39 глава. Лиля

Не представляла чем заняться, как скоротать время ожидания. Бездействие, а особенно ощущение беспомощности, убивало. А скоро должна проснуться вся семья, и мне предстояло как-то отвлекать их от вопроса: куда пропал Максим?

– Тоже не спится, дочка, – услышала за спиной. Обернувшись, увидела Виктора Васильевича. Он кутался в теплый халат: видимо, за ночь температура на улице значительно упала и в доме заметно похолодало. Самой было зябко. – Меня, старика, понятно почему бессонница изводит – возраст. А ты почему бродишь по дому ни свет ни заря?

Предстояло выкручиваться раньше, чем я ожидала. Но постаралась как можно меньше громоздить лжи и, как выразился Максим, просто скрыла правду.

– Провожала Максима, возникли срочные дела в компании.

– В такую-то рань? – удивился свекр. – Не жалеет себя Максим, – осуждающе покачал головой. – И тебя, дочка. Оставил молодую жену среди ночи, – ворчливо сетовал на поведение сына. – Ну ты уж потерпи, – вдруг начал уговаривать примириться, как ему казалось, с эгоистичными выходками моего мужа, – он научится жить семьей.

– Я не злюсь, – улыбнулась. Не хотела, чтобы он думал, что мы с Максимом поссорились. – Всё в порядке.

– Вот и правильно, – похвалил, – так и надо, – приобнял, прижимая к своему плечу. – Ну раз мы встали, попьем чайку? С вареньицем или медком? – соблазнял разнообразными угощениями.

Самое безобидное и умиротворяющее занятие в сложившихся условиях.

– С удовольствием, – не стала отказываться от дозы эндорфинов в сладком эквиваленте. Немного поднять настроение не помешало бы.

Под руководством Виктора Васильевича я методично доставала с полок разные виды травяных сборов. Пока настаивался чай, мы выбирали варенье из целых рядов банок, которыми был забит один из кухонных шкафов.

Некоторое время мы пили ароматный чай молча, пока я не решилась задать вопрос:

– Вы знали Марину?

Бедный Виктор Васильевич чуть не поперхнулся. Видимо, это болезненная тема для всех Орловых.

– Он рассказал тебе? – первое, что спросил он откашлявшись. Я лишь кивнула, не понимая, что в этом странного. Видимо, эта тема табу. – Больше пятнадцати лет никто в нашем доме не произносил это имя. Мы не хотели лишний раз напоминать Максиму о том случае. – Маленькими глотками пила горячий чай и терпеливо ждала, пока Виктор Васильевич соберется с мыслями. На самом деле, не только на Максиме эта история оставила мрачный отпечаток. – Шабутная была девчонка, – задумчиво смотрел в собственную кружку, – вечно попадала в неприятности. Ох и намучились с ней родители. Оторви и выбрось – иначе не скажешь. Все знали, что рано или поздно она допрыгается. Правда, не думали, что так рано. И что Максим окажется причастен.

Не нравилось пытать бедного Виктора Васильевича, погружая в переживания тех дней, но у меня не было другого выбора: Максим связал мне руки, оставив дома мучаться в неведении.

– А с ее семьей знакомы?

– Конечно, жили в соседнем доме. – Он оживился и принялся громко хлебать чай. – Но вскорости после смерти Марины переехали, куда – не знаю. Но так правильнее. Тяжело им было встречаться и с нами, и с Максимом.

– И больше вы их не видели? – пыталась раскопать хоть что-то. – Не знаете, что с ними сейчас?

– Знать не знаю, ведать не ведаю, – пожал плечами. – Мы сами следом за ними съехали: у Максима всё закрутилось, одним словом дела пошли в гору, и он перевез нас в квартиру побольше. Хотя нам и в старой было неплохо. Но ты знаешь Максима, с ним бесполезно спорить.

Детектив из меня вышел, мягко говоря, не лучший. Никакой полезной информации я не добыла. Надеялась, Максиму повезло больше в распутывании этого клубка.

Решила закрыть, по крайней мере, на сегодня эту тему, и переключилась на более приятную:

– Расскажите про моих родителей, – обхватила ладонями теплую кружку и приготовилась слушать веселые байки из детства и юности своего отца. Давно порывалась пораспрашивать, но никак не подворачивалось подходящео момента.

Виктор Васильевич почему-то не разделял моего восторга, и как-то замялся.

– Тут такое дело, Лиличка, – взял мои руки в свои большие грубые ладони, будто готовил меня к неприятному известию, – к сожалению, я не знаком с твоими родителями.

– Как не знакомы? – я нахмурилась, пытаясь припомнить точные слова Максима, когда он сыграл на моих чувствах, бросив этот факт в лицо. Обманул? Или я что-то напутала? – В же сказали Максиму, что знали моего отца. Он только поэтому и взял меня на работу. Вы что, солгали?! – наконец сложила два и два.

– Получается, солгал, – простодушно пожал плечами, не скрывая доброй улыбки.

Ну Орловы! Ну обманщики! Семья плутов!

– Зачем? – расстроилась, что надежды не оправдались, и я не смогла получше узнать родителей через воспоминания близких им людей.

– Я в тот день зашел проведать Максима, а там ты. Сразу понял, что именно такая жена ему и нужна. А не какая-то бездушная Элина, – скривился, будто говорил о чем-то мало приятном.

– Вы сосватали меня Максиму? – грусть сменилась недовольством.

– Можно и так сказать, – свекр, казалось, не видел в этом ничего предосудительного. Для него в порядке вещей подбирать сыну жену, точно обувь по ноге: примерил, впору – значит берем.

– А он в курсе? – допускала вероятность того, что мой изворотливый муж приложил руку и к этому обману.

– Нет, конечно, – так открещивался от причастности Максима, что на секунду мне показалось, что Виктор Васильевич испугался гнева сына, если тому откроется правда.

– И на что вы надеялись, сталкивая нас? – любому, увидевшему нас с Максимом, ясно, что между нами нет ничего общего. Ни одной точки соприкосновения, которая могла бы послужить началу отношений.

– Что он разглядит в тебе доброту и светлую душу, и не пройдет мимо, – прямое и простодушное оправдание. – И, как видишь, я не ошибся в своем мальчике.

Не знала, грустить или радоваться. Всё подстроено.Меня буквально подтолкнули в объятия Максима. Я думала, нас свела судьба, а оказалось, Орлов-старший.

– Да вы хитрый лис, Виктор Васильевич!

– Главное, что всё сложилось хорошо: вы полюбили друг друга.

Подумать только, если бы в день, когда я пришла на собеседование в «Orlov Group», меня не заметил бы Виктор Васильевич, моя жизнь сейчас была бы совсем другой.

Постепенно пробуждались остальные члены семьи и потянулась рутина выходных дней. Несмотря на то, что я чувствовала себя полностью принятой в семью Орловых, меня не покидало чувство тревоги. От Максима не было новостей, и до Сашки никак не удавалось дозвониться. Несколько раз набрала ему с утра, но все звонки остались без ответа. В течение дня забегала в его пустующую комнату покормить всеми покинутого Морковку. Угощала его свежими фруктами и овощами, трепала за ушами и попутно обрывала Сашкин телефон. К тому моменту, когда он наконец ответил, меня переполнял праведный гнев.

– Я уже думала в полицию обращаться: подавать заявление о пропаже, – с укором отчитывала его как мальчишку, который загулялся допоздна.

– У меня все хорошо, – подозрительно шептал, будто таился от кого-то, – не разводи панику, мамуля.

– Хорошо значит!? – я в отличие от него кричала в трубку. – Бросил меня тут одну! Ты вообще собираешься возвращаться?

– Лиля, тут такое дело, – вяло оправдывался Сашка. На заднем фоне слышались глухой стук и шуршание.

– Включи видеосвязь! – грубо приказала, заинтригованная странными звуками. – Хочу посмотреть тебе в глаза, предатель!

Пара коротких манипуляций и я увидела на экране Сашку. У него был вполне здоровый и цветущий вид. А вот окружающая обстановка выглядела странной: будто Сашка прятался в темной подсобке.

– Ты вообще где?

– Это долгая история, – попытался закормить меня банальностями в стиле “я не виноват, оно само”. – И вообще все претензии к Орлову, – ловко перевел стрелки, – это он попросил об услуге.

– Какой? Провалиться сквозь землю ? Или целоваться с Элиной?

На его лице застыло изумление:

– Откуда ты знаешь?

– Это долгая история, – беспристрастно повторила его собственные недавние слова. – Скажи честно, Саш, ты спятил? Ну какая Элина, когда ты нужен мне здесь?

Сашка вздернул одну бровь, слушая меня с таким видом, будто я переходила границы дружбы и требовала от него слишком многого.

– Извини, конечно, Мышка, но я тебе не нужен, – как обухом по голове. – У тебя всё отлично. Максим не монстр и не маньяк, каким ты его выставляла. Нормальный мужик. Поверь мне, я пил с ним – я знаю. Так что не делай вид, что страдаешь там от домогательств и скотского обращения. Нашла себе мужика, дай и мне наладить личную жизнь.

Я эгоистично заботилась только о себе, не задумываясь, что Сашке тоже может быть одиноко в праздники в ставшей уже чужой стране и в обществе посторонних Орловых. Наверное, не так он планировал отметить Новый год.

– С Элиной? – с грустью и сомнением. Она последняя женщина, которую я бы хотела видеть рядом с другом.

– Почему бы и нет? – он казался уверенным в своих силах, чтобы завоевать такую, как она. – Ты должна радоваться, что я не даю Элине портить ваши с Максимом романтические свидания.

– Ну тогда для надежности женись на ней, – шутливо предложила идти до конца в стремлении помочь мне, – чтобы навсегда исчезла с нашего горизонта.

– Прости, – прижал ладонь к груди и театрально излагал, – но я не готов на такие жертвы даже ради нашей дружбы. – Снова послышались непонятные звуки и возня. – У меня тут разъяренная женщина, – глянул куда-то в сторону, прислушиваясь, – как бы мне самому не стать жертвой. – Атмосфера явно накалялась, и Сашка поспешил попрощаться. – Позже позвоню, – пообещал и отключился.

Я отложила телефон и взяла на руки Морковку. Искренне желала Сашке счастья, но мало верила, что Элина способна осчастливить его. Больше всего боялась того, что она разрушит нашу дружбу. Элина и раньше недолюбливала меня, а после расставания с Максимом точно возненавидит. Вдруг она использует Сашку, чтобы отомстить мне?

Лежащий рядом телефон издал короткий сигнал, вырывая меня из размышлений. На экране “всплыло” короткое сообщение от Максима: Ты нужна мне в офисе. Срочно.

Не долго думая, я отправила Морковку в клетку и побежала вниз, попутно вызывая такси.

– Я к Максиму! – громко объявила домашним, пролетая мимо них. – К ужину обязательно будем, – бросила стандартную фразу и, подхватив с вешалки куртку, выскочила в разыгравшуюся на улице снежную бурю.