Глава 2. Лимит на влюблялки исчерпан

— Ромашкина не работала аж целый год, — подытоживает Руслан Александрович и разочарованно откладывает мое резюме.

Я уже почти пришла в себя после моего позора с моим грациозным падением на его стол.

— Почему?

Поднимает взгляд, от которого я на несколько секунд теряюсь.

В кабинете Коршунова с его строгим белым минимализмом становится холодно. Как в морге, но я смогу ответить на этот непростой вопрос.

Я же его репетировала.

— Просто возьми ее и всё! — не выдерживает Оля и дарит мне несколько секунд передышки для обдумывания вопроса. — Я знаю, что ты уволил секретаршу…

— Так я уволил прошлую секретаршу в силу ее возраста, — Руслан фыркает. — Ей тридцатка стукнула, и ты мне предлагаешь взять на ее место еще старше?

— Не будь таким говнюком!

— А я такой! — повышает голос Руслан Александрович. — Я хочу, чтобы в моей приёмной работала красивая девочка с ногами от ушей. Чтобы она приносила мне кофе и чтобы у меня сразу настроение поднималось.

— Настроение в штанах поднималось? — зло парирует Ольга.

— В том числе, Оля, — Руслан Александрович прищуривается. — Это бабушки думают о душе и мирском, а мужики о длинных ногах и тонкой талии.

Я настороженно кошусь на Олю, которая тоже щурится в ответ на брата. Жду, что она сейчас взорвётся криками, обидами и ответными оскорблениями в том, что он тоже уже не юный жеребец, а повидавший виды старый конь, но ее морщинка между бровями разглаживается, и она мягко улыбается:

— Вот один тоже такую ахинею нёс, а сейчас двойню ждёт от старушки.

— Вам важнее настроение или все же налаженный процесс, когда важные документы не теряются и когда ваша деловая жизнь идёт по чёткому расписанию без лишней суеты и напоминаний? — вдруг решаю спросить я.

Руслан Александрович, похоже, не ожидал, что я подам голос. Он медленно поворачивает в мою сторону удивленное лицо и приподнимает бровь.

— Кстати, Ромашкина, а почему муж с тобой развелся? — он отвечает мне насмешливой нападкой.

Прямо по больному.

Поэтому на секунду я теряю контроль, и у меня вздрагивают ресницы.

— Муж решил уйти к другой женщине, — на выдохе отвечаю я.

Теперь мой Вадим живёт этажом выше. Я, конечно, планирую съехать, но для начала надо найти покупателей на квартиру, но сейчас кризис и на рынке недвижимости за неделю было только пять звонков и две встречи с риелторами.

— А почему решил уйти? — не унимается Руслан Александрович. — Ты, как настоящая старушка, перестала радовать мужа? У тебя начала голова болеть часто? Рот перестал как надо работать?

Сжимаю челюсти, скрипнув зубами.

Вдыхаю и выдыхаю. Я и Руслан Александрович смотрим друг другу в глаза, и у меня в голове неожиданно щелкает догадка.

Он сейчас проверяет меня на стрессоустойчивость в собеседовании с ним. Да, методы странные, но начальники часто самодуры.

Моя начальница на прошлой работе любила подчинённым звонить на выходных и устраивать истерики, что фирма наша в заднице. Тех, кто ей не отвечал на звонки, она увольняла.

Так меня и уволили. Я решила на ее третий звонок в субботу не отвечать, потому что я была занята скандалом с мужем.

— Муж мне озвучил причину своих измен такую, — сдержанно улыбаюсь я и повторяю слова Вадима, которые он кричал перед тем, как свалит к соседке Кате, — я тебя никогда и не любил, дура. Просто подвернулась под руку. Баба ты смирная и с квартирой была, но надоело. Хочу теперь иначе жить.

Это грустно узнать, что муж жил со мной, потому что было удобно. Что женился на мне из-за бабушкиной трёшки, которую я теперь вынуждена продавать.

— Скажи, что ты ему рожу расквасила, — возмущенно шепчет Оля, — ну или яйца ему отрезала? Или… убила и труп спрятала на балконе…

— Отпустила с богом, — отвечаю я и не отвожу взгляда от нахмуренного Руслана Александровича. — Желаю ему зубодробительного счастья… И да, отвечу на ваш следующий вопрос. Соседке моей сорок восемь. Муж ушел мой не за молодостью, а за… — делаю паузу и медленно выдыхаю, — а за любовью. Он, правда, влюбился. По-дурацки, но влюбился.

— Ну, не буду осуждать, — Руслан Александрович пожимает плечами, — я тоже три раза влюблялся и три раза женился. Брак для мужчины это не тюрьма, но почему-то женщины об этом забывают и считают, что мужики становятся их собственностью.

— Ждём всей семьей, когда влюбишься в четвёртый раз, — с угрозой отвечает Оля и приглаживает волосы. — Я даже предложила сделать ставки.

— Боюсь, что мой лимит на влюблялки исчерпан, — Руслан Александрович скалится в недоброй улыбке. — От баб всё зло.

Потом смотрит на меня и заявляет:

— Ты не переживай. Я в тебе бабу не вижу.

— Слушай, — вздыхает Оля, — если не ты Ниночке поможешь, то… — она смотрит на меня и встаёт, закидывая сумку на плечо, — поехали к Иринке. Иринка точно что-нибудь придумает.

— Кто такая Иринка? — настороженно спрашиваю я, уловив мгновенное напряжение в Руслане Александровиче.

— Первая жена Руслана, — Оля очаровательно улыбается мрачному брату, — кстати, она поставила на то, что ты и в четвертый раз женишься и разведёшься.