Глава 25. Лина.

 Арбенин проводил меня до дверей кабинета. Пока мы шли по длинному коридору, я ловила на себе удивленные взгляды сотрудниц. Хорошо, что они пока не знают о моем интересном положении. А то столько бы всего насочиняли. И большая часть этого была бы правдой. Однако слухи теперь поползут. От этого никуда не денешься. Но, похоже, босс хочет, чтобы все знали – он мой покровитель. Конечно, это неплохо. С одной стороны. А с другой - зависть может сильно подпортить мне жизнь в фирме.

 Жаль, Игорь так и не понял, что меня расстроило. Но хорошо, что он рад ребенку. Даже не ожидала, что Арбенин будет так заинтересован в нем. А до меня ему дела нет… Я просто мать его потомка. И все. Ничем большим я для него не являюсь.

 Но когда я думала об Игоре (а думала я о нем не переставая), то понимала - он для меня не просто мужчина, от которого я случайно забеременела. Я боялась признаться себе в том, что было очевидно. Жаль, но Арбенин этого не видит.

 Не сомневаюсь, что босс окажет мне повсеместную поддержку, будет помогать не только деньгами.

 Арбенин больше не скрывал своего интереса ко мне. Он часто заходил в отдел, интересовался работой. Я не возражала. Ведь в свидетельстве о рождении будет стоять, кто отец малыша. Так что какой смысл делать из этого тайну за семью печатями? К тому же босс – свободный человек. Ничью семью я не разрушаю. Я смирилась – пусть все знают.

 Босс свое слово сдержал, и я теперь посещала лучшую клинику города. Все было оплачено наперед. Со мной носились как с писаной торбой, меня ждали, интересовались, все ли удобно, довольна ли я обслуживанием. Да, я была всем довольна.

 И однажды в коридоре поликлиники я лоб в лоб столкнулась с Сонькой. Она, похоже, тоже шла на прием к гинекологу. По ее злобному взгляду я поняла, что она в курсе моей беременности. Видимо, информация просочилась из бухгалтерии. Ведь все счета оплачивались через нашу фирму. Мне показалось, Софья пришла ради того, чтобы убедиться в правоте сплетен. А может, у меня просто началась паранойя.

 Возможно, Шаронова решила удостовериться, беременна ли я, и тоже записалась в эту клинику. А уж выяснить, когда я ее посещаю, - несложно. Златогорск – большая деревня, все друг друга знают. Так что нужные сведения, при наличии связей, добыть легко.

 Софья прошла мимо с гордо поднятой головой и еще раз метнула в меня молнии из глаз. Сердце противно похолодело. Кто ее знает, что она может выкинуть? Уже наверняка по конторе поползли слухи о том, что я залетела от босса. Иначе зачем ему назначать меня начальником отдела и оплачивать посещение врачей? Да и вообще мы стали слишком много общаться на людях.

 Неотвратимо приближался сентябрь. В воздухе уже пахло осенью. Ночи и утренники стали прохладными. Но дни по-прежнему оставались жаркими.

 Меня стало тошнить меньше, и только по утрам. Так что днем я вполне могла есть. Поэтому как-то в обед пригласила свою дорогую подругу в кафе.

 Мы давно не говорили по душам. Не было времени. Я старалась много работать, чтобы не срывать сроки заказов. Хотя Арбенин и пытался меня остановить, у него ничего не получилось. Я привыкла держать слово.

 Денек выдался солнечный, но ветреный. Везде цвели астры – признак неотвратимо приближающегося Дня Знаний. Они вызывали у меня патологическую тоску. Только в первом классе я с радостью ждала первого сентября. До сих пор в ночных кошмарах вижу экзамены в школе. И я к ним, естественно, не готова. Просыпаюсь в холодном поту и радуюсь, что «школьные годы чудесные» давно остались позади.

 Сколько нервов потрачено, сколько слез пролито! Именно поэтому я терпеть не могу астры. Думаю, не я одна. Хотя цветы не виноваты, что у большинства они ассоциируются с первым сентября.

 Итак, в обед я повела Инну в кафе, расположенное прямо напротив нашей фирмы. Мы уютно сидели у большого окна в зале на втором этаже. Я смотрела вниз и с удовольствием вдыхала запах свежезаваренного кофе. Какое счастье, что от этого дивного аромата не тошнит и не надо сломя голову бежать в туалет.

 У меня на тарелке громоздились пирожные, а в вазочке  - бельгийский шоколад. Врач велел мне ограничить сладкое и посадил на жесткую диету. Я стойко держалась и мне, наконец, позволили немного вкусняшек. Воздержание закончилось. Сейчас меня ждал небольшой расслабон.

 Я позвала Инну в кафе не просто так. Мне хотелось знать последние сплетни. Как говорится, предупрежден – значит вооружен. Конечно, Инна не могла быть в курсе всего, ведь она моя подруга и с ней особо не откровенничают. Но какая-то информация до нее все равно доходит.

 - Ну, давай рассказывай, что про меня болтают, - приступила я с места в карьер и отправила в рот дольку шоколада. Как же я по нему соскучилась! И почему я совсем недавно даже смотреть не могла на это восхитительное лакомство? Впрочем, утром меня от него все еще воротит. Да, беременность вещь странная.

 - Сначала скажи мне, - лукаво взглянула на меня Инна. – Кто отец ребенка? Я ж любопытная. Это правда, что говорят?

 - А что говорят? – прикинулась я дурочкой и откусила шоколадного пирожного. Какое блаженство!

 - Что у тебя ребенок от того, о ком в нашей фирме не принято говорить вслух, - рассмеялась Инна.

 Я промолчала, но на лице у меня, похоже, все было написано.

 - Ага, молчанье – знак согласия, - удовлетворенно кивнула Инна. – Ну, это отлично. Он мужик правильный, хотя и бабник. Был… - поспешно добавила она. – И вообще, это всего лишь сплетни. Может, он и не бабник вовсе. Просто мужик с нормальной ориентацией. Опять не то  ляпнула, прости, - совсем смешалась Инна.

 - Да ладно, я же знаю, что он из себя представляет. И мне это, как ни странно, совершенно неважно. В нем очень много хорошего, - я осеклась. Не надо об этом вообще говорить. – Так что обо мне сплетничают? Сгораю от любопытства!

 - Ну что хорошего могут сказать гадюки? Шипят. Что ты босса на себя затащила чуть ли не силой. Естественно, сначала напоила до полусмерти. Посчитали сроки – было это на ежегодном корпоративе.

 - Надо же, со сроками почти не ошиблись, - мне стало смешно. Я его напоила! Ага, напоишь такого! Видать, пробовали уже, да не вышло!

 - Что еще?

 - Ну, что он тебе оплатил врачей. Это из бухгалтерии слили. Кстати, Сонька рвет и мечет. Она просто в бешенстве. Ты с ней поаккуратней. И нашему бос…  - Инна замялась, - своему, короче, скажи - Шаронова на все способна. Знаешь, я на днях видела Соньку после работы с одной очень странной женщиной. Пошла на центральный рынок, а они там в уголке беседуют. Сонька меня не заметила. Женщина похожа на цыганку. Ну, или из средней Азии, я в этом плохо разбираюсь. Темная такая, загорелая. Вся в золоте. Но одета прилично. Только что-то в ней не так. Накрашена ярко. Вульгарная, что ли? На голове намотан платок с серебряным люрексом, платье длинное, черное. Как у ведьмы. Страх, да и только!

 - И что? – не поняла я.

 - Может, Сонька хочет тебя сглазить или порчу напустить, вот чего! Может, это колдунья, или кто еще подобными делами занимается? Знахарка? Ведунья?

 - Понятия не имею. Я не суеверная. Не думаю, что это может мне навредить. А Сонька только зря деньги потратит. Да она вроде тоже не дура, в подобную ерунду верить.

 - Ну, не скажи, что это ерунда. Я столько случаев знаю… - зловеще зашептала подруга.

 - Не верю! – прервала я Инну.- Не утруждайся. Не люблю я страшные сказки – глупо и скучно.

 - Все-таки тебе надо оберег сделать. Или тоже к знахарке сходить, защиту поставить.

 - Я на такую чушь денег тратить не буду, - заверила подругу. Не верю я в подобные глупости. Тут работает самовнушение и ничего более. – Еще что интересное говорят?

 - Все гадают, что босс будет дальше делать. Решили, что платить алименты будет. Он же мужчина порядочный и ответственный, несмотря ни на что.

 Я невольно вздохнула. Даже на уровне сплетен никто не предполагает для меня хеппи-энда. Не женится Арбенин на мне. Ну, я на это тоже никогда не рассчитывала. Хорошо, что он хоть ребенку рад.

 Вдруг Инна схватила меня за руку.

 - Вон, вон, смотри! Это она! – почти закричала она, до боли сжав мое запястье.

 - Кто? – не поняла я, пытаясь освободить руку.

 - Ну, цыганка же! Про которую я говорила.

 Из дверей конторы вышла худая черноволосая женщина, одетая несколько экзотично. Черное длинное платье почти до щиколоток, бордовый вязаный кардиган нараспашку. На голове яркая шаль, намотанная как тюрбан. Грудь женщины прикрывали многочисленные бусы и монисто. Очень этнографично и совершенно чужеродно с окружающей действительностью. Ей в таком одеянии где-нибудь в таборе песни петь да танцы у костра плясать. Она шла через небольшой парк, отделяющий кафе от здания фирмы.

 - Может, по работе приходила? – предположила я.

 - Ага. По работе! К нам такие не ходят. У нас солидная организация, а не притон.

 Тут с Инной не поспоришь. Это все равно, если в театр заявиться, одетой в один купальник. Неуместно эта женщина выглядит, как ни крути.

 - Возможно, у нее тут кто-то из знакомых или родственников работает, - продолжила я искать логичное объяснение.

 - Может и так. Но я точно видела ее с Сонькой. Я ее по одежде узнала, - продолжала волноваться Инна. – И с чего бы Шароновой снизойти до общения с подобными личностями?

 - Ну, мало ли, - неопределенно протянула я.

 - Нет, тут что-то нечисто. Возможно, Сонька хочет приворот заказать. Или снять венец безбрачия. Или…

 - Инна, ты себя слышишь? Какой венец? Что ты несешь? – вот уж не думала, что у меня такая суеверная подруга.

 - Эта дамочка если не цыганка, то какая-нибудь колдунья или ясновидящая. Вид у нее соответствующий. Точно тебе говорю. Их сейчас развелось немерено.

 - Ну и ладно. Нам-то что до нее? Давай дальше кофе пить, - я приступила ко второму пирожному. Какое же счастье, когда не мутит от вида вкусняшек!

 - А может, Шаронова заказала тебя? – испугалась Инна собственному предположению.

 - Киллеру, что ли? Так эта худосочная тетка на убийцу не тянет, - усмехнулась я.

 – Перестань шутить. Ты все отлично поняла. Шаронова, возможно, хочет на тебя порчу наслать. Ведь в конторе уже все знают, что ты беременна и кто отец ребенка. А Сонька очень много потеряла, когда Арбенин ее бросил.

 - Вроде, она его бросила? Из-за скандала с Димой. До меня тоже слухи доходят, - усмехнулась я.

 - Ну, это как сказать. Сонька нашего босса шантажировать пыталась, а он ее послал. Ей обидно. А тут еще ты ему подвернулась так некстати для нее, уж прости за откровенность.

 Я рассмеялась:

 - Точно, подвернулась.

 - Сонька теперь от ревности с ума сходит. Так что от нее стоит ждать гадостей вселенского масштаба. Змея она натуральная. Давай тебе оберег сделаем? Я сама к знахарке схожу, без тебя. А?

 - Инна, успокойся, пожалуйста. Плюнь на все это и наслаждайся пирожными. Они сегодня особенно хороши, - я пододвинула тарелку подруге. А то я все съем одна, буду толстой, и мне придется сесть на жесткую диету. Ты этого хочешь?

  - Перестань шутить! – возмутилась Инна. – Это все очень серьезно, уж поверь мне.

 - Я подумаю над этим. Но не теперь. Хочу получать удовольствие от кофе и не забивать голову глупостями.

 - Ты невозможно легкомысленна! – вздохнула подруга. – Ладно, давай, помогу тебе бороться со сладостями. Одна ты наверняка проиграешь битву.

 Мы вернулись в фирму за десять минут до окончания обеденного перерыва. Подходя к двери моего кабинета, Инна снова схватила меня за руку.

 - Смотри, смотри! – в ужасе зашептала она. – Я ж тебе говорила! Это порча, точно!

 От дверей нашего кабинета в сторону лифта чередой стояли небольшие столбики из копеек. Самый высокий был у двери, а потом количество монеток уменьшалось, и в конце лежала одинокая копейка.

 - И что сие значит? – удивилась я. – Похоже, ребенок поиграл. Видимо, мама привела свое чадо в обед на работу.

 - Нет, - зловеще зашипела Инна. – Это заговор на то, чтобы у тебя деньги закончились. Видишь, как копеечки уменьшаются от входа к выходу?  Так от тебя денежки и уйдут.

 - Ага, на лифте уедут, - съязвила я. - Да кто сейчас вообще копейками пользуется? Их ни в одном магазине не принимают без скандала.

 - Дурочка, это символы. Ритуал такой.

 - Ерунда, - отмахнулась я.

 Но прямо у порога кабинета мы увидели небольшой кусочек сырого мяса, проткнутого несколькими иголками.

 - Ой, - простонала Инна. – А это совсем плохо…

 - А точнее? – на меня эти шаманские штучки впечатления не произвели, но стало интересно.

 - Не знаю, - прошептала подруга. – Но думаю, это опасно. Надо в интернете посмотреть.

 - Не надо, - попросила ее я. – Не забивай голову глупостями ни себе, ни мне. Ерунда все это, суеверие и мракобесие. Пошли работать, а то точно деньги от нас уплывут.

 - Но ты мясо не трогай, и деньги тоже, - попросила Инна.

 - Делать мне больше нечего, - фыркнула я в ответ. – На это у нас в фирме есть уборщица. Она все это колдовство повыметет так, что и следа не останется.

 - Может, мне для тебя хорошую знахарку найти? Так, на всякий случай? – с надеждой поинтересовалась Инна. – У меня подруга к одной ходит. Та ей венец безбрачия снимает. Сейчас многие это делают, чтобы замуж удачно выйти.

 - Мне не надо знахарок. А давно она ей этот венец снимает? – полюбопытствовала я.

 - Больше года. Скоро должно сработать. Надо в полнолуние разводить костер на перекрестке проезжих дорог в полночь. И читать заклинания. И так семь полнолуний подряд. Пропускать нельзя, иначе начинай все сначала. И делать это надо обязательно недалеко от дома, где живешь. Да, и еще в этом обряде должны участвовать все женщины рода.

 - И много их у нее?

 - К счастью, одна мама. И ее-то еле уговорили, не хотела. Вот они вдвоем и ходят на обряд.

 - А где живет твоя подруга?

 - Да в самом центре. Поэтому и не получается все сделать как положено. То прохожие мешают, то водители полицию вызывают. Костер же надо точно посредине перекрестка разводить. А в полночь еще полно машин.

 - Наивная ты! - рассмеялась я. – И подруга у тебя такая же. Да и мама ее зря пошла на поводу у дочери. Этот обряд рассчитан на то, что его провести правильно невозможно. Хорошо твою подругу разводят. Дура она, прости за откровенность. Но мне ее даже жалко. Зря она деньги на ветер выбрасывает.

 - Может, я и наивная. А ты упрямая.

 - Уж если твоя подруга так замуж хочет, полно фирм интернет-знакомств. Хотя и там, наверняка аферистов хватает… - констатировала я. – Да, нелегко создать нормальную семью в наши дни…

 Последняя фраза была просто мыслью вслух. Я сдержала вздох. Хочется, чтобы все было как положено – муж, дети, а не получается.

 Про дурацкие штучки под дверью я забыла почти сразу.

 Зато дотошная Инна провела целое расследование и выяснила, что таинственная темная женщина приходила перед самым обедом якобы в отдел кадров под предлогом устройства на работу уборщицей. Она заболтала женщину, которая сидит в холле в качестве дневного охранника. Убедила ее, что забыла паспорт, но обязательно принесет его в следующий раз. Однако в отделе кадров ничего не знали об этой женщине.

 Инна посоветовала рассказать обо всем Арбенину. Но это было глупо, и я отказалась. Что я скажу Игорю? Что Сонька наняла колдунью, чтобы я обеднела, разорилась и заболела? Или для чего еще был предназначен этот кусок мяса с иголками? И что он про меня подумает после всего этого? Что я паникёрша, истеричка и просто дура. Тем более что я в подобную чушь не верю.

 Через несколько дней нашему небольшому, но слаженному отделу поручили еще один заказ. Интересный и денежный. Я и мои сотрудники были довольны – жизнь налаживалась, деньги текли, если и не рекой, то стабильным ручейком. И ручеек этот пересыхать не собирался. Следовательно, заговор на уход от меня денег не сработал.