Глава 10
На улицу вышла, воспользовавшись черным входом. Отчетливо чувствую, что Волк идет по пятам. Практически дышит в спину. Только не как волк, а как настоящий дракон, готовый испепелить меня своим дыханием.
И пусть.
Я не боюсь Ворошилова. Больше не боюсь, во всяком случае. К крикам выработан иммунитет, а в кармане лежит что-то вроде карточки «бесплатный выход из тюрьмы». Вернее сказать, палочка-выручалочка, способная усмирить некоторое количество хамов.
Стоило выйти на морозный воздух, как захотелось закурить. Строго говоря, я не курю. Но если выпить… Иногда прямо хочется. Как сейчас. Стоит радоваться, что не беру с собой и не покупаю сигареты вообще. Иначе была бы ближе к коллективу, устраивая регулярные перекуры. А еще, после попытки старшего Ворошилова, ушла бы с помощью дыма снимать стресс. И пропустила бы откровения боссов.
Дверь за спиной ударила по стене от того, как сильно ее толкнул Волк.
Хмыкнула.
Вторая часть представления. Хотела бы я ее избежать…
Хотя нет, кого я обманываю? Я этого ждала. Надеялась, можно сказать — мечтала посмотреть на униженного Волка, который покажет себя во всей красе.
— Какого хера только что было? — голос Никиты Андреевича звучал громко. Не будь мы одни в переулке за клубом, на нас бы оборачивались прохожие. И не исключено, что кто-нибудь уже попытался вмешаться.
— Что такое, милый?
Маска податливой идиотки надоела. Так что вежливой улыбки от меня Никита Андреевич не дождется. Зато ехидства — хоть лопатой греби.
— Я спрашиваю — какого хера только что произошло? Что за шутки?!
— Какие шутки? — пожала плечами. — Тебе же все нравилось? Мы веселились…
— Веселились?! — крикнул на меня Ворошилов, подойдя вплотную. Жутко. Немного. Но он мне ничего не сделает.
Понимая это, несложно гордо вскинуть голову и посмотреть Волку в глаза.
— Ты продала меня, как шлюху! — низко прошипел Никита.
— Подумаешь, пошутили… — в нормальной ситуации я должна была бы испытывать чувство стыда за свою выходку. Но не получалось.
— Пошутили?! — оскалился Никита, демонстрируя зубки.
Не боюсь.
Не боюсь…
— Да ладно, было смешно! Я вот посмеялась, — выдавила из себя улыбку, лишь бы не показать — насколько меня тошнит от всего. — Первый в мире миллионер-проститутка. Оборжаться же можно.
— Ты совсем ебанутая?! — голос Ворошилова вызывал звон в ушах.
— Я ебанутая? — переспросила. Но мне показалось, что слишком тихо. Так-то у меня дыхалки хватит, чтобы перекричать этого верзилу. Так что повторила погромче. — Значит… я ебанутая?
Достала телефон из кармана. Мой козырь против братцев. Видео включала дрожащими от злости пальцами. В переулке за клубом зазвучали мужские голоса из записи на полной громкости:
— Ты радуйся, что не по яйцам. И что нож тупой. Здесь царапина, а ты сопли развел.
— Меняем.
— Не-е-е-е… Мы ударили по рукам. Никаких задних. Условия спора менять нельзя. Да и потом, ты меня за идиота держишь? После того как ты мне победу практически отдал на блюдечке?
— Откуда это у тебя? — нахмурился Ворошилов. На его лице отобразилось нешуточное удивление. И волнение. Осознание произошедшего стремительно накатывало на мужской мозг.
Я все знала. И значит — пользовалась им.
— Ты называешь меня «ебанутой», а сам… — проигнорировала вопрос мужчины по поводу видео. — Я смотрю, побыть в моей шкуре тебе не понравилось.
— В твоей… Что за херню ты мелешь?! — Никита толкнул мою руку, телефон выскользнул из пальцев и свалился на асфальт. Но не перестал проигрывать запись:
— ….девочка будет скакать на моем члене, пока ты — утирать слезки, прощаясь с фирмой. Черт, это так прекрасно, что я хотел бы заснять на видео свою победу… Может, чтобы не тратить лишнее время, прямо сейчас признаешь поражение?
— А ты как думаешь? — я оказалась не готова к подобному вопросу. Неужели не очевидно? Мда. Видать, все еще хуже, чем я думала. — Неприятно, когда тебя используют. Или ты не понимаешь?
— Это разные вещи, — попытался внушить мне Никита отступая. Уверенности волку в голосе не хватало. Кажется, я таки сумела выбить почву из-под его ног.
— Да ты что? Разные? Серьезно? Трахнуть меня, чтобы выиграть спор и заработать. Или дать трахнуть тебя, чтобы заработать, — сложила руки на груди. — Не вижу разницы. Да и не хочу видеть… Уже насмотрелась сегодня. Тошнит.
— А это еще к чему? Еще скажи, что не понравилось, — Волк бесился. Сверкал глазами, сжимал кулаки. И все равно пытался взять верх. Указал на свой накаченный торс, будто я должна была с ума сойти и потечь, как только он обнажился в привате.
— А что мне могло понравиться? Вид, как, вроде как, взрослый, уважаемый человек, ведет себя… хуже любой шалавы? И все из-за дурацкого детского спора! Я все понять не могу… У тебя денег мало? Настолько, что ради возможности присвоить себе еще немного больше, ты готов раздеваться, давать себя лапать всем подряд, готов унижаться…
Никита пнул мой телефон, валяющийся на асфальте, который продолжал и продолжал проигрывать видео по кругу, организуя нам тошнотворный саундтрек. Аппарат влетел в стену и с треском замолчал.
— Наигралась? Умница. На работу можешь больше не приходить, — заключил выбешенный начальник.
— Хера с два, — возразила и покачала головой.
— Я сейчас ослышался? — спросил мужчина тихим тоном. Вот только запугать он меня уже не сможет. До этого не получилось, и теперь вряд ли выйдет.
— «Никаких задних», котик, — процедила сквозь сжатые зубы фразу из видео, которую запомнила лучше всего. С недавних пор это и мой девиз. Никаких задних. — Ваше идиотское правило. Не я придумала. Так что слушай, что теперь будет…
— Пошла ты…, - мужчина попробовал развернуться, только я его не отпускала. Тоже мне, нашелся — хозяин жизни.
Кажется, кто-то еще не понял, что мы поменялись ролями. Теперь большой босс — это я.
— Я-то пойду. Только к Максиму. И завтра сможешь распрощаться с фирмой.
Брюнет запрокинул голову и густо засмеялся.
— Ты меня шантажируешь? Спор окончен!
— Он будет окончен тогда, когда я решу, — покачала головой, не позволяя моему шикарному улову сорваться.
Я-то планирую еще поиграть. И довести эту парочку настолько, насколько смогу. Но воевать на два фронта — бесперспективно. Особенно когда враги — близко общаются. Это то, что стоит категорически прекратить.
— Такая штука… — почесала подбородок. — Если ты скажешь брату, что я в курсе, то я обставлю все так, что ты просто спасовал. Вроде как ты получил от меня категорический отказ, услышал мое признание в любви к Максиму. Вот и решил выкрутиться, лишь бы не выплачивать долг — «придумал» про спор, чтобы очернить брата…
— Сама сказала, что это «детский» спор. Никто никому ничего не должен, — блеф Никиты был жалок.
— Конечно, — протянула я с ироничными нотками. — А радужным подмышкам ты позволил грызть свои соски исключительно ради своего удовольствия.
Как же я довольна тем, что все идет по плану. В моих руках — ручной Волк. Только еще не дрессированный. И врать по поводу, что спор не несет никакой ответственности… Наивно.
Нифига это не «просто спор». У этих двоих явно какие-то заморочки по поводу соревнований. Слишком большие ставки и жертвы, чтобы называть все «детскими» забавами.
— И? Чего ты хочешь? — кто-то сдался. Причем подозрительно быстро. — Денег?
— А ты от всех всегда пытаешься откупиться? — съязвила в ответ. — Хотя, пожалуй, ты определенно должен мне новый телефон. А после…
Игриво закусила губу и закатила глаза.
— Будешь стараться.
— В смысле? — мужчина сложил руки на груди. Кому-то явно не понравилось мое предложение. — Думаешь, буду плясать под твою дудку?
— А ты действительно думаешь, что мне это надо? — переспросила я. — Нет. Но я же не могу позволить Максиму одному отдуваться? Оба спорили, оба выхватывайте. Так что бери пример с брата, он неплохо справляется. Води меня на свидания, показывай себя с лучшей стороны. Ухаживай. Глядишь, девичье сердечко и даст слабину. Пожалею, пригрею…
— Ты точно больная, — выдал Никита Андреевич свой диагноз.
— Типа того, — с готовностью кивнула. — Зато «больная», которая держит тебя за яйца, — смерила мужчину тяжелым взглядом. Повеселились и ладно. Вообще, уже поздно. Мне домой пора. Планировать следующие приключения этим двум красавцам. И пункт номер один — позвонить Максику, поплакаться какой Никитка плохой, и как я надеюсь поскорее на встречу с «адекватным» Ворошиловым.
— Один из вас в споре выиграет. Это я гарантирую. — предупредила Никиту.
— Ага, — буркнул он без доверия.
— А что? Вы ребята симпатичные, — ухмыльнулась. — Будем считать, что шансы у вас с Максимом теперь равные.
Прикинула в уме. Никита пытался трахнуть и назвал ебанутой больной. А Максим считает идиоткой и заявил, что я буду скакать на его члене. Два упыря, у которых определенно одинаковые шансы.
Нулевые.
— Так что если, будешь котиком… Фирма твоя.
Никита поджал губы. Эх, знать бы что там в его мозгу происходит. О чем думает? Сольет игру? Или я достаточно оттоптала Волку чувство собственного достоинства, чтобы он с готовностью попробовал со мной расквитаться. По своим же правилам.
— Зачем тебе это надо?
Пожала плечами.
— Развлекаюсь, котик. Получай удовольствие.
Пока я добрая.
— И, кстати, будет одно правило, — напомнила Никите, а то вдруг он не понял. — Ты ничего не рассказываешь своему брату. Ни о том, что я в курсе, ни о наших встречах.