Глава 19. Что-то насчёт Ксюши

Бесплатный кофе — одна из причин устроиться на работу в ГК «Nova». Проблема в том, что, на фоне остальных новшеств и удобств, которые имелись в комплексе, бесплатный кофе занимал, наверное, последнее место среди всех. Но всё равно был очень даже неплох в виде приятного бонуса.

— И что это с ним такое? — спросила я, присаживаясь за свободный столик. Я была сильно рада тому, что смогла занять место у окна. Теперь наслаждаться напитком было вдвойне приятнее. — Каждый день одно и то же.

— Если честно, после того, что ты сделала, я немного в шоке, — признался Стас. Мужчина занял противоположный стул, поправил манжеты и только после этого вернулся к стаканчику.

— А что я такого сделала? — снова включила режим дурачка. — Ну… может, немного переборщила, но зачем же так кричать? Что за зверские условия такие? Неужели можно так общаться с сотрудниками?

— Ты ещё не сотрудник, — припомнил Стас.

— Я знаю… — расстроено согласилась я.

На самом деле, данный факт не слишком меня печалил. Да, я хотела бы работать в других подразделениях ГК «Nova». За две недели работы в этом месте я прямо-таки влюбилась в комплекс. Но была одна проблема: если работники других подразделений имели свободный график — могли работать и отдыхать, когда хотят, нужно было только выполнить задачу в сроки, — то в штаб-квартире социальной сети «Друзья» царил настоящий тоталитарный режим. Работа по графику, перерывы по расписанию, а курильщикам и вовсе приходилось несладко — никаких перекуров, чтобы не воняло в офисе. Я, конечно, тоже против курения, но нельзя же так издеваться над людьми! Ну поставьте вы какой-нибудь дезодоратор на входе, заставьте людей покупать освежители дыхания, нельзя же на столько ограничивать свободу в таком инновационном комплексе! На фоне всех остальных подразделений, социальная сеть братьев Варламовых выглядела каким-то средневековым двориком с окраины современного города. Не спасали даже свежие решения в дизайне офисов и самая продвинутая техника.

— Боюсь, как бы Кирилл не уволил меня после этого.

— Уволил? — я многозначительно посмотрела на мужчину. — Разве ты не сооснователь? Он может тебя уволить?

Стас слабо кивнул, сделал глоток и сказал:

— По факту нет, но по сути — да. Я сооснователь, держатель семнадцати процентов акций, один из членов совета директоров, но при этом нахожусь на должности главного программиста-разработчика. Он не может забрать у меня акции, но уволить с должности может.

— И что? — совершенно не понимая тревоги Стаса, спросила я. — Ну уволит, и пускай. Ты же всё равно останешься директором.

— Это так, — с натяжкой согласился мужчина, — но, если меня уволят, я лишусь смысла жизни. Социальная сеть — это практически полностью моё творение. Мы начинали втроём, но у каждого была своя роль. Собственно, так оно и есть сейчас: Кирилл решает вопросы, занимается организацией, Семён отвечает за безопасность, а я… — мужчина пожал плечами, — я занимаюсь разработкой. Как только меня снимут с должности, я не смогу заниматься разработкой, а значит… — взгляд мужчины упал вниз. — Какой смысл быть просто директором? Я ведь не для этого создавал «Друзей».

Я подумала, что было бы круто, если бы Стас мог уволиться и открыть собственную кампанию. Создать новую социальную сеть, сайт или что-то вроде того, и работать так, как хочется ему. Проблема только в том, что я думала не за Стаса, а за себя — это мне хотелось работать не на Кирилла, а на Стаса, потому что, не устану этого повторять, Стас был отличным начальником.

— Лесь, — мужчина пододвинулся и опустился к столешнице, словно ребёнок. Перешёл на шёпот: — Я вообще-то по конкретному поводу тебя позвал.

Восприняв его действия, как какую-то игру, я повторила за ним — тоже чуть ли не легла на столик грудью.

— Да ты что?! — артистично подыграла я.

Стас изобразил мину недовольства. Я всё равно продолжила улыбаться.

— Хотел поговорить по поводу Ксюши.

Тут же резко отодвинулась назад.

— Насчёт Ксюши? — удивлённо и непонимающе переспросила я, сдвинув брови.

— Да, насчёт Ксюши, — Стас до сих пор продолжал говорить шёпотом.

— Что-то серьёзное? Она не справляется со своими задачами? Кирилл хочет уволить её? — варианты посыпались один за другим.

Ну а насчёт чего он ещё хочет поговорить? — думала я. — Явно же что-то нехорошее. Подруга не слишком сильна в программировании.

— Нет-нет-нет, ты что! — наконец мужчина выпрямился. — Я… понимаешь… хотел знать… есть ли у неё кто.

Напряжённое до того тело мгновенно размякло. Плечи расслабились, упали, складки на лбу растянулись, веки стали тяжёлыми, а голова чуть не запрокинулась назад.

— Боооожечки… — протянула я. — Я-то думала, что что-то страшное. Ну и напугал же ты меня. — Снова уставилась на Стаса. — Она… — поняла, что не знаю, как правильно выразиться. — Понимаешь, ей… Нет, не так… Тебе. Да. Точно! Тебе не стоит связываться с такой, как она.

Теперь хмурился уже Стас.

— Как это?

— Нууууу…

Что ну?! Нужно срочно что-то соображать!

Ксюшу я любила до глубины души. Для меня она была вторым по значимости человеком в жизни — конечно же, после Стаси, — даже несмотря на все наши ссоры и прочее-прочее. Но… В плане отношений… они была слишком ветреной.

Искушённой.

А впоследствии — одинокой, разочарованной.

Если я к своим двадцати одному не встречалась с мужчинами, потому что не было времени, то Ксюша не встречалась ни с кем, потому что устала. Она сменила невероятное количество парней ещё в школьные времена. Так что ко второму курсу подруга не просто изучила основную часть мужских типажей, но и всерьёз задумывалась о том, чтобы стать лесбиянкой.

Нет… это не шутка.

Хотела бы я так думать — и я даже так и думала, когда она заговорила об этом впервые, — но время шло, а её «шутки» нет-нет да проскакивали в наших разговорах, с каждым разом становясь всё серьёзнее и серьёзнее.

Сначала я отмахивалась, отшучивалась, затем уже начала просто игнорировать, а после и вовсе попросила не говорить об этом при мне. Так мы поссорились в очередной раз… Уже после, помирившись, пришлось обещать, что я больше не буду принижать предпочтений подруги.

К сожалению, я так и не поняла, на сколько серьёзно была настроена подруга. Допросов я не устраивала, не пыталась узнать, было ли у неё что-то с кем-то, а когда однажды подумала, что может и было, мне вовсе и сделалось не по себе — я почувствовала себя преданной. Это ведь не парень. Это же то же девушка. А что если она найдёт себе новую подругу? И будет у неё два в одном — спутница жизни и лучшая подруга. Удобно… Больше я об этом не думала, чтобы не расстраивать себя. По крайне мере, старалась. И нет, боже упаси, чтобы я когда-нибудь думала, что подруга рассматривает меня, как вариант для отношений!

В ситуации, в которой я оказалась со Стасом, было бы впору сказать, как же я рада за него. Свела бы двух прекрасных людей вместе, и никогда больше не волновалась бы за то, что Ксюша может уйти от меня к появившейся из ниоткуда любовнице. Боже, как же странно всё это звучит… Но нет. Совесть не позволила соврать ни мужчине, ни себе.

В последний год, как это ни странно, мы не поднимали тему Ксюшиной ориентации. Я знала, что она завязала с парнями, потому что устала, но когда начались разговоры про Семёна, даже немного расслабилась. Когда же я увидела её, идущую под ручку с Семёном, и вовсе обрадовалась, несмотря на нашу ссору. Но когда узнала, что она сделала это из мести, расстроилась вдвойне.

— Ну что такое? — не вытерпел Стас.

— Понимаешь… — продолжала мяться я. — Ксюша, она… ветреная.

Мужчина дёрнул плечами, головой, сдвинул брови.

— Мне так не кажется.

Ну посмотрите на него! Не кажется ему! Молодец какой!

— Ладно, — как ни в чём ни бывало объявила я. Раз уж тебя не останавливает её ветреность, посмотрим, что ты скажешь на это: — Возможно, она лесбиянка, — рубанула сразу с плеча.

Правильнее было бы сказать — бисексуалка. Но и так тоже ничего.

Глаза мужчины расширились. Некоторое время он сидел молча, глядя по сторонам, пытаясь не сталкиваться со мной взглядом. Но вот он пришёл в себя и его глаза уставились прямо на меня.

— Но… я же видел их с Семёном. Пару недель назад, когда вы только пришли… Она не может быть… Семён же хвастался…

Ах… то есть, тебя даже не смущает тот факт, что брат хвастался перед тобой тем, как… пользовался ею… Боже, звучит так, словно моя подруга не просто ветреная, а вовсе какая-то шлюха.

Глядя на Стаса, мне стало стыдно. Сразу за всех — за него, за себя и за Ксюшу.