Юля, но осеклась. Мужчины и женщины по-разному воспринимают крах личных отношений, а Кондрат воспринимает все более трагично, в силу пережитых событий и потери возможности нормально жить.

Скрипя сердцем, подбирая тщательно слова, рассказал о девушке Марине, ждущей его из армии. До этого школьные романы были незначительные и несерьезные. Марине трудно было принять его в новых обстоятельствах, без ног. Он через душевную боль, понимал все, злился на себя и на нее. Она пыталась помочь матери, а потом не выдержала, ушла. Он ждал ее, спрашивал у матери про Марину, та что-то наврала про учебу. Позже мать ее не пускала в дом, он знал, что она приходила несколько раз. Мама об этом с тетей шепталась на кухне, думая, что он спит.

Когда он остался с тетей, та не успела удержать Марину. Девушка ворвалась в комнату, плакала, просила прощения, хотела вернуться. Попросил уйти и не возвращаться. В тот же день решил удушиться, был трезвым, реально осознавал, что делает, не получилось. Мать проснулась, вызывала Лешку среди ночи.

Была еще виртуальная девушка Наденька, с ней познакомился на сайте, уже намного позже, после длительного общения в сети, приехала в гости увидится с ним. На этом все и закончилось, девушка сменила номер мобильного телефона и удалили свои страницы из сети. Было обидно, что у нее не хватило смелости признаться сразу, он бы не томился несколько дней в ожидании.

Когда понял, что Наденька исчезла, безобразно напился и полез в окно. Друзья не нашли иного выхода, как привлечь проституток к поднятию морального духа, сначала ходили разные раз в месяц, а потом Райка предложила ему, что будет ходить именно она. Он понимал, что за деньги им все равно к кому ходить, но к Райке привык, а то каждый раз с новой девицей нужно было знакомиться, преодолевая смущение и стыд.

Вот и вся его скупая биография на личном фронте, безнадежная и унылая.

— Кондрат, я поняла, что эти женщины… тьфу ты, которые за деньги ходили… они недавно появились… А до этого как ты справлялся?

— Юль, мне неудобно об этом говорить… — он почувствовал, что покраснел. Вот она вопрос задала, как ответь? Кондрат неопределенно пожал плечами. — Как все, наверное… в ручном режиме…

— Прости, я не хотела тебя смутить… — замялась Юлька, но все-таки выпалила. — Понимаешь, у меня есть в этом вопросе проблемы… Нет, не подумай, не после изнасилования… У меня были мужчины… Не очень много… А сейчас больше двух лет никого не было… У меня словно все перегорело… Я перестала желать секса и мужчин… Господи, ты первый, кому я это говорю… Я не знаю, что со мной… Сегодня была бравада немного… Но я не отказываюсь от своих обещаний… Дай мне время… И не смей думать, что я ищу отмазки! Слышишь?

— Юль, я тебя ни к чему не принуждаю… Вообще, забудь об этом и не вспоминай… Я рад буду, если мы останемся друзьями… Я не дурак, понимаю, что на большее не могу рассчитывать… — он старался быть предельно честным на ее открытость. Юлька ему нравилась, он был бы счастлив, иметь с ней отношения, более чем дружеские. Он удивился себе, но хоть сейчас готов был жениться на ней, на любых ее условиях. Даже без интимных отношений, если у нее там проблемы в этом вопросе возникли. Видеть ее, говорить с ней, быть откровенным было важнее бездушного секса с Райкой и ей подобными.

Она говорила вроде про детей, сыновья у нее, значит, был муж. Удобно спросить или нет про мужа? Куда он делся, получается больше двух лет она одна? Развелись, помогает ли он с детьми?

— Юль, извини за вопрос, а куда делся твой муж?

— У меня их было два, Кондрат… У меня два сына от разных мужчин…

***

— Первого мужа звали Сергей… Он меня очень любил, а я не смогла ответить на его чувство… До сих пор виноватой себя чувствую за эти отношения… Если сравнить эти отношения с Максом, то получается ситуация наоборот… Но по своему, я была счастлива с первым мужем…

Первого мужа Сережу Юля встретила после техникума, где недавно отучилась на парикмахера. Нашла работу в салоне, оказывающем недорого услуги по стрижке, маникюру и другим услугам, делающими жизнь женщин более обнадеживающей. Ведь именно за этим женщины ходят в салоны красоты? Мужчины тоже посещают салоны, за редким исключением, их интересует услуга «бюджетно подстричься».

Сережа пришел именно за этим, подстричься. Юлю сразу до сложных женских стрижек не допускали, там гуру колдовали за хорошие чаевые. На простых неприхотливых мужчинах-клиентах она училась кромсать волосы. Ей хотелось подражать прожженным девчонкам в салоне, в два счета уговаривающих клиенток на дорогие процедуры по уходу за волосами и телом.

К каждому клиенту она была очень внимательна, подробно расспрашивала, что он хочет, предлагала внести коррективы, если считала это нужным. Заводила с ними праздные разговоры о политике, погоде и семье, стараясь разговорить клиента. Где надо похвалить и восхититься, а главное, уметь выслушать человека, и они становились более довольные, соответственно и щедрыми.

Сергей был одним из первых клиентов Юли, и остался весьма-весьма очарован юным парикмахером. Стал заходить чуть ли не каждую неделю на стрижку, подравнять то там, то тут. Причем, если Юли не было, то уходил, говоря, что хочет попасть к своему мастеру. Весь салон уже делал ставки, когда же Юльку пригласят на свидание.

Из бесед с ним, она знала, что он сирота, остался маленьким без родителей, его воспитала тетка, состоятельная, но весьма равнодушная к ребенку. Но долг свой исправно исполняла, поила, кормила, одевала. Сергею было около тридцати, женат не был, детей не имел, работал в автосервисе, получал очень приличный оклад. К девушкам настроен серьезно, ищет жену, чтоб одну и на всю жизнь.

Девчонки в салоне хихикали, подшучивали над поклонником Юльки. Но каждая в душе завидовала, сразу видно, парень обычный, простой работяга, но надежный. Он был симпатичен ей, но не более. Сережа был первым парнем, обратившим внимание на нее для серьезных отношений. Остальные приставания для одноразового секса она отметала сразу, было немного страшно снова иметь отношения с парнями. Какой у нее опыт имелся с мужчинами? Первый раз с Яриком, болезненное насилие и несколько поцелуев с Максом.

Сережа был среднего роста, худощав, сильные натруженные руки в мозолях сразу привлекали внимание, он даже прятал их, стесняясь. Юля понравилась ему с первого взгляда, милое хрупкое совсем юное создание, беззащитный цветочек. Она так искренне пыталась ему угодить во время первой стрижки, что он понял, что придет снова к ней стричься.

На первое свидание они пошли в кино, на молодежную романтическую комедию, по его мнению, глупую. Но Юле понравилось, и он не стал сильно ворчать и разглагольствовать. На второе свидание пригласил в парк, где они обошли все аттракционы. Она в страхе хватала его за руки и невинно прижималась, когда они летели с американских горок. После ели мороженое в кафе, где Юлька попыталась заплатить за себя, чем смертельно обидела хорошо зарабатывающего парня. Он сразу хотел дать ей понять, что готов содержать свою женщину без проблем.

Сергей, по мнению Юли, вел себя почти идеально, на свидания приходил с цветами, никогда не приставал, даже намеками не проявлял сексуального влечения. После нескольких месяцев ухаживаний, между ними были только невинные поцелуи. Она не могла понять, что происходит не так? Его не влечет к ней, как к женщине? Нет, Сережа всегда говорил ей комплименты, был внимателен и заботлив.

Когда она напрямую предложила себя, он испугался, Юля это отчетливо увидела в его глазах. Ей не столько нужен был секс в отношениях, сколько хотелось преодолеть барьер неудачного «первого раза», почувствовать себя полноценной. А Сережа медлил, заняв выжидательную позицию.

Она стала более настойчивой, перестав понимать, как на самом деле к ней относится парень, так трепетно ухаживающий за ней несколько месяцев.

Сереже пришлось признаваться, для храбрости он немного выпил, и пришел делать предложение руки и сердца. Сначала кольцо на палец, которое Юля приняла, а потом признание, что испытывает серьезные проблемы по мужской части. Частичная неврологическая импотенция после перенесенной в детстве травмы головного мозга. Врачи обнадеживают, что все излечимо.

Неудачные попытки в отношениях с девушками ранее стали большим психологическим ударом, убедив его в собственной неполноценности. Только встреча с Юлей мотивировала его попробовать еще раз. Пока ухаживал, узнал девушку лучше и всем сердцем полюбил. Ее отказ мог стать для него полным крахом, больше попыток он делать не будет.

Юля была в шоке от его признаний. Она почти сроднилась с Сережей, привыкла к нему, при этом не испытывая пылкой влюбленности. От замужества с ним не смогла отказаться, испугалась, что он может что-то с собой сотворить. Видела, как тяжело ему дались признания, он был на грани нервного срыва.

Сережа с бракосочетанием тянуть не стал, они сыграли шумную веселую свадьбу с огромным количеством родственников и друзей. Все расходы он взял на себя, отказавшись от предложения ее родителей, сыграть свадьбу скромнее, но с их финансовым участием. Юлины родители и все родственники были в восторге от зятя, справедливо считая, что ей сказочно повезло встретить такого щедрого мужчину.

Первая брачная ночь стала для них пыткой. У Сережи ничего не получилось, не смотря на все старания Юли быть соблазнительной невестой. Они долго боролись за интимные отношения в супружеской кровати. Изредка его хватало на короткий половой акт, что вгоняло его в еще большую депрессию. Выход из критической ситуации они нашли по обоюдному согласию, они накупили много литературы на тему секса. Сходили на несколько консультаций, и пришли к выводу, что лучшим вариантом будет удовлетворение сексуальных потребностей другим способом.

Тут пришлось проявить фантазию, но теперь новоиспеченный муж не оставлял ее неудовлетворённой, сильные натруженные руки долго ласкали ее тело, и она впервые испытала оргазм. Он безумно боялся, что Юля бросит его или заведет любовника. И сколько она его не убеждала, что ее все устраивает, он не переставал ее ревновать к каждому случайно брошенному взгляду.

Юля действительно была почти счастлива с Сережей, она уважала его, ценила, пыталась быть хорошей женой и хозяйкой. Полюбить самозабвенно, как когда-то любила Макса, так и не смогла. Все было бы нормально, но уже после полгода замужества, к ним стали приставать с вопросами о потомстве. Родителям захотелось понянчить внуков.

Сережа детей иметь не мог, и преодолевая немыслимые барьеры, предложил Юле завести ребенка от другого мужчины, случайного любовника. Юля пришла сначала в шок от его безумной идеи, но после долгих уговоров согласилась. Ребенок привнес бы в их жизнь радость. От усыновления Сергей отказался сразу, он хотел «их» ребенка, пусть даже биологически не будет отцом. Ведь Юля рано или поздно захотела бы родить своего ребенка.

Осталось найти случайную кандидатуру для биологического отцовства. К этому событию она готовилась несколько месяцев, перебирая разные в уме разные варианты, кого из мужчин выбрать для осеменения. Причем забеременеть желательно с первого раза.

Она высчитала самый выгодный момент цикла для зачатия, и, не говоря Сереже, от кого собралась беременеть, выполнила задачу с первого раза. У них родился мальчик, муж назвал его Станиславом, потому что тоже начинается на «С». Биологический отец так и не узнал о ребенке. Муж несколько раз спрашивал, от кого ребенок, боялся, что неизвестный мужчина может предъявить права на ребенка, даже предлагал переехать в другой город.

Юля его успокоила, что биологический отец для них не предоставляет угрозы, и эту тему закрыли. Но когда она поняла, что сын родился копией отца, пошла на отчаянный шаг, порвала все отношения с верными друзьями еще со школы, которые могли догадаться, чьим сыном является Станислав. Они воспитывали сына и были счастливы в своем маленьком мире, пока не пришла беда.

Сергей заболел, у него обнаружили рак в уже неоперабельной форме, он сгорел за несколько месяцев. Умирая, он взял с нее обещание, пережить достойно его смерть и снова выйти замуж, если встретит подходящего мужчину, ведь Стасику нужен отец. Единственное просил сохранить отцовство Стасика в секрете.

Юной вдове, с двухлетнем ребенком на руках, осталось в наследство квартира мужа, машина и двухэтажная дача в ближайшем Подмосковье.

***

Юля, рассказывая Кондрату историю своего первого замужества, перебралась к нему в кровать. Они сидела рядом, немного облокотившись на него. Кондрат приобнял ее за плечи, положив голову к себе на плечо.

— Юль, как ты уговорила его стать отцом? — спросил он тихо. — И он не знает о сыне?

— Нет, не знает… Ты догадался, кто отец? — Юля даже не удивилась его прозорливости.

— Думаю, это Макс Подгорный… Да?

— Да, ты прав… Это Макс. — после некоторой паузы она продолжила. — Ты не представляешь, чего мне стоило уговорить его на одну ночь секса… Он решил, что я сошла с ума… Говорил, что у меня замечательный муж, не понимал… Он согласился, кажется, только потому, что испытывал чувство вины передо мной… Решил, что я борюсь со старыми комплексами и согласился мне помочь…

— Кто-нибудь еще знает?

— Лешка сразу догадался, когда увидел сына. Я оставила его с тетей Алей посидеть пару часов, а она забрала его к себе домой… Я до сих пор помню, как Леха изогнул бровь и внимательно разглядывал Стасика… Они с Максом не друзья, но знакомы. С Лешей мы никогда не обсуждали эту тему, думаю, он решил, что это не его дело, от кого мне рожать детей…

— Ты когда-нибудь собираешься признаться Максу?

— Нет! — воскликнула Юля в испуге. Все годы она жила в страхе, что Макс узнает о ребенке, а предсказать его реакцию не могла. А вдруг решит ребенка отнять, раз его обманом сделали отцом?

— А как сложилась у Макса жизнь? Я слышал его песни по ТВ, но никогда не интересовался подробностями его личной жизни… Мама, наверное, знает…

— Макс женился на дочке одного аптечного магната… Они недолго прожили с женой, развелись… У него дочь от этого брака, лет пять-шесть, она не совсем здорова, как я поняла…

— Юль, я очень сочувствую твоей потере…

— Спасибо. Я пережила уже это… Стасику сейчас десять лет… Такой хулиган растет, меня в школу постоянно вызывают… Если хочешь, я потом вас познакомлю… — предложила Юля, не сомневаясь, что все, что она рассказывала сейчас Кондрату, останется в тайне. Он вызывал у нее запредельный уровень доверия.

— Очень хочу познакомиться с твоим Стасиком… А с другим сыном ты меня познакомишь?

— Да, с Данькой тоже познакомлю, ему сейчас шесть лет… Он более спокойный, такой невозможно рассудительный ребенок… Он уже давно читает книги, любит энциклопедии, и кажется, намного умнее своей мамы…

— Юль, а что с твоим вторым мужем? Где он?

***

— Второй раз вышла замуж по глупости… Это была ошибка… Тем более после смерти Сережи… Я до сих пор сожалею… Виктор, он совсем другой оказался…

Смерть Сергея потрясла всех родственников. Сама Юля находилась в невменяемом состоянии, только заботы о сыне помогли пережить постигшее горе. Родители и тетя Аля помогали растить ребенка, сидели, гуляли, покупали подарки. С деньгами у Юли не было проблем, Сережа оставил приличный счет в банке, наследство от тетушки, воспитавшей его, досталось единственному племяннику. И сама Юля не сидела на полном содержании мужа, работала, зарабатывая авторитет талантливого мастера, творящего чудеса с даже самыми безнадежными волосами. За годы она обросла хорошей клиентской базой, стригла на дому, выезжала на заказы. И сейчас неплохо зарабатывала.

Больше всех переживала тетя Аля, что Юленька осталась без мужа с маленьким ребенком на руках. Пока племянница была в трауре, она активно подыскивала кандидата в мужья. Нужен был надежный вариант, хотя после Сергея, которого все обожали, это было сделать сложно. Первый муж был идеалом мужчины, заботливый, любящий, верный. Умирая, Сергей и ее просил убедить Юлю через какое-то время выйти замуж. Вот кто еще был способен на такое благородство?

Алевтина металась между кандидатами в мужья племяннице, пока на работе не присмотрелась внимательнее к Виктору, работающему водителем. С Сереженькой не сравнить, конечно, Витя был совсем невысокий, чуть выше маленькой Юльки, зарабатывал хуже, и вообще, был не москвич. Для нее это был важный момент компромисса, связать Юлю с провинциалом из глухой деревни, в Москве снимал комнату с друзьями. Хоть проблем с жилплощадью у Юли не было, первый муж оставил ей солидное наследство.

Но парень казался целеустремленным, интересным. Познакомиться с юной вдовой согласился, уверял, что замечательная девушка, он готов на серьезные отношения.

Юле, подобранный в женихи Виктор совсем не понравился. Не лежала душа, даже малейшего интереса не вызвал. Парень настойчиво ухаживал, клялся в любви, и обещал стать хорошим отцом для Стасика. Юля попала под полную блокаду родственников, которые уговаривали ее принять Витю. Она сопротивлялась несколько месяцев, особенно настойчивой была тетка, уверяя, что Юля теряет второй шанс обрести женское счастье. После длительной осады со всех сторон, она сдалась, и вышла замуж второй раз.

Замужество не удалось с самого начала. Виктор в качестве ухаживающего кандидата в мужья был терпим, а в роли мужа стал невыносим. Считал, что сделал большое одолжение, взяв ее с ребенком, о чем неустанно не забывал напоминать. К ребенку был равнодушен, позволял себе нелицеприятные методы воспитания, кричал на неугомонного в своей активности малыша, один раз даже пытался отлупить за проказы. Стасик уже стал вжиматься в стены от испуга, когда домой, с работы приходил грозный дядя Витя.

Юлька горой встала за сына, и они поскандалили очень сильно. Он обозвал ее фригидной воблой и ушел на несколько недель из дома. Нагулялся и вернулся, Юля простила, под настойчивые убеждения тети Али, что надо найти подход к новому мужу, дать ему время привыкнуть к чужому ребенку.

В постели у них совсем не ладилось. Она даже начала думать, что может быть он и прав в чем-то, секс у них точно был не высшего качества. И винила себя… У Виктора не было проблем с потенцией, а Сережа приучил ее к долгим ласкам, всячески стараясь удовлетворить жену, компенсировать собственную мужскую несостоятельность.

С Витей все происходило по-другому сценарию, он тут же наваливался на нее, требуя немедленной «страсти-мордасти», утверждая, что она всегда должна быть возбужденной и готовой к исполнению супружеского долга. Что такое оргазмы, Юля во втором браке забыла, мечтая, чтобы Витя побыстрее удовлетворил свои потребности и слез с нее, а то ей надоедало рассматривать потолок. Что такое нежность или сексуальная фантазия, он знать не желал, считая, раз стоит, то он мужик с крутыми яйцами.

Виктор стал выпивать, бросил работу, находился слишком долго в поиске. За это время привыкнув жить за счет жены, ведь оно то ему обязана по гроб жизни. Нашел себе какую-то девицу на стороне и стал откровенно изменять, рассказывая жене, что та страстная и умелая любовница.

Этого безобразия по отношению к себе Юля терпеть не стала. Решила отомстить его же монетой и выгнать к чертовой бабушке. Случай для измены подвернулся случайно, она встретила старого знакомого, которого не видела несколько лет, и случайный секс закончился второй беременностью. Она даже не допустила мысли сделать аборт, и родила еще одного сына. В тот момент они с Витей уже не жили, но все считали, что это его ребенок. Разубеждать Юля никого не собиралась, в том числе и обманутого мужа.

Даже, вроде как «своему» ребенку Витя не проявил никакого интереса. Юля развод оформила, алименты не требовала. Виктору нужны были средства для существования, и он пытался при разводе отсудить у жены хоть что-нибудь. Юля вспоминала суд, как один из самых гадких эпизодов в отношениях со вторым мужем. Ей пришлось собирать бумаги и доказывать, что квартира, дача, машина перешли ей по наследству и не являются частью совместно нажитого имущества во втором браке. Суд Вите справедливо отказал.

Виктор сделал несколько попыток вернуться к бывшей жене, когда с любовницей не сложились отношения. Той в скором времени, тоже оказался обузой мужик без дохода, без собственной жилплощади, выпивающий. Эйфория, что удалось увести чужого мужа, прошла, она себе доказала, что к любовницам уходят, и стала терять к нему интерес. Тем более, что Виктор этому активно способствовал, работу не искал, считая, что сам по себе ценный подарок, зачем напрягаться.

Потом у Юли был еще один мужчина, но это скорее от безысходности и обиды на второго мужа, желания доказать себе, что полноценная женщина, может быть желанной. Отношения долго не продлились, замуж Юля зареклась выходить, детей травмировать не хотела дядями с «сюрпризами». Поклонник был сам разведенный и искал необременительные отношения с женщиной для поддержания здоровья. Секс с ним доказал Юле, что она вполне полноценная, с реакциями у нее все нормально, оргазм вернулся. Но это уже не радовало, душевности в их отношениях не было. Банальное спаривание ей вскоре надоело, на том и расстались.

С тех пор прошло более двух лет…

***

Он осмысливал рассказ о втором муже Юли, даже обсуждать и переспрашивать про него не было желания, и так все предельно ясно. Юлька правильно поступила, что выгнала Виктора.

— Кондрат, ты еще не устал меня слушать? — с грустной улыбкой спросила Юля. — Я не помню, когда столько говорила в последний раз. Посмотри за окно, утро уже наступило…

— Юль, мне кажется, я никогда не смогу с тобой наговорится. Я сам не помню, когда и с кем так разговаривал… Наверное, никогда…

— Ты самый милый парень на свете… — призналась ему Юля. — Я рада, что ты теперь есть в моей жизни. Ты меня принимаешь в качестве друга?

— Я буду счастлив быть тебе другом... — с неким обречением согласился он. Более удивительной и сильной духом девушки ему встречать еще не приходилось, он был восхищен, благодарен и даже немного влюблен. С последним чувством надо поосторожнее, вдруг Юля не сможет ответить взаимностью?

— Давай спать, а то мне уже сегодня на передачу ехать, не хочется там вырубиться на самом интересном месте.

— Юль, с добрым утром! Давай спать.

Юля устраивалась поудобнее в кресле-кровати, поставленным рядом с кроватью Кондрата. Она закрыла глаза, но сон не ушел, нужно было время, чтобы уложить по полочкам сегодняшние события, обретение нового друга, их безграничную откровенность и проявленное доверие. Она видела, что Кондрату тоже не спиться, он ворочался, стараясь быть незаметным и не привлекать к себе внимания. Но получилось у него плохо, он сопел, вертелся, кровать под ним вздрагивала. Юля уже хотела у него спросить, что его беспокоит, как Кондрат не выдержал первый, шепотом выпалив вопрос, который его мучил.

— Юль, а кто отец второго ребенка? Ты сказала знакомый… — он в уме перебирал кандидатуры. Кто из старых друзей мог стать отцом для Юлькиного ребенка? Дети от разных мужчин, значит, не Макс Подгорный. Значит, оставались Юрий и Николай. О первом парне, он не имел никакого представления, несколько упоминаний от Юльки, когда она вспоминала о школьных годах. Вероятнее всего, это был Николай Земцов, тем более, они поддерживали теплые отношения, созванивались. — Твой друг… он знает о сыне?

— Нет, не знает… А с чего ты взял, что это «друг» стал отцом Даньке? Я кому-то очень хотела отомстить… Я это сделала… Я так долго его ненавидела…

— Не может быть… — он протянул к ней руку, взял крохотную ладонь, с пониманием пожал. — Твой враг… Ты же о Ярославе говоришь, да?

— Да, о нем… Мы встретились с ним случайно… Я была в бешенстве от выкрутасов Витька… Он в своей дурацкой манере предложил тряхнуть стариной… Я ему сказала, чем ты меня можешь удивить на этот раз…? Удивил, он как заученный робот, хорош в постели, продумывает на сто шагов вперед…

— Вы с ним еще встречались?

— Нет, одного раза хватило… Я потом думала, что надо было этого гада разыскать раньше, еще раз переспать с ним, чтоб меня наконец-то отпустило… В ту ночь я освободилась от него… И, вообще, перестала бояться мужчин, решила, что никто и никогда не будет за меня решать, с кем мне жить, с кем мне спать… Никому не позволю понукать собой…

— А что с ним потом случилось? Ты говорила, что жизнь по заслугам ему воздала?

— Он встретил девушку Дашу, они долго встречались… Ее отец был компаньоном Никиного отца… Накануне свадьбы она погибла в автомобильной катастрофе… Они вместе ехали в машине, Даша была за рулем… Ярика с того света вытаскивали…

— Ты думаешь это возмездие? Ты веришь в такие вещи? В неотвратимость наказания?

Юля понимала, что он задает этот вопрос, думая уже не о Ярославе, а о погибших в плену друзьях, о зверье, что мучали их, о потерянной возможности ходить, о девушках, что бросили его.

— Честно, Кондрат, не знаю… Не смейся, но я хочу завтра, встретиться с экстрасенсами на передаче… Если у меня будет возможность, я задам им этот вопрос.

— Знаешь, мама у меня смотрит эту передачу… Там есть какой-то Светозар, когда показывают сюжеты с ним, мама забывает как дышать… Говорит, он чудеса ясновиденья показывает…

— Да, мы с мамой твоей мыслим в одном направлении. — усмехнулась Юля. — я видела несколько выпусков, и именно с ним хочу встретиться…