Глава 11

— Кто это? — хмуро интересуется Бестужев, почувствовав неладное.

В этот самый момент дверь в домик поддается. Мы с боссом переглядываемся, по очереди переступая порог. Мне симпатичен этот гостевой домик, он очень уютный и напоминает теплый уголок. Его деревянные стены пропитаны ароматом свежесрубленного дерева. Внутри нас встречают мягкий свет ламп, уютные клетчатые пледы, глиняный декор и камин. Здесь даже есть небольшая, удобная кухонька. Этот домик словно создан для того, чтобы забыть о суете и насладиться простыми радостями жизни: прогулками по окрестным лесам, вечерними беседами на террасе и звездами, которые так хорошо видны в ясную ночь.

Но босса ничто не радует, его волнует незваный гость, и он в упор сверлит меня своим пронзительным взглядом. Не вижу смысла скрывать:

— Это мой жених.

— Ваш кто? — прищуривается Бестужев, переспрашивая, как будто не понял.

— Суженый мой, ряженый, мне судьбой предсказанный, — вздыхаю я, переводя взгляд с босса на Игната и обратно. Жениха видно в раскрытой двери, он спешит по дорожке. На нем белая майка почти как у босса, а вот джинсы у него синие и линялые. — Если непонятно, могу повторить по слогам: же, черточка, них! Это мужчина, имеющий невесту и намеревающийся на ней жениться.

— Я понял, Аглая Людвиговна, — одергивает жестким тоном. — Меня волнует другое. Почему он бегает по моей земле как у себя дома?

Строгий босс, щурясь, прибивает меня взглядом к полу.

— Потому что он здесь родился!

— В санатории? — босс умело вскидывает правую бровь. — Прямо в этом домике? На вон той кровати?

Сжав губы, качаю головой.

— Очень смешно. Местный он, а местные, как известно, слегка отличаются от пришлых.

— Они не умеют читать таблички с надписью «Посторонним вход запрещен»?

Мой Игнат — настоящий крепкий мужик. Его руки, широкие и мозолистые, выдают в нем человека дела. А густая растительность на груди лишь подчеркивает его основательность и природную силу. Они с Бестужевым как небо и земля.

И эта земля уже возле нас…

— Привет! — Тяжело дыша, он опирается руками о мощные колени. Как и Бестужев, он занимается спортом — в основном таскает бревна на лесопилке.

— Аглая, что происходит? Почему ты не дома?

Он оглядывает меня, и его усталое лицо мгновенно искажается злостью и хищным блеском глаз.

— Я, честно говоря, перепугался. Как обычно, перелез через калитку, потом к тебе через окно забрался, а там — никого! — вот так незатейливо мой жених позорит меня полным отсутствием манер и воспитания.

— Какая прелесть, — язвит босс, явно наслаждаясь ситуацией.

— А это кто? — замирает Игнат, замечая Бестужева.

— Это наш главный гость, — с нарочито наигранным уважением поясняю я.

— Аглая! Что все это значит?

Я снова закатываю глаза. Иногда Игнат просто выводит меня из себя. Он вечно жалуется, что я уделяю ему мало внимания, что затягиваю со свадьбой и так далее. Неужели он не понимает, что этот санаторий для меня все?

— Ничего это не значит, я просто показываю Яну Аристарховичу его гостевой домик.

— В таком виде? — он осматривает меня с ног до головы. — Ты же почти без одежды, и волосы мокрые.

— Все, Игнат, иди домой, сейчас не до тебя! — я пытаюсь его отослать.

— Ты что, спишь с ним ради спасения санатория?

— Господи, — я хватаюсь за голову. — Он здесь всего несколько часов, когда бы я успела с ним переспать?

— А когда ты успела надеть эту мокрую короткую пижаму?

— Все. Иди и не морочь мне голову.

Игнат, с его вечной потребностью в подтверждении моей любви и преданности, не видит дальше своего носа. Он не понимает, что мой мир сейчас вращается вокруг спасения этого места, которое стало для меня всем. Санаторий — это не просто работа, это моя жизнь, моя ответственность. И сейчас, когда на горизонте появился такой важный гость, как Ян Аристархович, я не могу позволить себе отвлекаться на его мелкие обиды.

Я смотрю на Бестужева, который, кажется, наслаждается этой сценой, его губы тянутся в легкой усмешке.

— Невероятно, вместо того чтобы жить свою лучшую жизнь где-нибудь в элитном коттеджном поселке, я вынужден общаться с вами двумя.