Глава 14

– Еще тут, – он прикрывает глаза. Смотрит на часы, снова в глазок. Я молча стою рядом ни жива ни мертва. Поверить не могу, что удалось сбежать от Марко. Но все это будет напрасно, если нас с Денисом словят. Меня то отвезут обратно, а вот с братом что?

– Я тебя люблю, – обнимаю его и тихо плачу в толстовку, – прости, что втянула.

– Брось, мы семья Соня. Ты и твоя мама для меня с детства ближе моих кровных родственников.

– И ты моя семья.

– Кто тебя преследует? Расскажи, потому что я как слепой котенок сейчас.

– Марко Рицци. Он страшный человек… ты себе не представляешь.

– Как ты с ним вообще встретилась, Соня? – Денис ошарашенно смотрит мне в глаза.

– Меня к нему привезли, – вяло стираю слезы.

– Так, подожди, – брат выглядывает в глазок. —Ушли, – он открывает дверь, быстро захлопывает и тут же открывает соседскую квартиру. Впихивает меня в темный коридор.

– Кто тут живет? – пытаюсь осмотреться. Кругом пахнет пылью и старой мебелью.

– Никто.

Денис проходит в зал, открывает балкон.

– Иди сюда.

Следую за ним. На балконе зябко, дует ветер. А я и не заметила, как на улице стало прохладно, пока неслась домой.

– Тут пожарная лестница. Я лезу первым, – он ловко перепрыгивает за заржавевшую шаткую лестницу у балкона и спускается вниз.

Мне это сделать намного сложнее. Мало того, что я боюсь высоты. Так еще и в туфлях на шпильке. Их я так и не сняла. В обуви Дениса я бы утонула, а босиком холодно.

– Ну ты даешь, – брат чертыхается, видя мои шпильки.

– А что мне было надеть?

– Все, пошли, – он хватает меня за руку и мы вместе спускается к подвальной двери соседнего дома. Ее Денис открывает еще одним ключом на своей небольшой связке. Дальше мы проходим под всем домом, петляя от помещения к помещению. Выходим с другой стороны и садимся в старенький фольксваген. – Ушли, – Денис усмехается.

– И куда теперь, мистер Бонд?

– У меня есть еще квартира, – он заводит разваливающуюся колымагу. Мне накидывает на волосы капюшон. – Не светись. Так куда ты встряла, сестренка?

– Не я, мама, – выдыхаю, – моим отцом оказался Франко Тизиано. Представляешь?

– Да ладно, – Денис округлил глаза. Вытащил из пыльного бардачка сигареты и прикурил. – А Виолетта была еще той зажигалкой.

– Не надо так о моей маме, – я ударила Дениса кулаком в плечо.

– Извини, но просто Тизиано. Итальянская диаспора и все такое. У него целая компания по продаже металлопроката. Это ж такие бабки, капец!

– И у него нет наследников, – я сглотнула, – точнее не было.

– Твою мать! – Денис вытаращился в лобовое стекло. Поток вечером был плотным, поэтому приходилось смотреть внимательно. – Ты – наследница его миллионов получается.

– Да, – я всхлипнула, вытерла слезы рукавом толстовки.

– Только тебе их никто не даст, – Денис выдохнул струю дыма в окно, снова затянулся, – у них там все поделено. Рицци сейчас заправляет всем после смерти старика.

– Да! – я выставила руку с кольцом вперед.

– Ну пиздец, – брат присвистнул, – только ты могла так встрять, Сонька. Я всегда знал, что с твоим везеньем что-то не так.

– Пошел ты, – скрестив руки на груди, я прислонилась головой к стеклу двери. – Что мне теперь делать?

– Валить из страны. В живых тебя никто не оставит, – Денис нажал на газ. Машина ускорилась, заставляя меня бояться того, что просто рассыпается по дороге от натуги и мы никуда не доедем. Пришлось вцепиться в пыльную обивку сиденья пальцами.

Денис остановится у полуразваленной хрущевки. Машину завез в ракушку.

– Пошли, – с накинутыми капюшонами мы вошли в грязный разрисованный подъезд, где воняло кошками и мочой.

– Паштет, – я остановилась, – что с ним будет? Черт! Я не могу его бросить.

– Успокойся, – Денис потащил меня дальше, – посидит пару дней без еды, ничего с ним не станет. Заберу как-нибудь.

– Только осторожно.

Я позволила завести себя в квартиру. Она была больше похожа на бомжатник, чем на нормальное жилье.

– Фу, – я кашлянула. Воняло каким-то бабушатником.

– Не дворец, но можешь вернуться к Рицци.

– Не шути так!

Денис дернул за веревочку, включая лампочку Ильича на потолке. Откинул с дивана пластиковую пленку, потом со стола, на котором была кофеварка и мультиварка.

– В столе должны быть печенье и конфеты, – он ударил по тумбочке. – Отдохни, я пока кое-куда съезжу.

– Куда? – я напряглась.

– Нужно тебя вытаскивать из жопы, в которую ты попала, – он вздохнул. – Просто побудь тут.

Денис исчез, оставляя меня одну в этом бомжатнике. Из-за стены доносились пьяные крики, потом звуки драки.

– Все будет хорошо, – я закуталась в плед, который лежал рядом. Устроилась на диване, закрыла глаза. Тут же передо мной появился образ разъяренного Марко. Он же не успокоится теперь, особенно после официальной помолвки.

Мне конец.

Раз конец, бороться буду до конца. Не дамся я ему. Не сложу лапки.

Денис появился к утру злой. Под глазами синяки от недосыпа, на щеке огромный синяк. Это еще люди Рицци ему оставили на память.

– Вот, – он бросил на покрывало паспорт. Рядом пакеты с одеждой и обувью.

– Виктория Иванова, – открываю документ, пролистываю свое фото, страницу с визами, – гражданка Беларуси с Шенгеном.

– Поезд через полтора часа до Минска, там самолет.

– А меня не арестуют?

– Он настоящий, – Денис садится рядом. – Вали из страны, Соня. Прямо сейчас.

– Спасибо, – обнимаю брата за плечи.

– Вот деньги на первое время, потом что-нибудь придумаем, – он вытаскивает пачку из кармана.

– А ты?

– Я уехать не могу, – он сжимает лицо ладонями, локтями упирается в колени, – у меня обязательства перед очень непростыми людьми.

– А ты куда влип?

– Не волнуйся, я уж точно выплыву, привык, – Денис прикрывает глаза. – Черт, как спать хочется. Но надо ехать, – он роняет взгляд на телефон, хмурится. – Рицци, паскуда, лям баксов дает любому за тебя живую и пятьсот за мертвую .