Глава 19

Меня ударило в жар.

— Ты мудак, — сообщила Никите, забирая телефон из его рук.

— Макс? — голос дрогнул.

— Геля? Что у вас там происходит? — было слышно, что мужчину на том конце звонка распирает от эмоций.

А что у нас тут происходит? Я облажалась по полной. И да, ты не мой настоящий парень, но чувство такое, словно меня только что поймали на измене. Отвратное чувство.

— Геля? — я продолжала молчать, стараясь прикинуть варианты ответов. Никита Андреевич, ожидаемо, все-таки подложил мне свинью. Не так, как я думала. Но от этого не легче.

Вышла из кухни, заперлась в ванной.

— Макс… — протянула я.

— Геля, что происходит?! — повторил свой вопрос парень. Не столько требовательно, сколько заметно нервничая.

— Ты можешь приехать? — протянула в трубку только-только осознавая, что именно нужно сказать. Сердце и так билось часто-часто, от испуга. Почему бы не добавить этого в голос. — Твой брат… Он завалился ко мне…

— Как это?

— Я не знаю как! — вспылила в трубку. — Кажется, он пьяный. Или был пьяный… Я не знаю…

— Что ему надо? — уже холоднее поинтересовался Максим.

— Он… он опять про то… Кричал, предлагал деньги, словно я проститутка какая-то…

Эх, сейчас бы еще разреветься. Даешь больше драмы.

— Успокойся. Он тебя не тронет.

— Макс, мне страшно. Он… кажется, неадекватен.

Чем не вариант? Если я вся такая незнающая, а ко мне с утра вваливается мужчина в квартиру, начиная предлагать деньги и убеждая, что мы обязаны переспать — разве хоть кто-то скажет, что человек этот адекватный? Макс, конечно, мотивы подобного поведения знает, еще и брата пожурит за то, что тот пытался заняться подкупом.

А если Ворошилов заявит, что это они жертвы? Будет выглядеть, как просто обиженный и оскорбленный неудачник?

Блин, ну вот что я вообще переживаю? Что не получится поводить двух оборзевших кретинов за носы подольше? Я и так уже победитель — никто из этой парочки меня не трахнул ради своей победы.

— Гель, успокойся. Скинь адрес. Я смогу сейчас приехать, — заверил Макс без лишних вопросов. Не удивлюсь, если сразу после окончания разговора он начнет звонить брату. Значит, надо идти на кухню и послушать. Хоть пойму, к чему готовиться.

— Хорошо. Постарайся скорее, — поторопила Максима и дождалась, пока он первый повесит трубку. Смс с адресом отправила сразу, чего затягивать? К Никите на кухню вернулась дико злая из-за его выходки.

И мужчину это ничуть не смущало. В мое отсутствие он добрался до яблок в холодильнике, варварски распотрошил пакет. И жонглировал.

— Клоун, — буркнула недовольно. Нет, допустим, жонглирование шестью предметами немного меня впечатлило. Вернее, впечатлило бы, если бы я так не злилась. А так как я все-таки оказалась выведена из душевного равновесия — Ворошилов может не стараться.

— И что ты наплела Максу?

— Не твое дело, — яростно хлопнула дверцей от шкафчика, достав с полки красный лук. — Яичницу будешь?

Спросила таким тоном, что впору задуматься — из чьих это яиц я собираюсь готовить завтрак. У Ворошилова зазвонил телефон в кармане. Вероятнее всего Максим, но мужчина отвечать не стал, сбросил вызов одним движением пальца.

— Буду.

Разрезала луковицу пополам.

— И все-таки. Как выкрутилась?

— Никак, — рыкнула. Все-таки обидно. И неприятно. Вроде только-только зародилась призрачная надежда, что Ворошилов-старший может быть иногда нормальным. И нет — надо все испортить. Пообщались бы за завтраком, хрен с ней, с этой яичницей, приготовила бы. Попрощались, глядишь не стала бы мучить мужика дальше.

Теперь всё нутро требует мести.

— Гель, — протянул Никита и, кажется, сделал шаг в мою сторону.

— Не подходи.

Я девушка горячая. И неловкая. Вдруг еще задену случайно, нож то в руках тяжелый, острый. Самое то, чтобы нарезать лук тонкими, почти прозрачными полукольцами.

— Гель, что с настроением?

— А ты не догадываешься? — огрызнулась, ударяя ладонью по столу. И продолжая шинковать злосчастный овощ. Вспомнила про сковородку, достала ее из духовки, поставила на огонь, налила масла. Уже порезанную часть луковицы сгребла на сковороду, протерла глаза влажными пальцами. И принялась за вторую луковицу. Шмыгнула носом.

— Ты что, обиделась? — не поверил Ворошилов. — Интересно, как ты представляла, я буду себя вести? Мне нужна победа.

— И как это тебя к ней приблизило? — поинтересовалась уже спокойнее. — Что-то мне подсказывает, что Максиму будет плевать на любые твои слова и действия до тех пор, пока он нас лично не застукает в постели.

— Так это легко поправимо. Мы здесь. Постель в соседней комнате. Максим, как я понимаю, приедет совсем скоро.

Глаза жутко щипало.

— Не смешные у тебя шутки.

— А кто сказал, что я шучу? — попытался парировать Ворошилов. Только мне плевать.

В кармане завибрировал телефон.

Макс: «Я на месте»

Я: «8й этаж. Выхожу.»

Быстро он. Даже слишком. Тоже что ли где-то поблизости околачивался?

Обернулась, чтобы посмотреть в глаза боссу. Только ради того, чтобы увидеть, как он переменится в лице.

Ненавижу резать лук. Почти у всех от него слезятся глаза, а у меня — так вообще. То ли аллергия, то ли просто чувствительно. А если потереть веки пальцами, до того как отмою руки от сока — краснота гарантирована.

— Макс приехал. Сам себе готовь. А у меня свидание.

Выскочу на лестничную площадку со «слезами», уведу младшего брата подальше от квартиры.

— Будешь уходить — захлопни дверь.

Никита все еще молчал и смотрел на меня с приоткрытым ртом.

— Пойдем вместе, — выдавил он из себя, судя по всему, не ожидая, что я могу настолько хорошо притворяться. Или думал, что я действительно плачу?

— Нет, — шикнула я предупреждающе. — Не высовывайся. Иначе, клянусь, я пересплю с твоим братом сейчас же.

— Не переспишь, — заверил меня Ворошилов самодовольно. — Ты же у нас такая «принципиальная»

— Никита Андреевич, — подошла к мужчине ближе. Не буду же я бояться этого верзилу? — Я не только принципиальная. Но еще и мстительная, — вручила Волку лопатку. — Не спали сковородку. Такую новую купить не получится.

Будем считать, что это два-один в мою пользу.

К Максиму придется выбегать прямо так, буду запуганной овечкой, которая мечтает убраться из собственной квартиры, лишь бы «не вспоминать» прихода Волка. Надеюсь, луком от меня не сильно пахнет? Попробовала принюхаться, но тщетно. На всякий случай запрыскалась духами, совершенно не боясь, что случайно попаду немного в глаза.

Нет, я точно не боюсь, что вся правда всплывет прямо сейчас. Я просто не хочу, чтобы это произошло так рано. Ведь ни один из братьев, видимо, еще не поняли, как нельзя поступать с девушками.