Глава 28

Два амбала втаскивают меня в заброшенное здание. Это действительно школа – на стенах плакаты, справа спортзал. Тащат дальше по коридору, пока не доводят до одного из классов. Он небольшой. На окнах старые решетки, в двери врезан новый замок. Само помещение пыльное, с горой книг, сваленной у стены. В центре матрас с покрывалом. Хотя бы они не выглядят древними, как все вокруг.

Мне развязывают руки и оставляют одну. Набираюсь смелости, чтобы сорвать с губ пластырь. Отдираю рывком и всхлипываю. Больно, капец!

– Мне конец, – обхожу класс по периметру, дергаю за решетки, проверяю, не могу ли как-то выбраться. У меня ничего не выходит и я сажусь на твердый матрас, накидываю на плечи плед.

Ну я и дурочка! Лучше бы под крылом у предателя Марко сидела. А теперь что? Меня же точно убьют. И Марко с братом и отцом тоже.

Падаю на матрас, заливаясь слезами. Рыдаю, пока не начинаю икать и не заканчиваются слезы. Потом просто лежу.

Когда начинает темнеть, ко мне снова приходят те два головареза, отводят в уборную, бросают пакет с буханкой хлеба и бутылкой воды.

Я и этому рада, потому что с утра не ела вообще.

– И тебя заперли? —отщипываю маленькой мышке, выбежавшей из-под кучи книг, кусочек хлеба. Она хватает его, воровато оглядываясь, потом быстро ест. – На еще, – отщипываю еще кусочек, – ты, может, моя последняя подруга перед смертью, – откусываю кусок прямо от буханки. – Я такая дура, Лариска? Могу я тебя так называть? Мышка в мультике была такая, – я устало взмахиваю рукой, – хотя откуда тебе знать, ты же итальянка, а мальчик наш, – всхлипываю. – Хочу домой, к березкам нашим и к Марко хочу!

Мышка доедает хлеб и сбегает. Не понравились ей мои слезливые откровения. На улице темнеет окончательно. Мне из всех углов мерещатся демоны и огромные крысы. Каждый шорох заставляет вздрогнуть.

Так хочется, чтобы Марко меня тут не бросил. И еще, чтобы его не убивали!

Я, кажется, в этого неверного идиота влюбилась. Эх, только мы, русские женщины, такие вот дуры! Нас не ценят, изменяют, а мы любим и ждем. Точно дуры… ой я дура!!!

Рыдать и голодать всю ночь мне никто не мешал. А я себя и не сдерживала, надеясь распугать своими завываниями призраков бывших учителей, если они тут есть.

Уснула к утру от изнеможения. Проспала где-то до обеда, когда мне снова принесли поесть.

С амбалами, что меня сторожили, общаться было бесполезно. Они молчали, мои попытки заговорить игнорировали.

Время текло медленно, сутки я отсчитывала по прошедшим ночам и делала зарубки белым мелом на стене. Еще подружилась с мышью, которая стала прибегать каждый день. Поколупалась в куче книг, которые оказались учебниками по разным предметам. Нашла стопку словарей, среди которых был и итальянско-русский. Половины страниц в нем не было, зато нашла сложенный листочек. Кто-то умный написал список русских ругательств с переводом на итальянский.

– Смогу сказать пару ласковых на прощанье, когда меня будут убивать, – буркнула я, пробегаясь по матерным выражениям.

Дважды за неделю приезжал Лоренцо. Ко мне он не заходил, только орал на своих дуболомов. Видимо, для профилактики, поскольку ничего интересного у нас не случалось.

Я честно пробовала сбежать. Нашла какую-то железяку и пыталась снять ею дверь с петель, ломала замок, каждый прут в решетках на окнах проверяла. В туалете искала варианты выбраться, но окон там не было.

Чтоб там ни писали в приключенческих книгах, не всегда есть реальная возможность сбежать.

Была бы я мужиком, попробовала бы подраться с охранниками, но где моим пятидесяти килограммам бороться с этими центнерами? Или даже больше…

Меня заломают или того хуже. Не нравится мне, как они на меня посматривают.

К вечеру шестого дня вокруг школы начали появляться новые люди. Они были с оружием, в черных очках, переговаривались по рациям. Я затаилась у окна, пытаясь услышать и понять их фразы. Пару раз мельком видела возбужденного Александра, бегающего по территории и командующего. Ближе к ночи появился Лоренцо.

Явно что-то намечалось и это было связано со мной. Неужели Марко приедет меня вызволять? А если с ним что-то случится?

Я укуталась в плед и ходила по пыльной комнате. Отскочила к окну, когда ключ в замке провернулся. Мороз пробежал по коже не зря – на пороге появился Александр.

Он бросил пакет на мой матрас и подошел близко. Слишком близко.

Скривил свой нос, потому что пахло от меня так себе…

А что он хотел, мыться мне не давали. Я быстро умывалась в туалете в раковине, когда меня туда водили, вот и все.

– Завтра твой муженек за тобой приедет, – он отступил, спрятал руки в карманы. Как Александр ни пытался, но по лицу его пробежала рябь страха. – Ты должна выглядеть прилично. Помойся, а то от тебя попахивает, знаешь ли.

– Всегда хотела сказать тебе, что ты сволочь, – выпалила я.

– Спасибо за комплимент, – его губы дернулись в кривой усмешке.

– Когда Марко тебя застрелит, мне даже будет не жалко.

– Это Марко твоего застрелят. А потом его братишку, который точно ломанется выручать своего непутевого братца. Пока их будут тут добивать, наши люди доберутся до старика в Неаполе, и вся семья будет вырезана, – Александр цокнул. – Хватит Рицци порядки наводить, пора уступить место тем, кто заслуживает держать эту власть в своих руках больше.

– Уж точно не тебе, – я прищурилась. – Ты как был на побегушках, так и останешься.

– Дрянь! – он влепил мне хлесткую пощечину. – Вся в папашу Тизи. Ну ничего, он в могиле и ты скоро там окажешься. Если ты не в курсе, Соня, свидетелей в живых не оставляют!