21

Катя

Он даже говорит, как в рекламе парфюма. Голос размеренный, низкий с прикольной хрипотцой.

Словно мелодию приятную слушаю.

— Просто шик. Нереальные эмоции. Представь: поле, цветущий луг. Дорога из жёлтого кирпича прямо поперёк. Гости — высший класс. Рекрутеры от лучших агентств. Супер солнечная погода. Я открываю показ, иду и чувствую, как огроменная оса залетает за воротник. А со всех сторон камеры, вспышки…

Нам показалось, что в кофейне слишком шумно для разговоров. Решили прогуляться в ещё одно "нереально крутое место".

Господи, сделай так, чтобы это была его квартира. Я же сама никогда не решусь предложить. Но, если вдруг случайно окажемся у него, там кино, вино…

— Ничего, что я всё время о своей работе рассказываю?

— Нет, что ты. Очень интересно, — отвечаю максимально вовлечённо. Тон этот рабочий, можно сказать. Пользуюсь на встречах с промышленниками, когда совсем не понимаю, о чëм речь.

— Ты классная, Кать. Прям супер. Утончённая такая и женственная по-настоящему. Сейчас уже таких девушек не встретить. Особый вайб.

— Спасибо, — столько комплиментов никогда в свой адрес не слышала. Смущаюсь.

— Мы увидимся снова?

— Да… ещё этот вечер пока не закончили.

И ночь.

— Прости. Я тороплю события? Ты мне просто очень понравилась. Зацепила прям.

Прямолинейный какой. Мне придётся говорить, что он тоже мне нравится? Так сразу?

Рано пока. Решит ещё, что я легкомысленная. А мысли у меня с момента, как его увидела, действительно легче лëгкого.

Мимолётная улыбка — универсальный женский ответ.

— Скоро мы в то самое место придём? — с темы соскакиваю.

Расстояние взглядом смиряет.

— Почти пришли. Вон, посмотри, — рукой показывает, — за тем магазином.

Вглядываюсь. На квартиру не похоже. Что-то в тëмных тонах. В сумерках плохо видно.

Дует прохладный ветерок. Я ëжусь, не сдержавшись. Андрей в чёрной косухе, которая ему безумно идëт.

Ещё больше она подошла бы мне. Плащ совсем тоненький.

— Так вот, — продолжает шаг, — после показа мой агент говорит: вау. Вот это запомни. Супер крутую эмоцию выдал. А по факту эта эмоция — боль. Иду, а эта оса меня не останавливаясь жалит. Как бешеная. Представляешь? И именно там меня американский рекрутер отметил, — смеëтся заливисто.

Лодыжки начинают поднывать. За день тысяч двадцать шагов набегала. Не ожидала, что вечером новый забег.

Подходим к небольшому японскому ресторанчику-быстропиту.

У входа приветствует азиаточка в кимоно. Здесь посвободнее, чем в кофейне, но тоже уютно. По классике: бамбук, вееры с изображением сакуры, бумажные перегородки.

Занять столик в самом конце зала, как оказалось, не лучшее решение. Нас никто не беспокоит, но и меню не несут.

Есть безумно хочется. Официанта высматриваю.

— Я сейчас, — подрывается Андрей, заметив, что я его почти не слушаю.

Уходит, собирая по пути женские взгляды.

А вернëтся ко мне! Завидуйте девочки, на сегодня — это моя игрушка. У кого на запястье Картье из последнего каталога? Могу себе позволить красавчика.

Руки сами к телефону тянутся. Звук когда выключила, сразу же внутри тревожно стало. Голос парня чувство это заглушал немного, но теперь его нет, и желание проверить непреодолимо.

Не успеваю блокировку снять, как загорается новый вызов.

Директор.

Сброшу… Нет, не сброшу. Он же заметит… Ладно. Что я, как маленькая?

Выпрямляю спину для уверенности.

— Слушаю, Даниил Александрович.

— Катя, — будто не ожидал.

— Вы что-то хотели?

— Тебе нужно вернуться в офис. У нас срочное дело.

Так и знала, что не нужно трубку брать.

— Даниил Александрович. Уже поздно. Я не могу изменить планы.

А планы мои уже возвращаются с меню и блестящей улыбкой.

— Ты не слышала? Это срочно.

— Простите, Вас правда плохо слышно, — край телефона ладонью закрываю, кашляю, — что Вы сказали?

— Катя, прекрати. Всë ты слышишь.

— Что-что? Лучше напишите, здесь со связью совсем беда.

— Катя!

— Ничего не слышу.

Красная трубочка.

Нужно срочно включить режим самолëта.

Двадцать пропущенных! Когда успели-то? И пять из них от директора. Рекорд новый.

— Всё в порядке? — Андрей садится рядом.

— Надеюсь… — что завтра мой пропуск не будет аннулирован. Вот это я наглая. — не обращай внимания, просто работа.

Директор, блин.

Никакой личной жизни с ним!

Ладно! Быстро перекушу и выясню, что он там хотел.

Падаю указательным пальцем в первые попавшиеся роллы.

— Я выбрала.

Андрей более придирчив. Высчитывает содержание белков, пока я изо всех сил борюсь с желанием сохранить зарплату.

Глаза.

Что-то не то с моими глазами.

Моргаю усиленно, но кошмар наяву отказывается пропадать. Хуарос идёт между столов прямо к нам!

Нет-нет-нет.

Обратно иди.

Закрываю лицо руками. Может, не заметит. Может, вообще не ко мне идёт.

— Екатерина Сергеевна. Я, кажется, ясно выразился.

Чëрт, рядом совсем.

— Даниил Александрович, — фирменно улыбаюсь, — какое совпадение. Андрей, познакомься. Это тот самый гендиректор РосМЭ.

Мой спутник здоровается, но Хуаросу демонстративно плевать. На меня смотрит.

— Как я уже сообщал, дело не терпит отлагательств, — с вешалки плащ мой берёт, сумку с кресла и руку. Руку мою цепляет и на себя тащит!

Только и успеваю растерянно на Андрея посмотреть:

— Прости. Я позвоню… Работа.

Тот в шоке глазами меня до выхода провожает.

Я и сама в шоке.

— Директор! — рукой болтаю, как на привязи.

На улице проводит мимо окон ресторана к дороге, где, перегородив разом несколько припаркованных машин, стоит его чёрный внедорожник.

Мотор работает. За рулём замечаю Станислава, с которым общалась утром.

— Даниил Александрович! Не хотите ли объясниться?

— Сейчас ты мне всё объяснишь!

Пассажирскую дверь открывает, рявкая водителю:

— Свободен!

Потом меня за руку в салон закидывает. С ума сошёл что ли? Убивать меня везëт?

Сам на опустевшее водительское кресло прыгает. В зеркало заднего вида смотрю на то, как Станислав растерянно посреди дороги стоит.

Уменьшается, потому что стартуем мы быстро. Слишком быстро для Хуароса. Защитный тумблер против нарушений правил ПДД по ходу перегорел. Как и тот, что отвечал за логику поступков.