Глава 24

Вадим Не нужно было приезжать обратно в город. Хотелось остаться там, в маленькой комнате, на кровати вместе с тёплым и таким нежным телом. Воспоминания об отпуске претворились в реальность, и та единственная ночь, которая у нас была, теперь не казалась сном. Я хотел её до конца, без остатка забрать себе и никому никогда не отдавать. Я до сих пор помню, как чуть не разнес весь отель в поисках своей сбежавшей мечты. Это уже потом выяснил, что не было никакой Лены. Меня развели как лоха. Но все же рискнул и рванул в Москву, в тот самый институт, о котором говорила моя страсть на курорте. Понятное дело, что такой сотрудницы там не было. Я был зол и раздосадован. Впервые в жизни в моей душе что-то колыхнулось, похожее на искреннее, настоящее чувство. И оно растворилось так быстро, что я не успел насладиться им в полной мере. Чувство опустошения, которое преследовало меня все это время, никак не отпускало. Заменять её кем-то другим я тоже не хотел: никто не смог бы. Меня окружали девицы, возомнившие себя светскими дивами, вот только в нашем городке вряд ли можно стать такой же, как в Москве или Питере. Обычная девчонка, чуть более обеспеченная, чем другие, а считает себя чуть ли не поп-звездой. Бесят. И каково же было моё удивление, когда моя пропажа обнаружилась. Чисто случайно. Спасибо племяннику. Катя, значит. Не обманула хотя бы в одном – она действительно преподаватель. Вот только не в институте московском, а в обычном техникуме в нашем захолустье. И как я раньше её не приметил? С тех пор не отходил от неё ни на шаг, почти преследуя. Она меня не замечала, но незримо я всегда был с ней. И я был несказанно рад, что этот непонятный мужик, Рома вроде, исчез из её жизни. Вот тут я и развернул свои сети. Выходка Вероники меня взбесила. Чуть душу из неё не вытряс, когда популярными способами объяснял, что к Кате она даже шага делать не должна. Конечно, так поступать с женщинами некрасиво, но Веронику и женщиной назвать можно с очень большой натяжкой. Она активно пользуется мужчинами различных возрастов лишь для удовлетворения своих собственных желаний, а теперь, когда её семья оказалась на пороге банкротства, активно начала атаковать мою скромную персону, чтобы поправить свое финансовое положение. Вот только подобные девушки не входят в категорию моих интересов, о чем ей тоже говорилось неоднократно. Поездка на базу отдыха к Кате была моим лучшим решением за последние многие годы. Прогулка вечером по берегу и последовавшая за ней ночь полностью подтвердили моё желание быть с ней на всю оставшуюся жизнь. Как же удачно вышло, что, едва найдя свою любовь, я её потерял, но вновь обрёл в своём же городе! Да, я был уверен, что это настоящая любовь. Она самая, вот только все не так, как пишут в книгах. Не было ни грома и молний от пересечения взглядов, не было бабочек в животе. Зато была нежность, желание защищать, желание оберегать от всего на свете, желание касаться. Всё мои мысли были заняты только Катей, и больше никто не мог пробраться сквозь них. И я этому был несказанно рад. А вот следующий мой поступок, должно быть, стал худшим за всю мою жизнь. Поддавшись уговорам своих друзей, я все же выбрался с ними в бар. Нашу бурную встречу топил алкоголь, льющийся рекой. Каким образом там оказалась Вероника – в душе не знаю. Но проснулся я в кровати именно с ней. Почти через два дня. Первое, что пришло в мою голову – как я мог так напиться, ведь всегда знал меру. Второе – какого хрена в моей кровати лежит Вероника и почему она раздета. Видимо, моя спутница услышала мои мысли, потому что распахнула глазки и самым невинным голосом произнесла: – Милый, ты почему проснулся? – Милый? – вызверился я. – Ты что тут делаешь вообще? – Ты что, забыл? – деланная обида на хорошеньком личике, прошедшем через множество косметологов. – А вчера говорил, что любишь… – Я? – ужаснулся. Видимо, сильно перебрал, раз до такого опустился. – Зайка, собирайся и выматывайся. – Использовал девушку и в кусты? – ухмыльнулась Вероника. – Некрасиво. – Моя хорошая, – ласково произнёс я, сжимая на её лице свои пальцы с такой силой, что однозначно останутся синяки. – У нас с тобой ничего не могло быть. И теперь бы ещё выяснить, как ты оказалась в моей квартире. – Сам меня позвал! – Вероника пыталась вырваться из захвата. Наконец, я её отпустил, трупа мне в квартире не нужно. – Странно знаешь что? Я никогда не напиваюсь до беспамятства. И прекрасно помню, что выпил всего несколько рюмок. И как же мне удалось дойти до ручки? – я выглянул в окно – моя машина спокойно стояла под фонарём, освещающим подъездную площадку. – И кто же нас привёз, если моя машина стоит под домом. – Трезвый водитель, – зло бросила Вероника, кутаясь в одеяло. Я бросил на неё быстрый взгляд. Помятое, потасканное тело. В скольких руках оно уже побывало? Да у меня на неё ни в каком состоянии не встанет, о какой ночи можно говорить? И что со мной было все эти почти два дня? Тут в памяти начали проскальзывать какие-то картинки: вот Вероника подходит к нам в баре, вот я пью очередную рюмку, вот возмущаюсь, что мои друзья пожалели денег на нормальный алкоголь и приходится пить какую-то бадягу, вот меня выводят на улицу, вот мы едем, а за рулём сидит… Черт, за рулём сидит тот самый Рома, который клеился к Кате. Я вроде пытался возмущаться, но мне прилетел удар в голову, и я отключился. В два шага подлетел к Веронике, схватил её за плечи и хорошенько встряхнул: – Говори, сука, что ты мне подсыпала! – Вадим, отпусти, мне больно! – заверещала Вероника, но после хлесткой пощёчины тут же замолкла. – Говори! – Я ничего не подсыпала! Ты сам меня позвал! – Конечно, и Рому пустил за руль своей машины? – я швырнул Веронику на кровать и вышел из комнаты. – Какого ещё Рому? – возмущалась Вероника, но я промолчал. Надо позвонить друзьям и все у них расспросить. Очень скоро картина того вечера стала ясна. Когда мы сидели в баре, к нам подошла Вероника, начала со всеми активно общаться. Как мне сказал друг, вроде бы Вероника постоянно мне подавала рюмки, не давая самому взять. Когда же моя крыша начала отъезжать, к нам подошёл парень и они вдвоём с Вероникой отвели меня к машине. Все. Значит, что-то подсыпала, иначе я никак не могу объяснить свое поведение. И я точно с ней не спал, это я бы запомнил. – Ещё раз спрашиваю, что ты подсыпала? – я вернулся в комнату и снова принялся за допрос. – Да ничего такого, о чем ты мог бы переживать! – бросила Вероника, одеваясь. – Ты рехнулась вообще? – заорал я, приближаясь в два шага к Веронике. Но она в этот раз разъярённо посмотрела в мои глаза: – Это ты рехнулся совсем со своей Катей! Не мог нормальную себе найти? Да это же дешевка! Куда глаза твои гля… Очередная хлесткая пощёчина остановила гневную речь. Вероника охнула, схватилась за щеку и смотрела теперь с опаской. – Я вроде бы предупреждал, – сквозь зубы прошипел я. – Предупреждал по-хорошему. А теперь выметайся, пока не полетела из окна! – Псих! – крикнула Вероника и метнулась к двери. Я с тяжелым вздохом уставился в окно. Ночь была в самом разгаре, в голове шумело от напряжения и от остатков той хрени, что Вероника мне подмешала. Надо найти этого Рому, чтобы хорошенько его потрясти. Что он успел сделать? – Ну а в баре я увидел подругу твою, – закончил Вадим. – Боевая такая, такую пощёчину влепила, я даже немного потерялся. От неё и узнал о твоём приезде. Ну, как-то так… Я молчала, смотря прямо перед собой. Закат пылал алыми красками, отражаясь в воде яркими бликами. Что я могла сказать? Вроде бы и история более-менее правдоподобная, но что-то во мне противиться тому, чтобы простить Вадима. Он ведь мог все выдумать только для того, чтобы запудрить мне голову. Но зачем? Если со мной он просто играл, значит и смысла нет сейчас выдумывать подобные истории. А если не врет… Я окончательно запуталась.