Клара КонтиБосс мафии. (Не) законная любовь · Глава 34. Кодона

Глава 34. Кодона

Женщины правят миром.

С ними не стоит бороться,

потому что они знают, что делают.

Спросите Наполеона…

Тупой пацан. Именно так я заклеймил себя, вскрывая квартиру своей жены среди ночи. У меня были ключи, но долбанная цепочка…я сорвал ее одним рывком.

Ради того, чтобы увидеть ее снова, я припарковал тачку с другой стороны улицы и прикрывшись черным зонтом, потому что лил дождь, инкогнито подкрался к металлической лестнице. Взобрался по ней, ну, а дальше вы уже знаете.

Осторожно преодолев коридорчик, я вошел в гостиную тире спальню и увидел Мию, спящую под тонким кружевным пледом.

Да, сегодня охеренное пекло. Я сам вспотел насквозь. Но что–то мне подсказывало, обильное потоотделение вызвано не только жарой.

Сняв туфли и носки, я приблизился к кровати. Мия как раз улеглась на спину. Коротенькая маечка задралась и оголила бархатистый полукруг груди.

У меня слюна во рту скопилась. Я опустился на колени, сдвинул тонкую ткань и прижался губами к манящей розовой вершинке. Девочка заёрзала, но не проснулась. Я смял рукой другое полушарие и поиграл с затвердевшим соском.

Мия невнятно замурлыкала. Так сладко, возбуждающе.

Я высек губами бороздку до ее плоского животика и носом подцепил кромку хлопковых трусиков.

Подушечками пальцев невесомо коснулся спрятанного под нижним бельем островка. Нежно надавил на мокрый холмик. Даже во сне, Мия не могла противостоять моим ласкам.

Бесшумно переместившись в изножье, я стащил с нее чертовы трусики, и она непроизвольно раскинула бедра. Ее киска заблестела в свете уличных фонарей. По сочным губкам потекла сладкая патока. Я облизнулся и подтянувшись, лизнул меж складок.

Мия сонно запротестовала, но я заметил ее руки на груди. Она теребила соски, думая, будто пребывает в другой реальности.

Я усилил нажим языка и малышка задрожала.

По моему подбородку побежало ее ароматное возбуждение.

Быстро расстегнув ремень, я спустил брюки и боксеры. Ствол уперся в деревянную планку кровати.

Я хотел ее больше, чем когда–либо.

Такую расслабленную, податливую, тепленькую…

Смял губами налитый желанием бугорок и услышал глухие стоны. Мия яростно сжала груди и немного выгнулась.

Я поднялся, слизывая сладость с ее кожи и медленно вошел в нее. По всему моему телу пронесся электрический импульс. Ни в одной вагине моему дружку не было так хорошо.

– Ильфар?! – закричала Мия, широко раскрыв зеленые глаза.

Я заткнул ей рот жадным поцелуем и глубоко толкнулся. Она заколотила меня по спине, царапнула ягодицы, а потом обвила ногами мою талию и стала двигаться в такт.

Время остановилось намертво.

Мы наслаждались друг другом.

Мия взъерошила мои волосы и когда я хотел перевести дыхание между поцелуями, ухватила меня за бороду и молча, скомандовала – только попробуй.

Я завлек ее язык в долгую борьбу и сильнее задвигал тазом. Стоны Мии зазвучали без остановки. Целуя меня, она издавала неподвластные сознанию звуки. Каждый из них терялся во тьме и влажных шлепках наших тел.

Сдерживать приближение оргазма становилось всё труднее и труднее. Почувствовав это, Мия ловко уложила меня на лопатки и оседлала, раскидав свои потрясающие волосы по плечам.

– Хочу видеть твои сиськи.

Сипота в голосе вызвала у Мии улыбку.

Она ухватилась за край майки и избавилась от нее.

Теперь я мог щупать ее аппетитные груди, задевать языком и любоваться их ритмичными покачиваниями в унисон безудержной скачки.

– О, черт…

Лицо Мии исказилось в предчувствии бурного взрыва. Я вцепился ей в бедра и принялся грубо толкаться вверх.

Мокрая…скользкая…узкая…

Все, как я любил.

И прямо сейчас, меня разнесло к чертям собачьим от давления стенок ее пульсирующей киски.

Я притянул ее к себе и остервенело поцеловал. Мия забилась в агонии в моих объятиях и громко прокричала мне в рот от нахлынувшего божественного удовольствия. Я перенял ее безумие и кончил так мощно, так кайфово, что добрая порция моего семени вытекла наружу и мне захотелось увидеть этот шедевр, затаив дыхание.

– Мы не должны были…– прошептала Мия, посасывая мою нижнюю губу.

– Я никого не хочу и не могу трахать, кроме тебя.

– Ильфар…

Мне пришлось разорвать нашу милоту и снять ее с себя.

Малышка непонимающе заморгала густыми ресницами. Я обтерся покрывалом и присел. В башке загудело по понятной причине. Положил руку на затылок и сматерился.

– Я совершил ошибку, придя сюда, но ты была мне нужна, Мия.

– Что случилось? – она подползла и обняла меня за пояс. Уместила острый подбородок на моем плече. Я почувствовал себя сволочью. Мудаком, спустившим пар на невинное существо.

– Тяжелый вечер.

Вдаваться в подробности не возникло желания, но Мия…она слезла с кровати и встала передо мной в чем мать родила.

– Ты снова поступаешь, как свинья, Ильфар! Даешь какую–то надежду и тут же вырываешь ее с мясом! Что ты за человек?!

– Мия…

В голове задолбила в тарелки тупорылая макака.

– Нет, ты выслушаешь меня сейчас, ведь ты, проник в мой дом, трахнул меня и…блин! – топнула ногой и пихнула меня в плечи. – Тебе надо лечиться! Ты настолько свихнулся, что вообще не видишь границ. Я сказала, что хочу побыть одна, хочу забыть то, как ты поступил со мной после встречи с сестрой. Но ты явился ночью и…я опять уничтожена!

– Тебе понравилось.

Глазами испепелил ее и стиснул челюсти.

– Конечно, понравилось, Ильфар. Когда ты нежен, внимателен и не корчишь из себя не пойми кого, я готова быть твоей. Готова заниматься с тобой любовью и набираться опыта, потому что, ты мой единственный мужчина. Тот неудачник, с которым я потеряла девственность, был лишь средством для достижения цели.

– Ты трахнулась с ним, чтобы я не стал твоим первым?

Факт.

Не надо напрягать мозг.

– Да. Я не сомневалась, что ты захочешь меня и не собиралась отдавать тебе то, что ты ценил не меньше других мужиков–мафиози.

– Дура. – Воткнул локти в колени и поглядел на нее исподлобья.

– А ты дурак. Ты то открываешься мне, то закрываешься на семь замков. Так не может продолжаться. Ты знаешь обо мне всё. И я хочу того же. Не ради доноса Звягинцевой или Решетникову. А ради себя самой, Ильфар. Если ты не хочешь быть ко мне ближе, то прошу, не приближайся. Не врывайся и не доставляй мне удовольствие, которое разбивает меня на части после таких вот разговоров.

Обвела меня рукой и обреченно шлепнула себя по бедру. Через секунду откинула голову и негромко шмыгнула.

Я встал и убедился в слезах, струящихся по ее щекам.

– Тебе можно больше не беспокоиться о начальстве. Несколько часов назад их убили. Взорвали машину, в которой они ехали.

– Что? – Мия проморгалась и устремила на меня шокированный взгляд. Зеленый оттенок ее радужки потемнел.

– Те, на кого ты работала – мертвы.

Я собрал вещи с пола и бросив их на кресло, начал одеваться.

— Вот что значит тяжелый день, да? – улыбнулась ехидно и утерла сопли. – Просто потрясающе, Ильфар. Просто потрясающе…

– Я не солгал, сказав, что ты была мне нужна. – Застегнул ширинку и справился с ремнём. В последнюю очередь накинул рубашку.

– Вытрахать злость? Для этого нужна?

Голая девчонка, качающая права – соблазнительное зрелище. Но не в три часа ночи. Я провел важные переговоры, в связи с трагедий, уже озвученной мной, и встретился с Тимом. Передал через него Диониди, что пора бы нам еще раз свидеться. Тот прислал мне положительный ответ, незадолго до моего визита к Мии. В конце недели состоится ежемесячное собрание всех кланов с музыкой и плясками, там мы и поболтаем. У меня к нему и Кану много вопросов накопилось.

– Я не могу предложить тебе большего. – Наконец–то покончил с рубашкой и дернул воротник.

– Тогда и от меня ничего не требуй. Ясно? – Мия отступила, когда я собрался прикоснуться к ней. – Резиновой бабой, я не буду. Может Асма согласится.

Мия уже который раз упомянула мою сестру в таком значении. Придушу стерву за развязную болтовню.

– Завтра ты возвращаешься домой. Хочешь ты того или нет – ты моя жена.

Послал ей поцелуй на расстоянии и слился с темнотой коридора прихожей.

Я жесток с Мией, но только потому, что я сам пока не разобрался в своих чувствах. А находиться в подвешенном состоянии я не привык. Как докопаюсь до истины, поговорю с ней.

– Ты мерзавец, слышишь?! – Мия выскочила на лестничную площадку, которая на улице, закутавшись в покрывало. – Я тебя ненавижу!!!

Не притормозил.

Не обернулся.

Сел за руль и уехал.